Развод со зверем - Анна Григорьевна Владимирова

Я хотел эту Моль. Обратно. В свою постель.

Только при мысли об этом меня наполнило отвращением к себе. Осталось только мне ее поиметь для полного счастья.

Уже сидя за рулем, я вглядывался в мрачный пейзаж, но тот не нагонял привычной тоски, потому что я все еще находился под действием приторного очарования моей ассистенткой. Похоже, умные профессиональные женщины-хирурги, стоявшие со мной бок о бок в операционной, были моей слабостью. Правда, за всю мою жизнь у меня была лишь одна подобная страсть — Лиза. И я не собирался от нее лечиться. Мне хотелось догореть в добровольном одиночестве, потому что ее смерть оставила меня оглушенным и обозленным на весь мир. Я никому не в состоянии больше причинить любовь или добро. Я — злая циничная тварь, которую посадили на цепь бывшие друзья. Мне нельзя приближаться к Моли, я доломаю ее крылья…

Руль скрипнул под пальцами, и я упрямо надавил на педаль газа. К черту все. Я слишком устал…

***

Я сидела в кабинете Азизова и пялилась на руки, поглаживая воспаленную кожу пальцев. Дышать было трудно. Я будто застывала в этом моменте, отпечатываясь в нем, как в последнем проблеске жизни перед непроглядной тьмой.

Сейчас я подпишу заявление и больше никогда не почувствую этого…

Губы тронула улыбка — как же хорошо сегодня было! Чувство гармонии наполняло меня до краев. Этот момент, когда пациент возвращается к жизнь, касается тебя своей благодатью и наполняет смыслом. Ради него работаешь годами, учишься, трудишься, терпишь и идешь вперед. Мне кажется, я не успела насладиться такими моментами. Я ведь только-только стала профи! А теперь мне нужно поставить подпись под своим приговором. И все, что мне останется — помнить, как это чудесно — быть на своем месте и уметь противостоять смерти…

— Лара? — Я вздрогнула, а Алан прошел от двери кабинета к столу. — Прошу прощения, что пришлось ждать.

— Спасибо за то, что мне пришлось ждать, — усмехнулась я с горечью.

— Мне сказали, что ты…

— Хочу уволиться, — твердо закончила я.

— Почему? — удивился он с легким раздражением. — Мне сказали, что сегодня вы с Князевым спасли пациента, который едва не умер после пересадки.

— Да, и я благодарна вам за такую возможность, — улыбнулась я, не сдержавшись. — Но это все не для меня. Князев не хочет со мной работать. А сидеть в ординаторской по его прихоти и вязнуть в каких-то сомнительных слухах — не мое.

— Разочаровываешь, — вдруг неприязненно поморщился Азизов, откидываясь на спинку кожаного кресла. — Тебе дали возможность, от которой не отказываются. Тем более, в твоем положении. А ты бежишь, не начав ей толком пользоваться? — Он подался вперед. — Князев не сможет тебе запретить работать. Будь гибче. Ты — женщина, создание мудрое, прекрасное и профессиональное. А он — просто злой уставший мужик…

— У вас какая-то неполная информация, — выпрямилась я, вздергивая подбородок. — Он не дает мне работать. Утром он меня не допустил…

— Зато вечером охренел от того, как ты ему подходишь в качестве ассистента! Настолько, что даже слова не сказал — я видел. Поверь, у него слабость к таким профи, как ты. А ты бежишь сразу после того, как доказала ему это?

Я обескуражено моргнула. Азизов же смягчил выражение лица, сменяя неприязнь на участие:

— Лара, я понимаю, как тебе нелегко. Вернее, не совсем, конечно, ведь я — мужчина. — Он картинно вздохнул. — Но могу я тебя попросить не спешить все же с решением? Мне нужны профессионалы. Тем более, ты же понимаешь, что мы долго подбираем кандидатов, которым открываем двери нашей клиники.

Я медленно кивнула. Снова подумалось о том, что Князев говорил об этом месте. Здесь все не просто. Охрана на каждом шагу, скрытая клиника, которая кроется в стенах колонии для заключенных…

— Ну так что?

— Ладно, — кивнул я. — Я попробую.

— Умница, — довольно усмехнулся он. — Кстати, через два дня у вас с Ярославом будет весьма сложная операция. Он, конечно же, ничего не говорил. Сейчас пациента готовят. И мне важно, чтобы вы оперировали в дуэте, и все прошло также круто и гладко, как сегодня.

— Ладно.

— Кстати, еду в город. Могу я тебя подвезти?

— Нет, спасибо, — я глянула на часы и вернула взгляд на Азизова. — Успеваю на автобус.

Алан выглядел, как кот, обожравшийся сметаной — морда довольная, и ничуть ему не стыдно. Нет, как руководителя Азизова можно понять. Но мне это не нужно. Куда же я так влипла, что теперь не выпутаться? Черт…

28

***

— Отличное вино, — улыбнулась Оксана, выуживая бутылку из пакета. — Еще не забыл, какое я люблю…

Я поморщился, глядя на город. Вид отсюда был захватывающий. Оксана жила в одной из башен Москва-Сити и любила высоту. Я смутно помнил, что квартира досталась ей от одного из бывших мужей, но никогда не интересовался подробностями ее личной жизни. Несколько ночей, проведенных вместе, на давали мне повода, да и не было никакого желания. А вот у Оксаны желания были…

Мы познакомились, когда я оперировал в одной из ее клиник. Она мне нравилась, как умная и принципиальная бизнес-леди. Под ее руководством было спокойно работать, а передовые технологии, которые она постоянно внедряла, обеспечили меня хорошим опытом. После нее мне было несложно устроиться в Канаде.

В ее клинике я и встретил когда-то Лизу — молодого талантливого ординатора, а потом и успешного кардиохирурга…

...с фатальной патологией сердца.

— Ярослав, я слышала о Лизе. И о твоем брате. Соболезную.

Я обернулся к Оксане. Она стояла в шаге и протягивала мне бокал. Одета по-домашнему в спортивный костюм, будто и не собиралась меня соблазнять. Светлые волосы собраны в небрежный хвост на макушке… Помнит все мои слабости.

— Мы никуда не идем? — невинно поинтересовался я.

— Ты же не любишь никуда выходить. Поэтому я заказала ужин домой.

Я усмехнулся и взял бокал:

— Спасибо.

Оксана улыбнулась.

— Шикарно выглядишь несмотря ни на что, — улыбнулась она и направилась в зону кухни.

Я последовал за