Сводные для деревенщины - Эльвира Осетина

— Слушай, Юль, — окликнула меня Катя, — ты это, — она вдруг замялась и покосилась на меня из-под ресниц.

— Чего? — приподняла я бровь.

— Чего это, с двумя мужиками жить удумала, что ли? — вдруг недовольно выпалила она.

Я даже поперхнулась воздухом от неожиданности.

— Э-э-э, — открыла я рот, а затем закрыла, поджала губы и посмотрела на соседку с вызовом. — А если и так, то что?

Катя, видимо, не ожидала от меня такого ответа, выпучила глаза и какое-то время открывала и закрывала рот, а затем высказалась:

— Тогда хотя бы пусть они полуголые по огороду не шастают! У меня тут дочка! Смотрит на этот разврат! Вот!

Я подбоченилась и фыркнула:

— А ничего, что твой Игорюха тут пузом своим голым постоянно сверкает, а? Может, ему тоже скажешь, чтобы разврат не устраивал? Перед твоей-то дочкой и передо мной?

— Да ты чего, совсем офонарела, что ли? — Катя аж покраснела от злости.

— А почему нет? — ответила я. — Он ей, между прочим, не родной, а она уже девочка взрослая. Пятнадцать лет, как-никак.

— Да я… да ты… чего городишь-то? — начала заикаться Катя, не зная, что мне ответить.

— А то же, что и ты, — ответила я и, развернувшись, пошла на выход.

— Юль, я не то хотела сказать, — начала оправдываться мне вслед соседка.

— Ага, конечно, я тоже, — ответила я, не став усугублять конфликт.

Всё равно рядом живем. А то, что болтать будет, так пусть болтает. Её дело. Всем рот не закроешь.

Я вернулась обратно в дом и занялась уборкой.

Постель-то так и не была заправлена. Я посмотрела на матрас, вспомнила, что ночевала с двумя совершенно голыми мужчинами, и ощутила, как пылают мои щеки и даже шея от стыда.

Вот ведь… разве так можно было? И зачем они меня с собой спать уложили? Или я сама виновата? Надо было настоять на своём?

— Юль, завтрак готов? — услышала я голос Антона.

Надо же, а я и не заметила, что он дверь открыл, пока мысленно посыпала себе голову пеплом, а заодно прибиралась.

Мужчина стоял на пороге и рассматривал кухонный стол.

— О, вижу, вкусняхи! Я в душ.

— А Костя где? — спросила я, провожая шикарное мускулистое тело с капельками пота до двери в ванную.

— А он в старый душ пошел.

— Ой, там же нет ничего, — вспомнила я, что вчера все мыльно-рыльные оттуда унесла.

Но Антон меня уже не услышал, потому что закрыл дверь в ванную.

Я не стала его тревожить и, открыв шкаф, достала оттуда чистое полотенце и запасное мыло для тела, оно же и шампунем послужит для мужчины. И отправилась к моему сараю.

Вошла внутрь, хотела постучаться, чтобы войти в душевую, но Костя распахнул дверь и, увидев меня, ухмыльнулся.

— Ого, Юльчик, сама пришла? — протянул он.

А я, заметив, что он абсолютно голый, тут же выставила вперед полотенце с гелем для душа.

— Вот, я принесла, — сказала я мужчине, который явно не собирался облегчать мне задачу и забирать вещи.

— О, спинку потрешь? — сказал он и нагло развернулся ко мне тылом.

Я завороженно уставилась на мужскую спину, а затем взгляд прилип к крепкой мускулистой заднице.

Жадно сглотнула образовавшуюся слюну и, повесив полотенце на вешалку на двери, открыла бутылек с гелем, налила мыла себе на руку и начала круговыми движениями растирать скользкую жидкость по спине мужчины.

— Юль, — хриплым голосом сказал мне Костя, не оборачиваясь. — Ты меня с ума решила свести?

Я в ответ покачала головой, но, поняв, что мужчина меня не видит, таким же хриплым голосом ответила:

— Нет, по-моему, это вы двое хотите свести меня с ума.

— Двое? — Спина Кости стала словно каменная, а я продолжала увлеченно водить по ней мыльной рукой.

— Угу, оба меня соблазняете, а я уже и не знаю, что делать со своими эмоциями. Гормоны скачут как бешеные. Нельзя же так… — ответила я, дойдя до поясницы мужчины, и вспомнила про шрам.

— Продолжай, детка, я сейчас кончу, — прошептал Костя.

Он руками уперся в стенку душевой, а сам стоял ко мне тылом.

— Шрам, — вслух сказала я, рассматривая то самое место, откуда у мужчины была кровь, когда я увидела его первый раз.

— Какой еще шрам? — удивился он и повернул голову ко мне.

— У тебя тут должен был быть шрам, а его нет, — растерянно ответила я. — Столько же крови было, куда он делся?

Я внимательно посмотрела на мужчину.

Он в ответ улыбнулся снисходительно.

— Я же говорил, что царапина.

Я еще какое-то время постояла, так и продолжая держать руку на пояснице мужчины, а затем Костя резко развернулся, подхватил меня за талию и, прижав к стенке душевой, начал яростно целовать в губы.

Я настолько была ошарашена своим открытием, что не сразу сообразила, что вообще происходит.

А когда поняла, то начала вырываться и даже бить мужчину по скользким плечам. Но он даже не почувствовал мои жалкие потуги и полез под сарафан второй рукой.

Я не сдержалась и укусила его за губу.

— Оу, я знал, что ты страстная, — ответил этот наглючий тип, облизывая кровь со своей губы. — Но чтобы настолько, — протянул он, и так пошло у него это получилось, что я подумала: еще немного — и ударю его по голове чем-нибудь!

— Костя, отпусти меня немедленно! — постаралась я сказать строгим тоном.

Какое-то время мужчина молча смотрел мне в глаза, но я не собиралась отдаваться ему тут — в душевой. Просто всё настроение куда-то резко делось. Особенно после того, как я заметила полное отсутствие шрама у мужчины. Я четко помню, что крови там было много. И это ненормально, что шрама нет!

И вообще всё ненормально, что происходит вокруг меня! Это всё совершенно неправильно!

Я не такая!

Наверное, мужчина понял, что я думаю по поводу всей этой ситуации, и, печально вздохнув, отпустил меня на пол, а я вручила ему бутылек с гелем для душа и, поправив свой сарафан, пошла обратно в дом.

Думать!

Угу, размечталась! Кто бы мне еще подумать дал?

Стоило мне выйти из сарая, как я заметила рабочих,