Требуется мужчина - Мирна Маккензи

Однажды, сидя за завтраком и потягивая утренний кофе, Калеб вспомнил, что они с Викторией женаты уже три недели. Прошло три недели, а паника Виктории еще не улеглась.

Калеб удивлялся, что его жена не предъявляла на него никаких прав, кроме тех, что были связаны с ребенком. Что бы сказали жители Ринваля, если бы узнали, какая страсть скрыта за видимым спокойствием продавщицы книг.

— Чему ты улыбаешься? — спросила Виктория, откладывая в сторону газету.

— Интересно, как называлась вчерашняя книга дня?

Виктория пожала плечами.

— «Гарри Поттер». Теперь, когда я сделала реорганизацию в своих делах, у нас продается и художественная литература.

— Позор, — сказал Калеб. — И дело не в Гарри Поттере. Я рад, что у тебя хорошо идет дело. Просто мне стало не хватать тех томиков, которые ты продавала.

Виктория улыбнулась.

— Я до сих пор торгую ими. Если бы не «Гарри Поттер», то вчера книгой дня стала бы «Половая жизнь амфибий».

— Неужели кто-то пишет про это книги?

Виктория засмеялась.

— Не знаю, я просто выдумала.

— Миссис Фремонт врет?

Виктория сморщила носик.

— Наполовину. В книге действительно рассказывается про амфибий, но ничего личного.

— Надеюсь. Даже амфибии заслуживают уединенности. Кто же захочет, чтобы вокруг твоего пруда толпились исследователи, когда ты влюблен и хочешь развлечься со своей женушкой?

— Думаешь, у амфибий так бывает? — поддразнила его Виктория.

— Возможно.

Виктория засмеялась.

— Ты неисправим.

— Конечно, этот разговор о сексе разжег во мне желание полюбить собственную жену.

— Калеб, нам нужно на работу.

— Пойдем позже.

— Что подумают люди?

— Они подумают, что мы женаты всего лишь три недели и еще полны страсти. — Калеб поднялся, привлек Викторию и прижал к себе. Ее тело было теплым, приятным и мягким. Калеб поцеловал ее в губы, потом в шею.

Виктория глубоко вздохнула и прижалась к нему.

— Калеб, ты...

— Хм, что? — спросил он. — Если хочешь, чтобы я остановился, так и скажи. И я остановлюсь несмотря на то, что сильно хочу тебя.

Он коснулся губами ее груди.

— Нет, не надо, — сказала она. — Ты хорошо это делаешь.

Калеб поднял ее на руки и понес в спальню.

В дверь позвонили.

Виктория с Калебом переглянулись.

— Только восемь часов утра. Кто бы это мог быть?

Звонки продолжались. Калеб отпустил Викторию. Кто бы это был?

А была это Джина Грегори, девушка, которая подрабатывала у Виктории по субботам. Джина училась в десятом классе. Она смотрела на Калеба взволнованными, большими глазами.

— Могу я видеть мисс Холбрук, то есть миссис Фремонт? — спросила она. — Это важно.

Когда тебе семнадцать, важным кажется все. Калеб вспомнил себя в ее возрасте. Однако Джина действительно выглядела взволнованной, и Калеб проводил ее на кухню. Виктория уже успела поправить волосы и выглядела как невозмутимая деловая женщина.

— Входи, Джина, — сказала она. — Садись. — Она взглядом попросила Калеба выйти — девушке было неудобно говорить при нем.

Калеб извинился и направился к двери. Не успел он выйти, как Джина начала плакать.

— О, миссис Фремонт, я беременна и не знаю, что делать. Старики убьют меня, когда узнают. Мой отец никогда не любил Ларри и, может быть, он прав. Ларри говорит, что это не его ребенок. Но он его, миссис Фремонт. — Джина заплакала сильнее и уронила голову на руки.

Калеб посмотрел на жену. Она обошла стол и обняла Джину. Обнимала и гладила по волосам.

— Я знаю, сейчас тебе страшно, но мы найдем выход. Обещаю, я помогу тебе.

Услышав эти слова, Калеб нахмурился. Не стоит Виктории вмешиваться, можно попасть в неприятную историю. Но он уже знал, что если Виктория бралась за что-то, то доводила дело до конца. Теперь она считала своим долгом поддержать девушку.

После того, как Джина ушла, Калеб подошел к Виктории.

— Бедная девочка, — сказала она.

— Что ты собираешься делать?

Виктория глубоко вздохнула.

— Ну, сначала я должна убедиться в том, что у Джины есть адвокат и что на Ларри возложат ответственность за ребенка. Потом я навещу родителей Джины. Девочка хочет сохранить ребенка. Надеюсь, родители поддержат ее.

Калеб криво улыбнулся.

— И ты тоже хочешь помочь ей?

— Я должна попытаться, Калеб. И не проси меня поступить иначе.

Калеб покачал головой.

— Не собираюсь. Я только хотел спросить — не нужна ли тебе моя помощь.

Виктория благодарно улыбнулась.

— Пока нет. Отец Джины очень строгих правил. Ему потребуется время, чтобы осознать случившееся, и поэтому пока лучше скрыть это от всех.

Калеб кивнул. Было уже поздно. Ему действительно пора на работу Он повернулся к двери.

— Калеб?

Калеб оглянулся.