Перешагни пропасть недоверия - Сюзанна Макмин

Гаррет молча слушал Лэйни, не сводя с нее глаз. Что происходит? Что она делает? Испытывает на нем свое умение ловко манипулировать людьми? Гаррет не знал, что и подумать. Картина последних месяцев жизни Бена, которую Гаррет, казалось, мог абсолютно точно представить, вдруг перевернулась вверх дном.

— Я боюсь даже подумать, чего он еще потребует от меня, если я соглашусь на анализ, — продолжала Лэйни дрожащим от внезапного наплыва эмоций голосом. — Наверняка он прикажет мне перебраться в Остин, где сможет контролировать каждый наш… О!

Внезапно она замолчала, и лицо ее исказилось от боли.

Гаррет стремительно подбежал к кровати, подсознательно реагируя на ее боль.

— Что такое? Ты же говорила, что не чувствуешь боли от схваток.

— Обезболивающее… больше… не действует, — с трудом прошептала она в ответ, тяжело дыша. — Да. Я чувствую схватки.

— Что мне делать? Хочешь, я позову сестру?

— Да… пожалуйста… позови сестру.

Гаррет побежал к двери. В холле было пусто. Он ринулся к дежурной. Медсестры, которая осматривала Лэйни, там не было, но он нашел другую и привел ее в палату.

Он ждал в холле, пока сестра занималась Лэйни. Его нервы были на пределе. Скорее бы родился этот ребенок, и тогда он сможет уехать из этого города, от Лэйни. Отправиться туда, где к нему вернется способность здраво мыслить.

Когда Гаррет смотрел в ее неповторимые глаза, он вообще не мог мыслить.

Из палаты вышла сестра. Через приоткрытую дверь Гаррет увидел лежащую спиной к нему Лэйни.

— Как она? — спросил он сестру.

— Теперь уже недолго, — кратко ответила она.

Он услышал отрывистый вздох Лэйни.

— У нее уже следующая схватка, — ошеломленно произнес он.

Медсестра кивнула.

— Промежуток между ними будет сокращаться. Теперь ей придется потрудиться. Осталось совсем чуть-чуть, скоро она будет готова к родам. Вы можете пройти и погладить ей спину, если это ее успокаивает. И не переставайте напоминать ей, чтобы делала вдохи и выдохи. Иначе потратит все силы слишком рано. Постарайтесь расслабить ее в перерыве между схватками. А я пока схожу за доктором.

Гаррет с изумлением смотрел на нее, но не успел он и рта раскрыть, как медсестра уже убегала по коридору.

Очевидно, медсестра приняла его за мужа Лэйни. Но, несмотря на то, что это было не так, он не мог оставить ее одну в такой момент. И неважно, что слова сестры привели его в замешательство.

— Лэйни! — позвал Гаррет, осторожно подходя к кровати.

Больничная сорочка Лэйни, застегнутая сзади, распахнулась, открывая его взору соблазнительную нежную спину. Осторожно просунув руки под сорочку, Гаррет стал массировать плечи и шею Лэйни, как велела сестра. Он пытался отвлечь ее от боли. Ее кожа была очень теплой и упругой.

Женщина застонала.

— Дыши, — требовательно сказал он, — у тебя все получается.

Как только схватка прекратилась, Лэйни повернулась к Гаррету. Ее глаза выражали волнение.

— Они не дадут мне больше обезболивающего. Сестра сказала, что уже слишком поздно, что уже нет времени. Ребенок на подходе. — Она сделала прерывистый вдох. — Я уже рожаю, прямо сейчас, без лекарств… О, нет! — нервно прошептала она. — У меня опять схватка.

— Но еще и минуты не прошло с последней, — сказал Гаррет, но она уже отчаянно выдыхала и вдыхала воздух.

Гаррет не знал, что делать. Она лежала к нему лицом, и он уже не мог помять ей спину. Вместо этого он накрыл ее руку своей. В ответ она с необычайной силой вцепилась в нее.

— Ты все делаешь правильно, — пытаясь найти подходящие слова, сказал Гаррет, когда схватка стала утихать. — А теперь попытайся немного расслабиться.

— И как же я должна это сделать?! — огрызнулась она.

— Я не знаю! Сестра велела мне так сказать.

Он взглянул ей в глаза и прочитал в них необыкновенную усталость и страх.

— Хочешь, я уйду? — спросил он, разрываясь между желанием остаться и незнакомым чувством слабости в коленях при мысли о том, что он может стать свидетелем рождения ребенка. — Я оставлю тебя в покое.

Лэйни прикусила губу и посмотрела на Гаррета. Она должна сказать, чтобы он ушел. Он же не муж ей. И даже не друг. Но сколько бы книг она ни читала, сколько бы консультаций ни посещала, рождение ребенка все равно оставалось пугающей тайной.

А рука Гаррета была такой большой, теплой и защищающей. Мысль о возможности остаться без этой опоры ужаснула Лэйни.

— Не мог бы ты просто… просто подержать меня за руку? — спросила она дрожащим голосом.

Гаррет понял, что не может оставить ее. Ведь она впервые просила его о помощи, а не отталкивала. Еще одна схватка. Лэйни так яростно сжала его руку, что он почувствовал, как ее ногти вонзаются ему в кожу.

Вбежала медсестра, толкая перед собой тележку с инструментами. Она быстро подключила удлинитель, опустила сверху огромную лампу и включила ее, откинув при этом простыню с нижней части тела роженицы. Гаррет тут же отвернулся и уставился на подушку из уважения к скромности Лэйни, не говоря уже о том, что он просто не перенес бы вида ее обнаженных коленей.

— Я чувствую давление, — выкрикнула Лэйни.

— Не тужьтесь, — приказала сестра. — Еще рано. Выдохните.

Лэйни шумно выдохнула и, как только прекратилась схватка, откинула назад голову. Капельки пота выступили у нее на лбу, увлажнив завитки ее челки. Доктор ворвался в палату, и Гаррет повернул голову, стараясь не смотреть на кровать. Доктор был в операционном халате и перчатках. Он направился прямо к кровати.

— Она полностью готова, — сообщила сестра.

— Как вы чувствуете себя, Лэйни? — дружелюбно спросил доктор Ферли.

Он был уже в возрасте, и его уверенность и оптимизм немного успокоили Гаррета.

— Пора, дорогая, — сказала сестра. — Во время следующей схватки тужьтесь. Я уже вижу волосики на его маленькой голове… и могу вас заверить, у него их немало.

— Правда? — прошептала Лэйни.

Гаррет посмотрел на нее. Ее глаза были большими и какой-то момент сияли от счастья. Затем последовала схватка.

— Приподнимитесь, дорогая, — командовала медсестра, — приподнимитесь.

Гаррет помог Лэйни, одной рукой поддерживая ее спину, другая рука все еще была в ее власти.

Лэйни сильно зажмурилась и потужилась. Еще несколько схваток. Гаррет уже едва ощущал свою руку, сжатую Лэйни, но сейчас он переживал за нее, бледную и дрожащую. В то же время его поражали ее сила воли и самообладание. Он знал, что ей было страшно и больно, но она не сдавалась. Она просто продолжала повиноваться указаниям сестры и своему инстинкту. А Гаррет был безумно горд, внося свою, пусть и небольшую, лепту в процесс родов.