Твоя безумная Кэтрин - Аня Сокол

Я снова огляделась, и мое внимание привлекло здание библиотеки. Фонарь над сломанным крыльцом все так же раскачивался, и в его неровном свете казалось, что дверь чуть приоткрыта. Я свернула с центральной аллеи, поднялась на жалобно скрипнувшее крыльцо и убедилась, дверь и впрямь не заперта.

– Эй, – позвала я, заходя внутрь и разглядывая стеллажи с книгами. Из-за ближайшего выглянул пожилой мужчина в вытянутой на локтях серой кофте. – Я… Я бы хотела взять что-нибудь почитать, – выпалила я. Но поскольку старик продолжал молчать, растерянно добавила: – Я постоялец… Постоялица… Черт! Гость отеля – Рина Иванова, номер 1203.

– Верю, – весомо сказал старик и представился: – Павел Васильевич, я библиотекарь школы в Медведино, а по совместительству и здесь. Любовные романы там. – Он указал на крайний стеллаж.

– Нет, я…

– Детективы с краю.

– Нет.

– Эротика? Фэнтези? – спросил он с сомнением.

– А нет ничего по истории края? – спросила я.

– Однако. – Мужчина улыбнулся. – Давно не выдавал ничего подобного, вот и попал впросак. Рина? – Я кивнула. – Проходите, Рина, и объясните, что именно вас интересует, какой раздел истории, какая эпоха?

– Раздел?

– Ну, возможно, вы хотите прочитать о развитии ремесел? Или живописи? А может, о становлении купечества или о первой образовательной реформе? Жизнеописание бывших губернаторов? Что вас интересует?

– Шаманизм и все что с ним связано.

– Интересно, – протянул Павел Васильевич. – Из того, что в наличии, могу дать только сказки и легенды северных народов. В библиотечном архиве Медведино есть еще труды профессора Алтынова XIX века, но они на французском, вряд ли вы что поймете.

– И тем не менее я бы взглянула.

– Какие интересные постояльцы стали приезжать в отель, а может, еще сузим круг поисков?

– Может. Знаете, что в отеле творится?

– Наслышан. И удивлен, что полицию не вызывали. Это хулиганство, такое нужно пресекать.

– Согласна на все сто, кто бы еще эту мысль до вашего начальства донес, – посетовала я. – Думаю, автор этого безобразия не совсем с головой дружит или фильмов пересмотрел, вообразил себе чего-нибудь из области фантастики или народного эпоса. – Мужчина продолжал смотреть. – Может, он какой ритуал воспроизводит, который предки, перебрав местных грибов, придумали? Сами понимаете, столбы, животные, местные страшилки о шамане, которому эта земля принадлежала. – Я развела руками.

– Не земля. Место силы, так это правильно называется, – произнес библиотекарь. – И пока он здесь, ничего не произойдет. В своем месте силы шаман непобедим.

– И еще добавьте «бессмертен», – не удержалась от скепсиса я, а мужчина нахмурился. – Хорошо, я за него очень рада, но давайте представим…

И в этот момент и произошло то, чего я исподволь ждала весь вечер. Кто-то сдавлено вскрикнул. Словно этому «кому-то» зажали рот рукой. А потом кто-то выругался. Смачно и от души. Мы услышали это с Павлом Васильевичем одновременно, так как дверь за собой я, слишком удивленная встречей, так и не потрудилась закрыть. Я выскочила на крыльцо и бросилась к дорожке.

У столба с котом стояли двое. Анфиса со стойки регистрации и мужчина, кажется из постояльцев. Девушка закрывала себе рот рукой, а мужчина матерился. «Столб с котом» – это понятие теперь можно было понимать буквально. Потому что кто-то…

– Креста на них нет, – пробормотала Анфиса, я была с ней полностью согласна.

Кто-то перерезал коту горло, а потом прибил зверя за лапы к этому самому столбу. Не рыжего, а белого в черных пятнах, такую расцветку еще называют коровьей. Хотя какая разница, сейчас где-то кто-то не может дозваться любимого питомца, и пройдет время, прежде чем хозяйка поймет, Барсик не загулял, он уже не вернется.

Я обернулась, к нам по дорожке бежали парни из охраны, за ними Макс. Рядом со мной стоял хмурый библиотекарь.

– Считаете, что я просто не люблю, когда убивают животных. Если мы поймем, чего этим добиваются, может, поймем, и кто это делает. Тогда помощь духов не понадобится, чего их зря беспокоить-то, хватит и полиции.

– Согласен. – Старик кивнул. – Найду все, что смогу. – Коротко, словно получив приказ, сказал библиотекарь.

Анфиса продолжала всхлипывать, к нам подбежали парни из охраны. Один из них скинул с плеч фирменную куртку, а другой стал снимать зверя со столба. Получилось плохо, грязно и не с первого раза, но все же получилось. Лапы с хрустом отошли от деревянного столба, голова зверя моталась на перерезанной шее. На том, что от нее осталось.

– Строительными скобами прибили, – пояснил один из мужчин.

– У нас строительный пистолет в бане валяется, наверняка Валерик опять бросил, – вздохнул Макс, глядя, как второй охранник заворачивает мертвого кота в свою куртку. – Странно, что крови так мало.

– А убили его не здесь, поэтому так мало, – сказала я, и они все: охранники, Анфиса, Макс, матерившийся постоялец и все еще топтавшийся рядом библиотекарь – посмотрели на меня. – Кровь из горла должна была забрызгать все вокруг. Значит, убили в другом месте. Принесли уже мертвого и прибили к столбу, чтобы всех нас впечатлить.

– К чему такие сложности? – нахмурился бармен.

«К тому, что я здесь битый час околачивалась и уходить не собиралась, – мысленно ответила я. – Потому что я отлучилась всего на пять минут».

А ведь он рисковал. Времени в обрез, я в любой момент могла выйти из библиотеки с любовным романом в руках. Если только у него не было сообщника, который наблюдал за моей беседой с библиотекарем, ведь дверь оставалась открытой, а библиотека не сказать чтобы очень велика. И в случае опасности подал бы сигнал. Интересно, а я не усложняю? Психи, они обычно в команде не работают и в такие тонкости не вникают.

– Что это такое?! – раздался пронзительный возглас. – Я спрашиваю, что это?

Мы обернулись, на дорожке, покачиваясь на высоких каблуках, стояла новоявленная Кэтрин. Позади нее маячил широкоплечий водитель.

– Что… – Девушка, не договорив, поперхнулась. – Что вы тут устроили? – Она указала пальцем на столб. И, надо сказать, указала куда-то выше того места, где был прибит кот. Мы все подняли головы и увидели то, что не замечали ранее, увлеченные трупом животного. Кто-то очень постарался и вымазал лоб «деревянного кота» кровью. И не просто вымазал, а с фантазией. Намалевал что-то похожее на греческую эпсилон.

– Я вас спрашиваю, – взвизгнула блондинка и топнула ножкой в белой туфельке.

– Малыш, успокойся, – прогудел здоровяк.

– Успокоиться? Они тут черти чем занимаются. – Она выразительно посмотрела на охранника все еще державшего сверток, из которого неопровержимой уликой торчала окровавленная кошачья лапа.

– Ну, у нас в стране свобода вероисповедания, и каждый может справлять свои ритуалы, если они не наносят вред… – Стал монотонно говорить здоровяк, словно зачитывал по бумажке.