король (не) желает жениться - Мила Синичкина

Торопливо шагаю, в уголках глаз снова скапливаются слезы. Не хочу, чтобы Генрих их заметил. Но

у него другие планы.

- Не так быстро, милая, - он притягивает меня к себе за руку, - к Сюзанне Милье меня не тянет. У

нас с ней был вежливый разговор, не более того. Я сразу же испытал потребность последовать за

тобой, стоило тебе покинуть нас. Как думаешь, что это значит?

— Что наших с тобой вторых половинок не было сегодня? — спрашиваю, подняв на него глаза.

Какая же ты иногда дурочка, хоть и редкостная умница, - Генрих качает головой.

Но обидеться я не успеваю. — Может поцелуй тебе все объяснит.

И его губы накрывают мои.

И снова все, что было до, уходит на второй план. Мир сужается до нас двоих.

Посторонним вход запрещен.

Я сосредотачиваюсь на ощущениях. Они накрывают лавиной, от которой не сбежать, как не

старайся.

Можно попробовать присесть за камнем в надежде на то, что поток пройдет мимо. Но он

достанет и там. Вытащит из убежища и заставит полностью отдаться чувствам.

Простой невинный поцелуй, а сколько эмоций он вызывает. И открывает то неизбежное. Ведь

мне не хочется отталкивать Генриха. Значит, зелье определяет его как мою идеальную пару.

Вторую половинку, вместе с которой быть мне всегда счастливой.

Но зелье не знает мою страшную тайну. Как и человек напротив.

И что мне делать? Как не затонуть в пучине чувств? Это сладкое болото засосет и не выпустит, принося одни страдания.

Бежать?

Было бы неплохо. Но куда я от него убегу? Да и хочу ли?

Ни с кем больше я не смогу испытать сильные эмоции. Жизнь с кем-то другим будет жалким

подобием существования.

Печально.

- Спасибо, - отрываюсь-таки от короля, - поцелуй действительно объяснил.

Прячу глаза. Выходит, задача найти Генриху невесту усложняется.

Самое время признаться, сказать, чей именно Роберт сын. Ведь от короля я не могу избавиться.

Только не прямо сейчас.

Но я снова осторожничаю. Правда — вещь хорошая, и риск — дело благородное. Но не в моем

случае.

Притяжение и идеальная совместимость не повод отменить заслуженное наказание за

провинность.

- И все? Больше ничего не скажешь? — вырывает меня из мыслей голос Генриха.

- Идем к гостям? Нужно всех выпроводить. Раз ты все равно сегодня не собираешься искать ту

самую, - говорю, успокаиваясь.

Чего заранее переживать? Пока что дела идут неплохо. А там дальше разберусь.

- Нет ты, кажется, ничего не поняла. Зелье, оно заставляет тянуться.

- К наиболее подходящему человеку, - перебиваю его. — Я знаю. Но притяжение не формирует

любовь по умолчанию. Уважение тоже из воздуха не берется. Оно лишь толкает узнать друг друга

поближе. Пересмотреть свои взгляды.

- По твоим рассуждениям завтра все сегодняшние пары рискуют распасться.

- Так и будет. Я уверена. Люди трусливы, им страшно что-то в жизни менять. Как и поверить в

нечто большее. Наутро они предпочтут вернуться к привычной рутине, решив, что им привиделось

волшебное притяжение.

- А ты сама, - Генрих нависает надо мной, - не труслива?

В его глазах горит огонь. Я бы многое отдала, чтобы прочитать его мысли. Неужели он знает

больше, чем я предполагаю?

- Еще как труслива, - честно отвечаю.

Какой смысл лгать.

- Я так и думал, - кивает король. — На следующей неделе уезжаем в Ардорию. Будем воспитывать

в тебе мужество. Королеве оно пригодится. И жду твои пожелания по договору дарения на землю, о которой мы говорили. А с этим поместьем будь готова попрощаться. Киприот захочет как-то

успокоить дочку. И именно ты станешь мишенью.

Договаривает Генрих и уходит, оставляя меня одну.

Но, - все же восклицаю вслед его удаляющейся спине.

— Никаких но, - отрезает он, обернувшись. — Кто-то должен проявлять характер, и я согласен, пусть это буду я, мужчина Радует что ты за традиционное распределение ролей, - он снова

отворачивается, делает шаг и останавливается. —И еще, больше не проверяй, пожалуйста, свою

совместимость с кем бы то ни было.

Иначе подопытного мне придется казнить, а тебя наказать.

После этих слов король исчезает за поворотом. А я остаюсь с красными от стыда щеками и полной

кашей в голове.

Глава 10

К моменту, когда я набираюсь храбрости вернуться к людям, оказывается, что их уже и след

простыл. Сад пуст. За исключением приводящей его в порядок прислуги.

Мышкой юркаю в дом. Ужасно боюсь встретиться с Генрихом. Стыдно. И сильно причем.

Иду по коридорам собственного дома и пугаюсь каждой тени. Король прав, я трусиха. Жила в

своем гостиничном мирке и мнила себя большой умницей.

Что, в общем-то, тоже верно. Не каждому под силу вести бизнес. И доходы мои с каждым годом

растут. Но только я