Драконьи правила для начинающих - Ника Ёрш

– Не волнуйся, – отмахнулась я – Аккуратность – мое второе имя. А в аптечке, если что, есть пластыри.

Драг не уходил, нависая надо мной хмурой скалой. А я продолжала комментировать свое безобразие:

– Сейчас бруски большие, но потом будет мелко. Я нашинкую, что выйдет. Прекрати вмешиваться, пожалуйста. Уходи с кухни, не отвлекай. – С этими словами потерла веко и начала прыгать, притворяясь, будто глаз ужасно щиплет. – Ох! Надо же! Это все ты меня отвлек на себя. Как больно. Где кран?

Через минуту Драг занимался овощами. Лично. Пока я умывалась и клялась, что обычно такого со мной не случается.

Тесто пришлось замешивать самой – это я доверить дракону не могла. Да у него и времени не было: бедняга строгал морковь и натирал свеклу, с боем отняв у меня терку.

Я обиженно шмыгала носом, громко горевала из-за стойкого запаха лука и жаловалась на слезящиеся глаза. Потом поставила на плиту сковородку и скинула в нее свеклу, приговаривая:

– Сейчас потушится – и можно добавлять остальные овощи. Главное – не забывать помешивать. Кстати, где банка с томатной пастой?

Я «неудачно» обернулась и тут же зашипела, притворяясь, что обожгла палец. Драг сочувствовал, но уже как-то без души. Так я узнала, что у каждого дракона, как и у человека, есть лимит на доброе отношение к растяпам.

Пока остужала конечность под ледяной водой, мой уставший сосед помешивал зажарку и, в перерывах, раскатывал тесто.

– Иначе оно засохнет, – вздыхала я, наблюдая за громко сопящим драконом. – И тогда лапши не получится. Уже можно нарезать. Тоньше. Да, вот так. Я бы сделала лучше. Оставь все! Не могу на это смотреть…

– Лечи свой палец! – зарычал Драг тоном, от которого я вздрогнула. И добавил, явно собираясь с духом: – С тестом я и сам как-нибудь разберусь. Не маленький.

Судя по его виду, он шел в поединок не на жизнь, а на смерть. Глядя на бедолагу, я старательно душила в себе жалость, вспоминая все язвительные шуточки в свой адрес. Когда Драг наконец справился и, обсыпанный мукой с головы до ног, гордо продемонстрировал кривую лапшу, пришлось собрать все силы, чтобы не приняться его хвалить.

– У меня вышло бы лучше, – припечатала я. – Но чего уж теперь? Забрасывай как есть. С тобой и не такое научишься есть.

Драг поджал губы. Кажется, он хотел сказать гадость. Пришлось его опередить:

– Все! Дальше я сама. Посмотри, какой вокруг бардак. Терпеть не могу суету на кухне. Даже голова разболелась…

Так дело и шло.

– А где капуста? – спрашивала я, оглянувшись с несчастным видом. – Я что, не захватила ее из кладовки? Ты уже несешь? Я и сама могла бы… Зажарку всыпал в бульон? Вот здесь расплескал. Ничего, я вытру. Кто-то должен следить за порядком. Как ты аккуратно порезал картошку, надо же. Я бы сама вряд ли сделала лучше. Особенно с больным пальцем… Лапшу пора выключать. Отойди. Сейчас буду сливать кипяток. Ну куда выхватываешь из рук? Я бы не облилась. Наверное… Помешал борщ? Мне из-за тебя не подойти. В смысле, что я делаю? Капусту шинкую. Куда мельче-то? Ты будто для группы детского сада готовишь. Ну режь как хочешь, я посмотрю.

Драг порхал у плиты, как бабочка.

Конечно, он бесконечно поражался моей глупости и сочувствовал тому, что обе мои руки – левые. И лишь через час до него неожиданно дошло…

Я со стоном начала подниматься, чтобы уменьшить огонь и накрыть борщ крышкой, но Драг меня опередил. Сделав все самостоятельно, он вдруг замер, сведя брови на переносице. Медленно осмотрелся. Стянул с себя передник, который я ему нацепила в процессе резки помидоров, и, прищурившись, выдал:

– А ты ужасный человек, Миранда Хансон.

– Почему это? – спросила я, чувствуя, как начинаю широко улыбаться. Удержаться не было никаких сил. – Я обещала ужин, и он у нас будет.

Дракон уперся ладонями в столешницу, опустил голову и громко продекламировал:

– Правило третье! Людям нельзя манипулировать драконами.

Он грозно на меня посмотрел. И я все же не вынесла: откинулась на подушки дивана и безудержно расхохоталась.

Драг что-то бубнил у плиты. Перекладывал с места на место передник и качал головой. А я никак не могла отсмеяться. И лишь когда немного успокоилась, сообщила очевидное:

– По-моему, господин дракон, все твои правила – полная ерунда. И нам нужны новые. Действующие. Компромиссные!

– Например? – спросил мой прекрасный сосед, сложив руки на груди.

– Ты пока помешай еще раз борщ, а я принесу лист бумаги и перо! – крикнула я, снова ухохатываясь под ошалевшим взглядом Драга.

– Совсем обнаглела, – неслось мне вслед, пока поднималась по лестнице. – Я стал беспечной жертвой корыстной человечки! Боги, за что? Подам заявление о мошенничестве в отделение твоего отца! Слышишь?

Вернувшись, я застала дракона сидящим за столом с самым заговорщицким видом.

– Готовишь план мести? – спросила его, улыбнувшись.

– Возможно, – не стал скрываться он.

– Тогда у меня созрело первое правило для начинающих соседей!

Сверкнув глазами, я нашла на стене замеченный раньше гвоздик и, зацепив за него принесенную бумажку, принялась писать под цифрой один:

«Никогда не мстить друг другу. Все конфликты решать разговорами».

– Так не бывает, – заметил вставший за моей спиной Драг.

– Не бывало, – вскинула я указательный палец. – А теперь будет. Это же правило. Нерушимое. Понимаешь?

Я улыбнулась ему и вдруг особенно остро ощутила, как близко он стоит. Драг смотрел на меня чуть прищурившись. В его глазах, как всегда, сияли смешинки. Но сам он шутить не спешил.

– Понимаю, – ответил своим низким рокочущим голосом.

И я быстро отвернулась, чувствуя, как начинают слабеть ноги. Последний раз со мной такое было во время практики на четвертом курсе. Нас отправили на болота для охоты на восставшую нежить. А ее оказалось больше, чем могли себе представить. И к концу боя я едва стояла на ногах: слабая и шокированная произошедшим. Теперь ситуация была похожей. Только вместо нежити сзади стоял Драг, испытывающий меня совсем иным способом.

– Я могу вносить правила в твой список? – спросил он, склонившись к моему уху. – Есть кое-какие мысли.

– Разумеется, – ответила я, протянув ему перо.

Пальцы дракона коснулись моих, моментально запуская мурашки по телу. Я отступила, старательно глядя только на лист бумаги и испытывая самое невероятное чувство из всех. Ни на что не похожее. Пугающее, противоречивое и неизведанное. Думать о котором было по-настоящему страшно.

– Вот так, – сказал Драг, написав тем временем свое правило