Найти свою звезду - Барбара Картленд

— Пожалуй, кружевное, — подумав, ответила Бетти. — Мне почему-то кажется, что леди Миллисент наверняка наденет что-нибудь сверкающее, чтобы еще, больше походить на змею-искусительницу.

Тарина, с неспокойным сердцем, вышла из каюты Бетти и направилась в конец коридора, где, как ей было известно, помещалась леди Миллисент.

Каюты дам были расположены в одном крыле, по обе стороны длинного коридора, в конце которого находились апартаменты маркиза. Они занимали все пространство кормы и состояли, как позднее узнала Тарина, из просторной спальни, небольшой уютной гостиной и вместительной ванной комнаты, где маркиз мог, если пожелает, заниматься гимнастикой.

Однако в настоящий момент мысли девушки были заняты исключительно леди Миллисент. В ответ на свой робкий стук Тарина услышала властное:

— Войдите!

Она открыла дверь и, вспомнив наставления Бетти, сделала реверанс.

— Могу я помочь вам, миледи? — спросила Тарина.

— Разумеется! — резко бросила леди Миллисент. — Ведь мне не позволили взять горничную.

Дама сидела на стульчике перед вделанным в стену туалетным столиком с зеркалом. На ней было изысканное неглиже кроваво-красного шелка, отделанное каскадом кружев и множеством крошечных бархатных бантиков.

— Что миледи будет угодно? — спросила Тарина, входя.

Девушка сразу поняла, что каюта Бетти гораздо лучше каюты, отведенной леди Миллисент, хотя в них было и много схожего.

Широкая кровать не была задрапирована шелковыми занавесями, вместо этого рядом с ней на стене висела большая картина с изображением корабля. На других стенах тоже висели картины. В каюте не было ни иллюминаторов, ни стенных шкафов.

Одним словом, как показалось Тарине, каюта леди Миллисент была отделана в спартанском духе, в отличие от того восхитительного гнездышка, куда маркиз — наверняка намеренно — поместил Бетти.

— Надеюсь, вы умеете укладывать волосы? — спросила леди Миллисент таким тоном, что было ясно: лично она в этом очень сомневается.

— Я постараюсь сделать все, что в моих силах, — ответила Тарина, — если миледи объяснит мне, какую прическу она обычно носит.

— Пока мне нужно от вас только одно — привести мои волосы в порядок. Они изрядно примялись под шляпкой, — проговорила леди Миллисент. — А вот завтра вам придется заново причесать меня. Тогда и посмотрим, на что вы способны.

Тарина ничего не ответила. Вместо этого она начала приводить в порядок прическу леди Миллисент: в соответствии с последней модой волосы дамы были стянуты на затылке в тугой узел, а на лоб спадала легкая пушистая челка.

Тарина решила, что ей не составит труда сделать такую прическу. Леди Миллисент сидела молча и не выражала ни одобрения, ни недовольства.

Когда же Тарина помогла миледи облачиться в изумрудно-зеленое платье, украшенное блестками, она была вынуждена признать, что леди Миллисент выглядит великолепно. Она и в самом деле, как подметила Бетти, была похожа на змею-искусительницу.

Шею миледи украшало изумрудное ожерелье, сделанное со вкусом и явно очень дорогое.

Экипированная достойным образом, леди Миллисент, высоко подняв голову и стараясь ступать осторожно, ибо яхта уже шла полным ходом, выплыла из каюты, шурша шелковыми нижними юбками, и направилась к трапу, намереваясь подняться на палубу.

Теперь Тарина могла вернуться к Бетти.

— Как ты долго! — с упреком произнесла Бетти.

— Ее светлость оказалась дамой весьма требовательной, — объяснила Тарина. — Мне пришлось настоять на том, что сначала я обслужу тебя.

— Она, должно быть, совершенно несносна, — высказала предпопоженив Бетти. — Когда я ее вижу, то чувствую себя школьницей.

— Чепуха! — возразила Тарина. — Выше нос, дорогая. Тебе отлично известно, что ты в тысячу раз милее ее, и, кроме того, ты не замужем. Чего же бояться? Ведь у миледи есть муж, который ждет ее в Калькутте.

Бетти рассмеялась и поцеловала Тарину в щеку.

— Как хорошо, что ты поехала со мной, дорогая! — воскликнула она.

— Даже если она осмелится флиртовать с маркизом, — продолжала Тарина, следуя ходу собственных мыслей, — ты сумеешь отомстить, начав флиртовать с мистером Прествудом. Хант, камердинер маркиза, доложил мне, что этот джентльмен холост и, по его мнению, он самый лучший среди друзей хозяина.

— Такая рекомендация, несомненно, очень ценна! — шутливо заметила Бетти, и кузины рассмеялись.

Следуя совету Тарины, Бетти, войдя в салон, направилась не к маркизу, который в это время был занят беседой с леди Миллисент, а к Гарри Прествуду.

— Счастлив снова видеть вас, — сказал молодой человек. — А то я уже начал опасаться, не настигла ли вас морская болезнь.

— О нет! — возразила Бетти. — Причина моего опоздания в том, что мне пришлось на время уступить леди Миллисент свою горничную, — добавила она, понизив голос.

Глаза Гарри сверкнули лукавым огоньком.

— Это, наверное, еще хуже, чем на время уступить мужа!

Бетти раздумывала, как бы поостроумнее ответить, но вдруг заметила, что маркиз несет ей бокал шампанского.

— Я давно собирался сказать, что до сих пор в этом салоне недоставало именно вас! — галантно произнес он.

— Какой комплимент! — насмешливо парировала Бетти. — Только я почему-то уверена, что вы придумали его совсем недавно — должно быть, когда принимали ванну перед обедом.

Маркиз рассмеялся:

— Я всегда знал, что француженки умеют достойно принимать комплименты, а вы ведь жили во Франции.

— Но все равно осталась англичанкой, — возразила Бетти. — А французов я, честно говоря, побаиваюсь.

Он снова рассмеялся, а Гарри сказал:

— Твоим словам, Вивьен, на этот раз и в самом деле недостает той изысканности, которой ты всегда славился.

Маркиз в шутливом отчаянии поднял руки.

— Сдаюсь! Если вы оба решили нападать на меня, мне ничего не остается, как искать утешения в другом месте, — сказал он.

Он отошел к леди Миллисент. Леди Лорейн, которая сидела рядом и слышала этот разговор, заметила:

— По-моему, маркизу пойдет на пользу, если вы, леди Брэдуэлл, будете время от времени его поддразнивать. Мне иногда кажется, что Вивьен относится к себе слишком серьезно.

— Вы совершенно правы, — заметил Гарри. — Но беда не в том, что он сам себя принимает всерьез, а в том, что так делают другие.

Леди Лорейн, понизив голос, продолжала:

— Я считаю, Гарри, что Вивьен общается в основном с людьми гораздо старше себя и забывает, что еще молод. Ему надо больше веселиться. Когда я слышу циничные нотки в его голосе и вижу насмешливую улыбку, мне становится за него тревожно.