Сводные для деревенщины - Эльвира Осетина

В конце концов я решила сходить на разведку. Да и живот от голода уже вовсю урчал и возмущался. Надеюсь, они хоть чуть-чуть мне оставили чего-нибудь поесть…

Открыла дверь, выглянула из комнаты и заметила, что в зале дверь была закрыта, там слышались звуки включенного телевизора.

Мышкой проскользнула на кухню и, увидев накрытый на одну персону стол, расплылась в счастливой улыбке. Вот это да… они не просто мне поесть оставили, но даже на стол накрыли.

В ванной я помыла руки, посмотрела на себя в зеркало и подумала, что надо мириться.

Но сначала ужин.

На столе стояла тарелка с шашлыком и дольками картофеля, поджаренного на костре, а еще салат из свежих овощей и бокал вина.

Вот это да, целый романтический ужин. Только свечей не хватает.

Наевшись от пуза, я запила всё это дело бокалом вина и решила, что надо идти «сдаваться».

Вино оказалось очень коварным, и, когда я встала со стула, меня слегка повело, но я удержалась за стену и направилась в комнату к парням.

Дошла до зала, открыла дверь и поняла, что на диване сидит Костя, а в кресле — Антон. И оба мужчины сосредоточенно смотрят новости, где говорят про растерзанных девушек.

— Привет, — сказала я, не зная, как еще обратить на себя внимание, так как мужчины продолжали смотреть новости.

Ко мне повернул голову Костя и убрал звук.

— Ну что, успокоилась? — спросил он меня.

— Угу, — кивнула я и добавила: — Спасибо, всё было очень вкусно.

— Антону спасибо скажи, — пожал плечами мужчина.

— Спасибо, — посмотрела я на Антона и скромно улыбнулась, а затем с тревогой спросила: — Что думаете по поводу тех девушек?

— Туда им и дорога, — расслабленно пожал плечами Костя и добавил: — Иди сюда. — Он похлопал ладонью по дивану рядом с собой.

Я прошла и села, но чуть дальше от мужчины, чувствуя себя не в своей тарелке.

Костя закатил глаза в потолок, а затем нагло придвинулся и, подхватив меня за талию, пересадил к себе на колени.

Я попыталась дернуться, но мужчина меня придержал и посмотрел мне в глаза.

— Юль, я хочу, чтобы ты кое-что запомнила: не стоит сомневаться во мне и моих словах. Если я что-то говорю, то всегда это выполняю. Я разозлился на тебя из-за этого. Не привык, когда мне перечат или ставят мои слова под сомнение, поняла?

— Угу, — кивнула я, удивляясь тому, насколько серьезно со мной говорил мужчина, да и вообще что решил извиниться и объяснить своё поведение, но все же ворчливо добавила: — Но я могла бы и на диване услышать от тебя все эти слова, а не сидя на твоих коленях. Это первое. А второе — я знаю вас обоих от силы несколько дней. С чего бы мне вам вообще доверять?

— Юль, — встрял в наш «душевный» разговор Антон, который встал с кресла, подошел и уселся рядом со своим братом, у которого я, на минуточку, сидела на коленях. — Запомни, — он приблизился почти к моему лицу, при этом закинув мои ноги к себе на колени, — теперь мы из твоей жизни если и уйдем, то не скоро. Поэтому учись нам доверять и не спорить по пустякам. Хорошо?

Слова мужчины доходили до меня с большим трудом, потому что в этот момент я чувствовала ужасное смущение напополам с возбуждением.

Сидеть на коленях одного мужчины (точнее, двух), когда второй так близко ко мне, почти прижимается всем телом, — это такое… эмм… в общем, я не сдержалась и опять дернулась, но Костя продолжал меня удерживать за талию.

Тогда я повернула голову и посмотрела мужчине в глаза, в которых загорелся хищный блеск. Я сглотнула и тихо сказала:

— Я тогда пойду в свою комнату.

Костя молчал несколько мгновений, как и Антон, а затем хриплым голосом спросил:

— Уверена, что не хочешь остаться с нами?

Я отрицательно покачала головой и даже вслух добавила:

— Нет.

В этот момент Костя расслабил свою руку, и я слетела с его коленей и убежала в комнату, которую выбрала, еще и дверь за собой закрыла, при этом прислонившись к ней спиной, и услышала своё сердце, которое, кажется, собиралось выпрыгнуть из моей груди.

Не настолько я была пьяна, чтобы пойти на такой разврат.

Да, не спорю, мне мужчины нравились, и оба. Но… кажется, если не ошибаюсь, они явно намекают на «тройничок».

Для меня это, мягко говоря, слишком.

Я хмыкнула, постояла еще немного, прислушиваясь к тому, что делают мужчины, и, поняв, что они и дальше включили телевизор, выдохнула от облегчения.

Радует то, что никто не собирается меня к чему-то принуждать.

Только лишь мягко подталкивают.

Я качнула головой и решила доделать свою презентацию.

Но сегодня показывать мужчинам я её точно не буду. Мне кажется, что не в том они настроении. Попробую завтра с утра.

Еще раз перепроверив всё, я смачно зевнула и, удовлетворенно закрыв ноутбук, пошла приводить себя в порядок перед сном, взяв с собой мыльно-рыльные и ночную сорочку с халатом.

Приняв душ, я позволила себе подольше постоять под горячими струями воды. В конце еще и голову помыла, а затем заплела несколько косичек и отправилась спать.

Когда вышла, то столкнулась с Антоном в коридоре.

Мужчина недолго думая нагло прижал меня к стене (коридор-то и так узкий был) и, обняв за талию, приподнял так, что мне пришлось обхватить его ногами за пояс. А он уткнулся носом мне в шею и задышал, как паровоз.

— Антон, отпусти, — почему-то прошептала я, боясь, что сейчас еще и Костя придет, чтобы присоединиться.

— Ты такая сладкая, Юль, как я могу тебя отпустить, — тоже прошептал мне в шею мужчина. — От тебя постоянно разит таким сильным возбуждением… что ж ты делаешь с нами, Юлька? Дразнишь?

Я даже растерялась от его слов.

— С чего ты взял? — нервно пробормотала я.

— Я чувствую, не дурак же, — ответил Антон и, убрав свой нос от моей шеи, посмотрел мне в глаза. — Юль, чего ты сопротивляешься, что за мазохизм такой? Мы же с Котом знаем, что ты нас хочешь…

Я сглотнула подкатившийся комок к