Любимая балерина - Роберта Ли

– Идем, Джулиан, мы не должны тратить время,- быстро сказала мать.

Они попрощались с миссис Кромарти и через несколько минут уже ехали к вокзалу.

Когда Люси вернулась в пансион, миссис Кромарти уставилась на нее, как на привидение:

– Боже, детка! Ты их пропустила?

– Кого?

– Твоего мужа и его мать. Они были здесь днем и, когда узнали, что тебя нет, захотели забрать ребенка. Сказали, что заедут за тобой в театр.

– Вы ведь не отдали им Аманду, правда? Вы не позволили им забрать ее? – Миссис Кромарти кивнула, и краска отхлынула от лица Люси. – Почему вы не позвонили мне в театр?

Вы не должны были им верить!

– Но ведь ты именно этого хотела? Когда старуха сказала, что они заедут за тобой, я решила, что все будет в порядке. Люси, милая, что я наделала!

Миссис Кромарти попыталась обнять девушку, но Люси отпрянула.

– Какая я дура, что ушла! Я же догадывалась, что это может случиться! Почему я пошла в театр именно в этот день, они забрали моего ребенка! Какая жестокость!

Люси с рыданиями рухнула на лестницу, а миссис Кромарти беспомощно стояла рядом, и слезы текли по ее щекам, смывая оранжевую пудру.

Наконец Люси поднялась.

– Я должна идти к Пирзу! Он знает, что делать, он мне поможет.

Балетмейстер отдыхал в гримерной перед вечерним представлением, когда к нему ворвалась Люси.

– Они забрали Аманду! – крикнула она. – Они пришли к миссис Кромарти, пока я была здесь, и украли ее! Миленький, ты должен мне помочь. Скажи, как ее вернуть, мне больше не к кому обратиться.

Казалось, у нее сейчас начнется истерика, ее бледное лицо покрыл нездоровый румянец, глаза пылали. Пирз крепко обнял свою любимицу и принялся укачивать, словно ребенка.

– Тише, Люси, не плачь. Это тебе не поможет вернуть дочь. Возьми себя в руки, а то заболеешь. – Он усадил ее на кушетку и подождал, пока рыдания прекратятся. – Вот так-то лучше. А теперь слушай. Тебе надо обратиться к адвокату. Он сможет дать тебе лучший совет, чем я.

– Но я хочу знать прямо сейчас. Они забрали моего ребенка, закон на моей стороне?

– Нет. Ребенок не только твой, но и твоего мужа, – мягко напомнил Пирз.

– Джулиан почти не замечал девочку. За всем этим стоит его мать. Она заставила его сделать это, чтобы забрать себе Аманду. – Люси вновь заплакала, и Пирз принялся нежно гладить ее волосы.

– Слезами делу не поможешь, милая. Вот что я тебе скажу: по пути домой мы заедем к Чарльзу Блакмиру. Это адвокат Деннисона, так что он привык, что старик будит его среди ночи.

Если хочешь, я ему позвоню и сообщу, что мы приедем.

– Правда, Пирз?

– Конечно. А теперь иди вниз и выпей кофе перед тем, как поднимут занавес. Смотри балет из-за кулис, это тебя отвлечет. У тебя будет достаточно времени переживать после нашего визита к Блакмиру.

У Люси было тяжело на сердце, когда поздно вечером они вошли в заставленный книгами кабинет Чарльза Блакмира. Из-за стола поднялся низенький, пухлый мужчина.

– Привет, Беллами, чем я могу тебе помочь? Опять проблемы с Деннисоном?

– На этот раз нет. – Пирз усмехнулся. – Это Люси Марлоу, прости, Люси Саммерфорд.

У нее семейные проблемы, и я подумал, что ты можешь ей помочь.

– Попробую. Что случилось? – Адвокат откинулся на спинку кресла, сложив на животе руки.

Как можно короче и спокойнее Люси поведала о случившемся.

– Неприятная история, но нередкая. Если бы у меня было столько фунтов, сколько браков разбилось благодаря тещам и свекровям, я стал бы богатым человеком. Как я понимаю, вы хотите знать, сможете ли забрать своего ребенка?

– Да.

– Боюсь, это будет нелегко. – Адвокат поднялся и налил воды в стакан. – По английскому законодательству муж имеет равные с женой права на ребенка, если только не является виновной стороной. Насколько я понимаю, ваш брак не удался по ряду причин, и вам придется признать, что вы потеряли всякое право на ребенка, сбежав из дома. Прошу прощения за прямоту, но вам лучше хорошо знать свое положение.

– То есть я не смогу забрать ребенка себе?

– Я этого не говорил, но сомневаюсь, что суд даст вам право полной опеки.

– Но я ее мать…

– Суд имеет дело не с эмоциями, а с холодными фактами. К тому же ваш муж может предложить ребенку больше, чем вы. Вы даже не в состоянии как следует заботиться о нем.

Если бы это было не так, то вы могли бы забирать ребенка на полгода.

– А если Люси получит развод? – спросил Пирз. – Это поможет ей?

– Да, если только ее финансовое положение будет устойчивым. Сейчас она не в состоянии содержать себя, не говоря уже о ребенке.

В комнате стало тихо, шум машин приглушали плотные плюшевые шторы. Люси заговорила первой.

– Похоже, на деньги можно купить все, даже собственного ребенка. Что мне остается делать? Я ничего не умею, только танцевать, но не занималась этим больше года.

– Уверен, Деннисон возьмет тебя обратно, – тихо сказал Пирз.

Люси молча встала и протянула адвокату руку.

– Спасибо, что встретились со мной, мистер Блакмир.

В следующие дни Люси лелеяла надежду, что Джулиан свяжется с ней, но наступили выходные, а ей пришло сообщение от его адвоката с просьбой зайти. В отличие от мистера Блакмира, тот был почти груб.

– Вы понимаете, миссис Саммерфорд, что мой клиент не может развестись с вами, поскольку расторжение брака допускается лишь через три года после вступления в него?

До этого момента Люси еще не осознавала полностью всей тяжести своего положения.

Теперь, когда этот суровый человек так спокойно заговорил о разводе, она поняла, как неверно Джулиан истолковал ее побег, как легко сделал поспешные выводы. Гордость помешала ей оправдываться. Поверив самому худшему, муж ясно показал свое отношение к ней.

– А ребенок? – спросила Люси.

– Мистер Саммерфорд согласен, чтобы вы виделись с ней, когда пожелаете.

– Но я хочу, чтобы она жила со мной!

– Боюсь, это невозможно. В данном случае ваш муж проявил великодушие, позволив вам встречаться с нею. Он даже готов назначить вам содержание до того времени, как подаст на развод.

– Я не возьму его деньги! Мне нужно больше, чем визит раз в неделю или месяц. Если он не отдаст мне Аманду, я подожду, пока буду в состоянии бороться за нее.

– Вы ставите перед собой сложную задачу, но вы мать и не понимаете этого.

– Я видела, что может сделать другая мать. Теперь моя очередь. Всего доброго.