Просроченное завтра - Ольга Горышина

Алена даже пискнуть не успела, когда он сгреб ее одной правой. Его кулак подпер ей щеку, когда она носом ткнулась в галстук, пахнущий невыносимо терпким одеколоном.

— Прости, что сорвался. Просто все навалилось. Не злись!

Через секунду его губы проехались по ее лбу, и Стас распахнул переднюю дверь.

— Садись! Чего не по погоде оделась? Чай, не лето!

— Пуговицу от плаща оторвала, — смутилась Алена.

Лоб от поцелуя жгло, как от бальзама «Звездочка».

— А пришить? — Рука Стаса продолжала лежать на открытой двери. — Или у тебя по домоводству тоже твердая пара? Или на троечку все же вытянула?

— Я потеряла пуговицу. Пойду домой, зайду в магазин.

— Ты, кажется, еще до работы не дошла даже. Время видела? Или часы тоже потеряла?

Он улыбался, хотя пока еще не превратился во взъерошенного петуха, который открыл ей впервые дверь.

— Будильник не сработал.

— Какое странное совпадение. Я-то понятно, чего не проснулся. А тебе, красна девица, что ночами не спится?

Алена продолжала стоять перед ним по стойке смирно, не решаясь воспользоваться давнишним предложением сесть в машину.

— Макса ждала, а как дождалась, уснуть не могла, — выдала она полуправду. Она уснула до его прихода, а вот потом сон действительно ушел от нее на полночи.

— Это хорошо, когда тебя дома ждут, хорошо, — повторил он и легонько толкнул ее в плечо, и лишь она села в машину, захлопнул дверь.

Алена подтянула юбку к коленям. В «Аргусе» она оказалась недостаточно короткой, а в «Форде" — вызывающе короткой. Кофта едва прикрывала талию. Уж лучше бы она надела пиджак. Тогда б рука Стаса не обожгла кожу, точно каленым железом.

— Принцесса на горошине!

Он вытащил у нее из-за спины кобуру, которую она от волнения даже не почувствовала, и сунул в бардачок, но ремень все мешал закрыть его, и пока Стас бился с замком, Алена заметила в бардачке пачку презервативов, и это открытие заставило ее вздрогнуть еще сильнее.

— Ты что, у брата куртку не могла взять?

Стас протянул руку на заднее сиденье, вновь обдав Алену одеколоном, и бросил ей на колени коробочку, к которой она даже не протянула руки. Подарки от незнакомых мужчин она не берет.

— Обещанный пейджер. Решил, раз проспал, то заеду в магазин. Там инструкция, прочитаешь. Обычно, если я опаздываю, то посылаю девчонкам сообщения. Я не люблю, когда вы ходите здесь одни. А уж ты сегодня точно провалила экзамен на взрослость.

Стас сунул руку в карман и достал визитку, затем ручку и на обороте написал номер телефона.

— На всякий случай мой мобильник, — он умудрился просунуть визитку прямо в сумочку. — Если проспишь в другой раз, звони, иначе я поседею, поняла?

Алена кивнула и, чтобы сгладить неловкость, нагнулась к туфле поправить бумажку.

— Еще и ногу стерла? Как тебя мама только в город отпустила… Дай посмотрю.

И, не дожидаясь разрешения, он вырвал ногу и отлепил от пятки сложенную купюру.

— Может, на нее лучше было купить пластырь? Ты так не думаешь, девочка? Потому что теперь придется покупать еще и колготки.

Стас бросил купюру Алене на колени и аккуратно опустил ее ногу поверх туфли.

— Сейчас все исправим.

Алена не стала спрашивать, куда они едут, когда Стас проехал мимо ПТУ. Он на ходу набрал какой-то телефон и заказал две пиццы.

— Сиди, я сам все куплю, — сказал он, поставив машину почти у самого входа в аптеку. — Аты пока колготки сними.

Он хлопнул дверью, а Алене показалось, что это он ей врезал. Чушь… Он действительно заботится, пусть и грубо. Издевательств ведь она не заслужила. Но как снять колготки, когда столько народа ходит мимо? С другой стороны, лучше задрать юбку на глазах у бабки, чем перед ним. Алена скомкала колготки и вместе с пятирублевкой запихнула в сумочку. Мозоль превратилась в живое мясо.

— У них, как в Совке, только белый, — Стас протянул ей упаковку бактерицидного пластыря. — Хочешь, в другую подъедем?

— Не надо. Дома должен быть нормальный.

Она заклеила мозоль и хотела обуться, но Стас остановил ее:

— Колготки у них есть нормальные. В пиццерии в туалет зайдешь. Горе ты мое луковое! Ну, вот кто ребенка отпустил… Ты во всем такая непутевая?

Алена не решилась поднять на него глаза — слишком неоднозначным был вопрос. Не потребовав ответа, Стас вывел машину на дорогу и поехал дальше. Такими темпами в офис они вообще не приедут. Что уже подумали там девчонки? Благо, у них нет домашнего телефона, и они не поставят на уши тетю Машу.

— Хочешь? — Стас вынул из кармана пиджака гематоген. — Не смог удержаться. Вкус детства, куда там Твиксу, верно? Или ты новое поколение, выбирающее «пепси»?

Она взяла батончик и разломила пополам.

— Спасибо, — сказал он и откусил от своей половинки. — А еще я аскорбинку люблю. Фору даст любому «Тик-таку». Скажи честно, позавтракать не успела? Хочешь пирожное?

Алена решила промолчать.

— Я обожаю «картошку», — продолжал он. — Хотя и знаю, из чего ее делают. Слушай, ну я сейчас точно заеду за ней. А девчонкам тортик купим, верно? Лен, ты чего молчишь?

Алена пожала плечами.

— Я же спросил, какое твое любимое пирожное?

Алена чувствовала, что у нее разгораются уши.

— Любое.

— Ну, да, — усмехнулся Стас. — А лучшая конфета — большая шоколадка, верно? Только не смей пожимать плечами, а то я подумаю, что тебе холодно, и предложу пиджак.

— Не надо, — тут же пробормотала она и повернула голову, но Стас смотрел на дорогу. Когда же они уже приедут? — А пиццерия далеко?

— А чего ты спрашиваешь? Солдат спит, служба идет. Скоро доедем. Я ж не хочу вас всех потравить. Ты там жуй давай.

Алена уткнулась в гематоген и свои голые коленки. Она действительно ему кажется малолетней идиоткой. Только б он не стал обсуждать ее так же открыто, как сестру. У него в принципе нет чувства такта или он рубаха-парень и весь мир семья?

— Бери колготки и пошли.

Они остановились около девятиэтажки, в первом этаже которой располагалась пиццерия. Перед входом столики пустовали, потому что зонтики ходили ходуном от ветра. Внутри было пару человек, и все кавказцы. Ей стало неприятно от их сальных взглядов, и она поспешила спросить у официантки, где туалет. Упаковку она оставила там же в ведре и раза три одернула юбку, которая то справа, то слева прилипала к колготкам. Плюнув, Алена вернулась в зал.

Стас облокотился на коробки с пиццей и говорил по мобильному. Лицо даже в полумраке показалось Алене слишком бледным, и она испугалась, что звонит Александр Сергеевич с плохими новостями, хотя она и понятия не имела, какими эти новости могут быть.