король (не) желает жениться - Мила Синичкина

действительно иногда совершают ошибки. Но все несут наказания соизмеримо ущербу. Что

именно у тебя произошло? Никогда не поздно наказать виновных.

Но его «соизмеримо» отрезвляет меня.

- Не важно, ваше величество, - произношу как можно нейтральнее. — Все в итоге разрешилось

относительно благополучно.

Так относительно или благополучно? — он склоняет свою голову на бок, смотря на меня, как на

нашкодившего ребенка.

Я так на Роберта смотрю, когда уже знаю, что он сделал, но тот упорно не признается.

О свети тьма! Генрих догадывается?!

- Благополучно, - отвечаю твердо. Моя вина пока не доказана, и чистосердечное я не преподнесу,

- весьма благополучно. А теперь прошу меня простить, ваше величество, но дела не ждут Раз

теперь еще и к Киприоту ехать, гостиница останется без меня.

Качаю головой и торопливо разворачиваюсь.

- Адель,- окликает Генрих, когда я почти скрываюсь в доме.

Вдох-выдох. Поворачиваюсь с максимально благожелательным выражением лица.

Да, ваше величество, - киваю с милой улыбкой.

— Ты ко мне на вы не только, когда злишься, но и когда что-то скрываешь, - Генрих усмехается. —

Я запомню. Можешь идти.

Меня накрывает горячая волна стыда и страха. Предел моего общения с интриганами — это мои

родственники. Перед крупной рыбой я ничто.

- Спасибо, ваше, ой, Генрих, - выдавливаю из себя и ухожу-таки.

Быстро шагаю в уборную, где умываюсь холодной водой. Потом опираюсь на раковину и смотрю

на себя в зеркало. Бледная, лишь глаза горят на худом лице. Я сбросила два килограмма за

несколько дней. Если так и дальше пойдет, от меня ничего не останется, нервы все съедят.

- Госпожа? С вами все нормально? - дверь уборной открывается, в проеме стоит удивленная

Розалинда. — Простите, если помешала, но вы обычно нашу ванную не посещаете.

- Верно, Рози, верно, - киваю, думая о своем. - А собери-ка мне работников в холле.

И тех, кто отдыхает, оповести об открытии гостиницы с завтрашнего дня. Кто не явится без

уважительной причины — увольняй. Только предупреди об этом.

Выходные пособия были щедрыми, я не вижу несправедливости. Нам сейчас важен каждый

сотрудник. Будете поддерживать друг друга в мое отсутствие.

- Поняла, в течение получаса будет сделано, - кивает помощница. — Вы поедете во дворец?

- Я поеду во дворцы, Рози. Сначала к Киприоту, а потом к Генриху. Так что ты тут за главную

останешься. Сегодня будем проверять, как ты освоила бухгалтерию. Ежедневные отчеты будешь

присылать королевской почтой, я договорюсь. При любых проблемах, даже самых

незначительных — немедленно сообщать —заканчиваю строго.

- Н-но как же, я не могу, я не вы, я не справлюсь, - лепечет испуганно Розалинда.

- Соберись, Рози, - хлопаю ее по плечу, - сможешь. возможно, помощника тебе найду, посмотрим.

Обрываю разговор и снова выхожу в сад. Генрих все еще здесь, пьет чай и слушает рассказ

Роберта о новом игрушечном поезде.

- О, милая, ты уже освободилась? Быстро, - ерничает король.

- Нет - присаживаюсь, - я к тебе по делу. Один из твоей свиты, тот, что с бородкой, он производит

впечатление человека, обремененного интеллектом. Он ведь не стражник, верно?

- Верно. Понравился?

Да, вернее, нет, - не реагирую на усмешку, - хочу его оставить здесь. Розалинде нужна помощь и

пригляд. И канал связи твой тоже нужен. Я должна получать ежедневные отчеты по делам

гостиницы и моментально узнавать о происках Киприота, если они будут.

Мою тайну человек Генриха все равно не узнает, а пользу принесет.

- Не доверяешь своей помощнице? — Генрих насмешливо приподнимает брови.

- Доверяй, но проверяй. Так ты поможешь?

- Помогу, - он кивает, улыбаясь. — Парень с бородкой сегодня же поступит в твое распоряжение.

- Отлично, спасибо. Тогда завтра я поеду к Киприоту, а как вернусь, отправимся в Ардор. Вряд ли

много посетителей будет, обычно у нас открытие позже, но имей ввиду, завтра появятся другие

люди. И обслуживающий персонал. Я не прогоняю, просто предупреждаю.

- Милая, неужели ты думаешь, что я брошу тебя на растерзание Киприоту? —удивляется Генрих.

- Я в состоянии отчитаться о своем бизнесе самостоятельно, - аж подскакиваю от возмущения. — У

меня нет нарушений!

- Да было бы желание, а нарушения найдутся, - смотрит на меня снисходительно король. — Тем

более я знаю, как именно эти самые нарушения находятся, сам был ‘таким же.

Как будто теперь исправился, - фыркаю.

От слов Генриха становится смешно, и на лице появляется улыбка.

- Совершенно верно, - он царственно кивает - и я еду с тобой.

Глава 11

Проходит несколько часов, а мы все трясемся в карете Генриха. Роберт с интересом смотрит в

окно, король подробно рассказывает ему о землях, что мы проезжаем. А я сижу, скучаю.

Счета перепроверены еще вчера днем. Даже ночь удалось поспать на удивление спокойно. Если

Киприоту действительно лишь бы придраться, как считает Генрих, то смысл корпеть над

документацией. Я и без того знаю, что она в порядке.

А гостиницу было грустно покидать. все утро у меня в голове пульсировала мысль, что вижу ее

чуть ли