король (не) желает жениться - Мила Синичкина

Вот жеж, а меня она так почтительно не встречала. Но да ладно, прощу ей оплошность, потом

отработает... Очередным поцелуем.

Улыбаюсь собственным мыслям и снова поворачиваюсь к Киприоту. Он наверняка решит что над

ним смеюсь. И пусть.

- Моя прекрасная Адель, - представляю девушку, - скромна, покорна. Что еще для счастья нужно.

Согласен, друг?

Киприот одаривает герцогиню неприязненным взглядом, который, впрочем, быстро скрывает.

- О да, я с тобой согласен, друг, - отвечает он по-особому выделяя слово «друг». —Ладно, раз

приехали, проходите. Места во дворце всем хватит.

На этом наигранная приветливость Киприота иссякает и он, разворачиваясь, торопливо шагает во

дворец.

Папа! Подожди! Я с тобой! — кричит ему в след Гризельда.

Морщусь от ее голоса. Мало того, что дурно воспитана, так еще и неблагозвучна. И внешний вид

принцессы оставляет желать лучшего. Чары красоты бы оплатил своей дочке Киприот, чем за

мной гоняться. Все же в нашей части земли мужчины предпочитают видеть рядом

привлекательную девушку.

- Эм, нам тоже идти? — Адель робко трогает мой локоть.

- Конечно, идем. Ты ведь слышала, Киприот всегда рад приютить друга! — отвечаю

воодушевленно и тащу ее с Робертом вперед. — Давайте, семья, я хочу успеть поужинать перед

сном.

Удивительно, но Адель покорно шагает рядом. Слишком она покладистая у Киприота, мне это не

нравится.

Перед глазами всплывает воспоминание, как она «проверяла» свою совместимость с несчастным

игрушечником. Тогда-то Адель не робела и не учитывала мое мнение!

От этих мыслей моментально поднимается волна ярости по венам.

Я по твоему не мужчина? — вылетает из меня с затаенным раздражением.

- В смысле? Почему? — пугается Адель смены моего настроения.

- Да потому! — останавливаюсь и резко разворачиваю ее лицом к себе. — С этим рта раскрыть не

можешь, а меня чуть ли не с порога выгоняла! Еще и кичилась, что сама способна отчитаться по

доходам. Да ни черта ты не способна! Или воспользовалась бы другим способом, да?

- На что ты намекаешь? — щеки Адель розовеют, и мне бы замолчать, но я уже не могу.

Внутренняя пружина выстрелила. И без того она долго копила механическую энергию из моей

ревности и ярости. Пора отдачу ловить.

- На то самое, - произношу, чуть ли не рыча, - у тебя есть проторенная дорожка решения проблем

с мужчинами. Ночь со мной, поцелуй с Ричардом, - зло ухмыляюсь. Хотя одна моя половина

жаждет хорошенько врезать самому себе по лицу. — Не стесняйся, я в курсе, что тогда между

нами была не любовь с первого взгляда, а холодный расчет.

Адель смотрит на меня огромными глазами и молчит.

На чистом упрямстве подпитываю внутреннюю злость. Часть меня слишком размякла рядом с

Адель, и требует немедленно извиниться и обнять ее. Я таким раньше не был. Не позволял

вытирать о себя ноги. И сейчас не позволю.

- Нечего сказать, да? — шиплю. Фу. Уже и ущемленной половине меня становится противно. —

Ауч…

Мне прилетает пощечина. Больно. Но справедливо.

- ТЫ и сам был не прочь остаться в тот вечер. Так какая разница до моих целей? —произносит она, а потом отворачивается и берет испуганного Роберта за руку. Ох, какой я дурак, при ребенке

устроил ссору. — Спасибо, что довез, обратно я доберусь сама. Не надо меня сопровождать. Ты

прав, с тобой теряется мой стержень, появляются мысли, что рядом действительно мужчина, способный решить мои проблемы.

Договаривает она и уходит вместе с сыном.

Н-да. Больше нечего сказать. И на душе неприятно, очень. Раньше я не был столь совестливым, творил, что хотел.

В любом случае, никуда я не уеду, Киприот съест Адель и не подавится. А она мне нужна.

Захожу во дворец, а он словно вымер. Ни одного слуги, стражника или кого бы там ни было еще.

Быстро они перегруппировались. Но ничего, я знаю, где кабинет Киприота, сам дойду.

Быстрым шагом поднимаюсь по широкой лестнице, рассматривая ковровую дорожку на

ступеньках. Ее не было в мой прошлый визит. Хм, видимо, решили Добавить «красоты».

Заворачиваю в нужный поворот и решительно стучусь в массивную дверь из светлой древесины.

Проем тоже шире, чем у стандартного входа, но и Киприот с Гризельдой люди немаленькие.

Наверное, от того в их дворце многое пропитано тягой к гигантизму.

Не дожидаясь ответа, открываю.

- Прошу прощения, все ушли, а меня забыли, - произношу с улыбкой. — О, так я вовремя, у вас

обсуждение вовсю идет.

Киприот восседает за своим столом и смотрит свысока на Адель, расположившуюся сбоку на

низком диване. Все дешевые психологические приемы применяет Гад.

- Генрих, я прикажу проводить тебя в покои, - отвечает Киприот.

- Не стоит, я посижу тихонечко, послушаю вас, - занимаю стул у выхода. – Вы продолжайте, я не

буду мешать.

Ловлю на себе возмущенный взгляд Адель. Интересно,