Найти свою звезду - Барбара Картленд

«Интересно, а есть ли на яхте хоть какие-нибудь книги?» — подумала Тарина и решила, что вряд ли.

Если маркиз увлекается спортом, он скорее всего не большой охотник до чтения.

Слуги маркиза заблаговременно поставили рядом с Тариной большую корзину с провизией, и, когда пришло время ленча, девушка отдала должное вкусной еде.

Путь до Саутгемптона предстоял неблизкий. «Интересно, что поделывает сейчас Бетти?» — думала Тарина, уверенная, что кузина не меньше ее самой взволнована путешествием в Сиам, хотя волнение это совсем другого рода.

Что касается Бетти, то она, глядя на леди Миллисент Карсон, испытывала легкую досаду — ибо великолепные светские красавицы всегда повергали ее в смущение.

Когда маркиз приглашал Бетти в путешествие, она решила — да и его недвусмысленные взгляды говорили, несомненно, о том же, — что именно она, Бетти, является объектом его внимания.

Поэтому немудрено, что, когда незадолго до отхода поезда в вагон вошла леди Миллисент, Бетти уставилась на нее с изумлением и тревогой. Она так же, как и Тарина, видела леди Миллисент на платформе, причем вместо того, чтобы присоединиться к остальным гостям маркиза, дама предпочла отойти в сторонку вместе с высоким молодым человеком приятной наружности, который, несомненно, тоже не принадлежал к числу приглашенных на яхту.

Казалось, эти двое так увлечены беседой, что, когда леди Лорейн предложила войти в вагон, Бетти была абсолютно уверена, что леди Миллисент не последует за остальными.

И вот двери уже начали закрываться; кондуктор стоял наготове, держа в одной руке свисток, а в другой — красный флажок, и в это время леди Миллисент присоединилась к гостям маркиза, причем с таким видом, будто вышла на сцену перед огромной аудиторией.

Маркиз, который уже сел рядом с Бетти, немедленно встал, а леди Миллисент воскликнула:

— Умоляю вас, найдите мне удобное место! Ненавижу ехать на колесе, а сегодня я к тому же изрядно устала.

Маркиз подвел капризную даму к удобному креслу — вагон был устроен таким образом, что напоминал миниатюрную гостиную, — и, к досаде Бетти, сел рядом с нею.

— Я счастлив представившейся мне возможностью заботиться о вас до самой Индии, — галантно произнес маркиз.

Теперь Бетти знала, куда именно направляется леди Миллисент. Так как любопытство все еще снедало ее, она продолжала прислушиваться к беседе. Вскоре Бетти услышала ответ дамы:

— Я чрезвычайно благодарна вашей светлости и непременно напишу мужу о том, как вы были добры ко мне.

Бетти издала легкий вздох облегчения.

Итак, леди Миллисент замужем!

Это привело Бетти в такой восторг, что она невольно улыбнулась и даже не заметила, как место рядом с ней занял красивый молодой человек.

— Меня зовут Гарри Прествуд, — представился он. — Я — старый друг Вивьена.

— Он говорил о вас.

Бетти подумала, что Гарри Прествуд — чрезвычайно симпатичный молодой человек, и вскоре между ними уже завязалась непринужденная беседа.

— Расскажите о себе, — попросил Гарри. — Вивьен говорил, что вы жили во Франции. Это, несомненно, сделало ей честь, но нанесло ущерб Англии.

Бетти улыбнулась, и на ее щеках появились премилые ямочки.

— Какой очаровательный комплимент! — воскликнула она. — Но я рада, что снова в Англии, а еще больше — тому, что отправляюсь в это чудесное путешествие, где нас наверняка ждут удивительные открытия.

Гарри рассмеялся:

— Почему вы так считаете?

— Ну а как же иначе? Ведь мы плывем в Сиам, страну экзотики и загадок!

— Представьте, я думаю о том же, — заметил Гарри. — Надо признаться, что я никогда не был в Сиаме — так же, как и вы.

— Вот и прекрасно! — обрадовалась Бетти. — Значит, мне не придется краснеть, если я задам какой-нибудь глупый вопрос. Я уверена, что в Сиаме масса достопримечательностей, которые непременно нужно увидеть.

В голосе Бетти звучала такая милая непосредственность, что Гарри заметил:

— Вот, по-моему, самый верный подход к делу! Я устал от людей, на которых все вокруг наводит тоску, которые давно успели всем пресытиться. К несчастью, наш благородный хозяин принадлежит к их числу.

— Но тут есть и некоторое преимущество — он наверняка сможет ответить на все наши вопросы, — возразила Бетти.

— Для этого требуется только одно — задавать их.

В глазах Гарри появилась лукавая усмешка. Однако взгляды, которые он бросал на Бетти, свидетельствовали о таком откровенном восхищении, что молодая дама почувствовала себя уверенней и уже не так волновалась.

Она и в самом деле выглядела прелестно, о чем не преминула упомянуть Тарина, когда кузины покидали Белгрейв-сквер. На Бетти было дорожное платье в точности того же цвета, что и ее глаза, а поверх него — темно-синяя накидка, подбитая и отделанная соболями.

Изящные ушки Бетти украшали сапфиры, а на пальце сверкало кольцо с большим камнем.

— Вы похожи на статуэтку из дрезденского фарфора! — неожиданно воскликнул Гарри.

И снова на щеках Бетти появились очаровательные ямочки, как всегда, когда она улыбалась.

— Наверное, вам говорили это уже десятки раз.

— И даже сотни!

Гарри рассмеялся:

— И теперь вы ждете, что я скажу что-нибудь оригинальное.

— Умираю от желания услышать это!

В другом конце вагона леди Миллисент бросала на маркиза взгляды из-под полуопущенных век. Ее глаза чуточку косили, что придавало ей особое очарование.

— Я начинаю думать, — сказала она многозначительно, — что это перст судьбы. Надо же было так случиться, что мы уезжаем из Англии вместе именно сейчас!

— Что вы имеете в виду? — поинтересовался маркиз.

— Когда я узнала о том, что Родерику предстоит отправиться в Индию, — пояснила дама, — я в отчаянии думала, что больше никогда вас не увижу.

— И это вас беспокоило?

— Больше всего на свете я ненавижу бросать книгу, первые страницы которой меня заинтриговали! — многозначительно произнесла леди Миллисент.

— У нас впереди целых три недели для того, чтобы выяснить, что же случилось в следующей главе.

— Много это или мало, зависит от вас.

— Мне кажется, это зависит от нас обоих, — возразил маркиз.

Леди Миллисент бросила на него вызывающий взгляд и соблазнительно улыбнулась.

И снова, как и раньше, маркизу пришло в голову, что едва ли найдется на свете женщина столь же прекрасная, чувственная и так похожая на сирену. Она волновала и возбуждала его.

Когда же он взглянул на леди Брэдуэлл, то не мог не отметить, что ее бело-розовая кожа и чистота, которой светился весь ее облик, напоминают ему очаровательный цветок.