Перешагни пропасть недоверия - Сюзанна Макмин

Время будто остановилось для них.

Лэйни вдруг услышала, как где-то по соседству мать зовет своих детишек домой. Она взяла себя в руки.

— Что ты здесь делаешь? — спросила Лэйни с наигранной вежливостью.

Было июньское субботнее утро. И в Техасе стояли жаркие и душные дни. Это могло бы объяснить, почему Лэйни вдруг вспотела. Конечно, если не принимать во внимание тот факт, что она стояла на прохладном крыльце, затененном от знойного солнца крышей.

— Я беспокоился, — ответил Гаррет, окидывая ее внимательным взглядом.

— Почему?

— Я на этой неделе вернулся из командировки в Японию и пару раз звонил тебе. Но ты не подходила к телефону.

Он шагнул к ней, заметно сократив расстояние между ними. Она инстинктивно попятилась назад, но рука ее все еще опиралась о косяк двери. Сердце учащенно забилось.

— У меня такое ощущение, что телефон всегда звонит, как только я собираюсь уложить Далтона спать, — она пожала плечами. — Я вообще в последнее время редко отвечаю на звонки.

— Я оставлял сообщения, но ты мне не перезвонила.

— Нам не о чем говорить. Меня не интересуют деньги Уолтера, или его тесты, или что-то еще.

Она получила два письма от поверенного Уолтера и проигнорировала их. Надо было предположить, что Уолтер снова пошлет к ней Гаррета.

Гаррет положил руку на дверь. Теперь она уж точно не сможет ее захлопнуть.

— Как дела?

Она уже приготовилась было к спору, не ожидая, что он продолжит разговор, не обратив внимания на ее слова. Это немного выбило ее из колеи.

— Нормально.

— А как ребенок?

— Нормально.

— Набирает в весе?

— Да. Он весит уже четыре с половиной килограмма, — в голосе Лэйни послышались нотки гордости.

— Я бы хотел взглянуть на него.

Гаррет снова шагнул вперед. Лэйни ничего не оставалось, как отойти, если только, конечно, она не была намерена выступить в роли живого препятствия на его пути. Но она не собиралась делать это, ведь один только вид Гаррета так странно переворачивал все у нее внутри. Она не хотела рисковать, физически соприкасаясь с ним.

— Он спит, — сказала она.

— Я подожду. Если ты не против.

— Я занята, — возразила она. — Сейчас не совсем подходящее время для визитов.

— А-а…

Он действительно выглядел расстроенным или ей только показалось?

Она почувствовала себя виноватой. Он же был кузеном Бена. Он проделал неблизкий путь. Было бы неправильно не позволить ему повидаться с Далтоном. Она разрешила бы посмотреть на мальчика даже Уолтеру, если бы он вдруг появился здесь.

— Просто я собираюсь снова открыть свое дело через две недели, но для этого не все готово, — объяснила она. — Решила сдавать еще одну спальню, но она не до конца отремонтирована. Думала, что успею сделать все, пока «Сон и завтрак» временно закрыт. Скоро ведь на площади будет фестиваль, так что это неплохая возможность, но…

— Но что? — Гаррет побуждал ее к дальнейшим объяснениям.

Внезапный плач, раздавшийся из детской, прервал их разговор.

— Я должна подойти к нему.

Лэйни повернулась и ловко взбежала по ступенькам, радуясь прекращению разговора, пусть и ненадолго. Она говорила бессвязно, выдумывая оправдания, избегая правды, которая сводилась к тому, что выносить присутствие Гаррета было выше ее сил.

В последний раз, когда он был здесь, она начала хотеть чего-то такого, чего он не… попросту не смог бы ей дать. Этот мужчина не доверял ей, и не скрывал этого. Как можно мечтать о дружбе с человеком, который тебе даже не доверяет? Разве бывает такая дружба?

Нет, резко ответила она сама себе, открывая дверь в детскую. Крик Далтона утих, как только его светлые глазки увидели мать. Лэйни подошла к кроватке, переполненная бесконечной материнской любовью, которая придавала ей силы каждый раз, когда она смотрела на сына.

— Мой сладенький, — прошептала она, взяв его на руки.

Он потыкался в нее носом, ища грудь, и она поняла, что он голоден.

Она повернулась и почти столкнулась с Гарретом.

— О, — от неожиданности она вскрикнула. — Ты здесь?

Ее сердце учащенно забилось. Он стоял близко. Совсем близко. И не отходил. Она тоже не могла отойти: мешала кроватка. Шторы были плотно задвинуты, и солнце едва проникало через них. Глаза Гаррета сверкали в полутьме.

Его взгляд выражал сомнение, смешанное со страстным желанием. Лэйни увидела все это, потому что сама чувствовала то же самое.

— Он вырос, — заметил Гаррет, выводя их из странного состояния, и посмотрел на Далтона.

Лэйни тоже переключилась на ребенка, пытаясь понять, что же все-таки она видела в глазах Гаррета.

— Да, он уже большой мальчик, — гордо сказала Лэйни. — Он был маленьким, потому что родился на несколько недель раньше положенного срока. Но уже успел как следует подрасти.

— Он выглядит здоровым.

Гаррет протянул руку к голове мальчика, потом пощекотал пальцем его ладошку. Малыш зажал палец в своей маленькой ручке и повернулся к Лэйни. Он вытянул губы к материнской груди. Лэйни почувствовала, как она напряглась под легкой майкой.

Щеки Лэйни залились краской, и женщина быстро проскользнула мимо Гаррета. Детская располагалась в конце холла, рядом с ее спальней, напротив комнаты, которую Лэйни всеми силами старалась отремонтировать. Дверь в нее была открыта. Лэйни работала там каждую свободную минуту.

Когда у нее забронировали все три комнаты для гостей, она почувствовала подъем. Взяла лестницу и банки с краской и застелила пол старой бумагой. Сняв пожелтевшие от времени обои, почистила стены, и это было все, что она пока успела сделать.

— И ты собираешься принимать гостей в этой комнате через две недели? Ты все делаешь сама? — Гаррет недоуменно посмотрел на нее.

— Я справлюсь, — Лэйни пока еще не знала, как, но не сомневалась, что все сделает.

Глаза Гаррета сузились, и его взгляд стал тверже. Через комнату для гостей в холл проникал свет.

— Ты уверена, что должна всем этим заниматься сразу после рождения ребенка?

— В некоторых странах женщины сразу после рождения ребенка идут работать в поле. И это считается нормальным. Я думаю, что могу покрасить стены спустя четыре недели после родов.

Ее слова не убедили Гаррета.

— Ты выглядишь уставшей.

— Конечно, я устала. В этом нет ничего странного. У меня грудной ребенок. С маленьким ребенком невозможно хорошо спать. Либо одно, либо другое, а вместе — никак.

Она устроила Далтона на плече, похлопывая его по спинке. Гаррет казался обеспокоенным, и это заставило ее смягчиться. Странно, ведь все друзья приносили подарки, лакомства, в общем, уделяли ей достаточно внимания. Почему же ее так особенно трогало внимание Гаррета? Это было глупо и опасно.