В погоне за красавицей - Гейл Каллен

— Со мной все в порядке, — проговорила она и закашлялась. В воздухе стояла гарь от прошедшего поезда, и она заторопилась отойти от постройки.

— Подождите! — Голос его звучал повелительно. Ребекка легко могла представить себе, что он привык раздавать приказы. Она неохотно замерла, выжидая, пока он заглянет за угол постройки на платформу.

— Видите этих воров? — спросила она.

— Нет. Я уверен, что они не покидали поезда.

— Что ж, они наверняка уверены, что мы остались там, — сухо заметила Ребекка. — Мы сильно рисковали попасть под колеса.

— Поезд двигался достаточно медленно. Мы были в безопасности.

Они посмотрели друг на друга, и на какое-то мгновение она подумала: а правда ли она в безопасности? Но время для сомнений прошло. Она провела руками по волосам и, засунув оставшиеся шпильки в ридикюль, как могла пригладила взлохмаченные локоны.

— Нам повезло, — сказал граф. — Воры будут считать, что мы спрыгнули с поезда на следующей станции. Им может понадобиться несколько дней поисков, прежде чем они поймут свою ошибку.

Она неохотно улыбнулась:

— Хитроумно, ничего не скажешь.

— Я знаю, — кивнул он с серьезным видом.

Она нахмурилась, раздосадованная его самоуверенностью.

— Эй, приятель!

Они оба вздрогнули и увидели, что с опустевшей платформы на них удивленно уставился носильщик.

— Нельзя переходить пути здесь! — воскликнул он. — Вас может убить.

Прежде чем лорд Паркхерст нашелся, что сказать, Ребекка перехватила инициативу.

— О, сэр, это я виновата. Я никогда не ездила на поезде, и этот мужчина всего лишь пытался меня остановить. Он, несомненно, спас меня, чтобы я не попала под поезд.

Носильщик, продолжая ворчать, махнул им рукой, прогоняя прочь. Они пересекли пути, и носильщик подал ей руку, потому что она не смогла бы влезть на платформу в своих длинных юбках. Лорд Паркхерст шел прямо за ней и толчком под зад помог носильщику втянуть ее на перрон. Она сердито сжала губы от такой фамильярности и поспешила отодвинуться от него. Что смог он разглядеть под ее юбками?

Благополучно оказавшись на платформе, она бросила на него через плечо свирепый взгляд. Он с непринужденной легкостью вспрыгнул на платформу вслед за ней. Его сюртук плотно облегал мощные мускулы, и Ребекка уныло подумала, что ничто физическое не станет ему помехой.

Он проницательно посмотрел на нее, словно читая мысли, и Ребекка, вспыхнув, поспешила отвернуться.

Носильщик снова смерил их недоверчивым взглядом и зашагал прочь.

Единственный их багаж составлял ридикюль, нелепо болтавшийся у нее на руке. Она сверкнула ослепительной улыбкой.

— Вы теперь, наверное, купите себе обратный билет?

— Двое мужчин вас преследуют, Ребекка, — нахмурился он. — Неужели вы ждете, что я вас здесь оставлю?

— Со мной все будет хорошо. Я сяду на следующий поезд и поеду к своей тетушке.

— Им было бы легко установить, куда вы направлялись. Слуги умеют говорить.

— Только не наши слуги!

— Именно ваши слуги рассказали мне, что вы этим днем будете в Бэнстед-Хаусе.

— Но вы же граф! Конечно, они считают, что должны вам повиноваться. А вы использовали это против них… Все равно нельзя, чтобы меня увидели путешествующей с мужчиной.

К ее немалому потрясению, граф поднял руку и коснулся пальцами того места на лифе ее платья, под которым у нее на груди скрывался алмаз. Она ахнула и бурно задышала, отчего ее грудь коснулась его ладони. Какое-то странное, почти болезненное чувство прокатилось волной по ее телу.

— А что вы собираетесь делать с бриллиантом? — негромко осведомился он.

Ребекка оттолкнула его руку и выдавила из себя улыбку:

— А вот это моя проблема, милорд!

Он оглянулся, но платформа все еще была пуста. Тогда он тихо сказал:

— С этой минуты вам не стоит так называть меня, Ребекка. Мое имя — Джулиан.

Это было произнесено таким же интимным тоном, каким было и его прикосновение. Он спас ее из опасной ситуации, и теперь получалось, что ввергает ее в другую, столь же тревожную.

— Солнце садится, и мы не можем оставаться без крыши над головой, — продолжал он. — Ваши грабители могли уже догадаться, что мы сделали, и сообразить, куда мы делись.

Может ли она ему доверять? Она же ничего не знала о нем, кроме светских сплетен о каком-то скандале… без подробностей. Он держался в свете обособленно… Что именно он скрывал? Случайно ли он оказался рядом с ней… как и давешние грабители?..

Она могла лишь выжидать.

— Так, значит, мы отправляемся на поиски гостиницы? Наверняка около станции найдется какая-нибудь.

— Мы не можем ею воспользоваться. Нам нужно скрыться, а не являть миру графа и джентльмена.

Она смерила его ироническим взглядом.

— В моем нынешнем растерзанном виде мне будет скрыться легче.

Он задумчиво потер подбородок.

— Действительно, вы выглядите, как девица легкого поведения, нашедшая в куче мусора дорогое платье.

Ребекка еле сдержалась, чтоб не отвесить ему пощечину.

— Неужели вас никто не учил, что оскорблять даму — моветон?

— Я не намеревался вас оскорбить… я просто сказал правду. — Он посмотрел вниз на себя. — Да и мне трудно будет выглядеть незаметным в таком наряде.

— Какая жалость, что мы не захватили с собой багаж, — сухо заметила она, подбоченясь. — Хорошо, давайте поищем какую-нибудь гостиницу, пока не нагрянули наши друзья. Вы бывали здесь раньше?

Он покачал головой:

— Если бы все было так просто… Ладно, пока у нас есть еще час светлого времени, давайте отправимся в путь. Будем искать самую старую часть города. Дорогу будем спрашивать там, а не здесь, где нас могут запомнить железнодорожные служащие.

— Отлично придумано, лорд… — усмехнулась Ребекка. — Джулиан.

Они прошли по узким кривым улочкам незнакомого города. Средневековые дома почти налезали друг на друга. Джулиан старался придерживаться улиц, а не темных боковых переулков. Дорога медленно поднималась вверх к старой церкви.

Они стали мишенью множества подозрительных взглядов, хотя граф снял галстук и жилет, а также вымазал грязью свои отлично начищенные сапоги. Он даже надорвал плечо своего сюртука и подшивку плаща Ребекки.

Однако трудно было скрыть ее гордую осанку. К тому же, хотя Джулиан неустанно напоминал ей о серьезности их положения, Ребекка явно получала удовольствие от происходящего. Другие женщины вознегодовали бы, когда он свернул в более узкие и жалкие переулки, но она лишь оглядывалась с интересом.