Cемейные узы не в счет - Кира Витковская

– А зачем, Кристиш? – спросила она. – У тебя еще кожа нежная – ей косметика только повредит…

– А мама говорит, что косметикой пользоваться можно.

– Можно. Но важно знать меру. И потом, если маленькие девочки будут краситься, то они рано постареют. У них рано появятся морщины, кожа огрубеет… им и захочется не краситься, но они не смогут, потому что без косметики будут выглядеть некрасиво… Зачем тебе себя уродовать? Ты хочешь стать такой же, как они? Хочешь постареть раньше времени?

– Не хочу… но ты ведь тоже красишься?

– Но я крашусь не всегда. И в восемь лет я не красилась вовсе… А ты ведь красивая девочка, тебе ни к чему разрисовываться. Пусть разрисовываются уродки.

Кристина засмеялась и снова принялась оглядываться по сторонам.

– А чьи вон там журналы? – спросила девочка.

– Вон те? Дашины. Но если хочешь – можешь взять посмотреть. Только аккуратно, не разорви, – сказала Ксю и повернулась к Марку. – Уезжаете сегодня?

– Завтра утром, – ответил Марк. – Алина у подруги какой-то – к гадалке они вместе пошли. Я бы плюнул да уехал сегодня, но Кристина просила остаться…

– Я к тебе хотела прийти, – сказала Кристина, обращаясь к Ксюше. Ксю улыбнулась и потрепала девочку по волосам.

– И очень хорошо, что пришла, – произнесла Ксю. Она обняла Кристину и, взглянув на Марка, недоуменно подняла брови. – Что ты так на меня смотришь, Марк? – спросила она тихо, чтобы Кристина не услышала. Марк улыбнулся.

– Мамочка Ксюша, – насмешливо сказал он, тоже тихо.

Ксюша нахмурилась и уже хотела ответить какой-нибудь резкостью, как заметила, что насмешливое выражение исчезло с глаз Марка. Он задумчиво и даже с какой-то грустью посмотрел на дочку. И Ксю не отважилась съязвить.

Вечером она долго стояла у окна и думала. Завтра Марк уедет. Странно как-то – волей случайностей они постоянно сталкиваются. К чему это, если им нельзя быть вместе?

Ксюша верила в Судьбу и предзнаменования. И была убеждена – того, что предназначено человеку свыше, не избежать. Поэтому если ей выпадает быть с Марком, то она с ним будет. А если нет, то так или иначе они разойдутся.

День за днем, день за днем…

Ксюша училась. Иногда ей все невыносимо надоедало, появлялось желание убежать и забыть о делах. А пропускать занятия строго запрещалось. Приходилось ходить через силу. Скорее бы этот год прошел!

А время и правда шло. Уже закончился октябрь, ноябрь, затем декабрь. Перед Новым годом большинство ребят из общежития не стали уезжать домой. Общими усилиями они устроили вечеринку и хорошенько отметили праздник.

В январе начались экзамены, а потом каникулы. Целых две недели. Мало, но тем не менее такой-сякой отдых. Ксюша приехала в Барановичи, а через три дня позвонила из Березино тетя Люда. Она сказала, что бабушке очень плохо, и она просит Ксюшу и Катю приехать.

– Что у них там случилось? – спросила Катя нетерпеливо, когда Ксю каким-то остановившимся взглядом смотрела перед собой и не спешила положить трубку.

– Бабушка больна, – сказала Ксю.

– что? – всплеснула руками мама, заходя в комнату.

– Бабушка больна, – повторила Ксюша. – И, похоже, серьезно. У нее с давлением что-то, уже с месяц мучается. Врачи что-то делают, но надежды особой не дают. Говорят, что годы свое берут…

– Хочешь сказать… – Катя не договорила.

– Я ничего не хочу сказать, просто передаю слова тети Люды. И бабушка просила нас с тобой приехать.

– Что? Только этого мне не хватало – ехать к умирающему человеку! – воскликнула Кэт. – Ни за что!

– Как тебе не стыдно, – сказала Ксюша.

– Стыдно? С какой стати? Я ничего не украла и не должна прятать свое лицо и свое мнение!

– А если бабушка хочет сказать что-то важное?

– Не смеши. Ну что она может мне сказать? Старческий лепет вперемешку с бредом…

– Даже если так, Катя. Это больной человек и, возможно, умирающий. Неужели у тебя нету сострадания?

– Сострадание у меня есть, но нету времени. Если у тебя сейчас каникулы, то лично я хожу в школу.

– Катя!…

– Ну что «Катя»? Я действительно не могу и, если честно, не хочу. Я боюсь смерти, и мне даже страшно думать о том, чтобы поехать туда.

– Господи! – Ксюша была ошарашена. – Кать, ты… или сумасшедшая, или эгоистка…

– Не то и не другое, – холодно возразила Кэт. – Просто я не рвусь в героини, в отличие от тебя… Ты же наверняка завтра туда помчишься!

– Да, я поеду. Потому что… люблю бабушку, что бы там ни было. Мам, надеюсь, ты не против? – спросила Ксю у матери, которая молча слушала их перебранку.

– Нет, конечно. Ты должна поехать, – кивнула Ирина.

Катя нахмурилась. Несмотря на ее мирное сосуществование с Ксюшей в последние месяцы, Ксю иногда ее здорово раздражала.

Через полчаса Кэт зашла в комнату сестры, где Ксю собирала вещи, необходимые для отъезда на несколько дней.

– Скажи лучше, что затосковала по своему любовнику! – сказала Катя. – Передо мной можешь не притворяться. Не прикрывайся бабушкой, как ширмой, я прекрасно знаю, о чем ты думаешь!

– Ничего ты не знаешь. Да, я хочу увидеть Марка. Я никакая не святая и имею право любить и мечтать о любимом. Но в Березино я еду ради бабушки. Мне искренне жалко ее, и если мой приезд доставит ей какую-то радость… я буду счастлива поехать к ней.

– О, не сомневаюсь! – зло усмехнулась Катя. – Конечно, ты будешь счастлива… извращенка! Желаю, чтобы ты заплатила за свои мерзости сполна, и чтобы эта поездка стала для тебя кошмаром!