Василиса Предерзкая - Маргарита Блинова

Дракон задумчиво оглянулся на свои крылья, еще раз глянул на меня тремя головами и неожиданно улыбнулся.

– А ты нам нравишься, Предерзкая!

***

Следующие полдня и дождливый вечер, который так и не принес долгожданной прохлады, мы занимались подготовкой к вылету.

Одна голова дракона следила за тем, как хвост специальной тряпочкой полирует чешую на спине. Вторая старательно выводила буквы на растяжке, которую мы планировали прикрепить к хвосту ради бесплатной рекламы нашего общего дела. Третья вместе со мной склонилась над картой и обсуждала маршрут.

– Давай сперва слетаем в Рогатины, – сказала я, указывая пальцем на крупный населенный пункт, что славился своим отменным пивным производством. – Хорошее место плюс близко, и народ платежеспособный.

– Не, только не Рогатины, – качнул головой Горыныч. – Там какая-то нечисть с начала весны промышляет.

– Боишься? – подначила я.

– Логично опасаюсь, – не поддался на провокацию ящер. – Кто там по лесам шляется, поди еще узнай и докажи. А перепуганный люд не склонен к разбирательствам. Сперва копье в брюхо швырнут, а потом уже и буквы на растяжке прочитают.

– А еще у них арбалеты на стенах, – поддакнула первая голова.

Я перечеркнула Рогатины и припомнила разговор, подслушанный на кухне во время праздничного абсурда под кодовым названием «расторжение брака». А ведь тот купец, что привез пиво, тоже жаловался, что в Рогатины по обычной дороге теперь не проедешь. И сюда я ехала на телеге, которая сделала знатный крюк через соседние села.

– Дела-а… – протяжно выдохнула я, прокручивая на запястье браслет Демьяна. Мысленно дала себе обещание заехать по пути обратно и проверить, как там в действительности обстоят дела, и вновь вернулась к обсуждению.

Я настаивала, что нет ничего круче, чем сгонять в лагерь богатырей, которым картинка поверженного дракона в портфолио работ будет как нигде кстати. Дракон откровенно трусил, опасаясь, что богатыри ему шею намылят и хвост в узел свяжут. И вообще, ребята они ненадежные, ничего кроме драк в жизни не видели.

В итоге решили лететь далеко на север в Большие Поганки, крупное село, расположенное возле самой границы с одной из долин вампиров.

– У меня там знакомый купец, – сознался Горыныч. – Я у него капусту на зиму закупаю, да и местные ни черта не боятся уже.

– И немудрено, – опять поддакнула одна из голов, – с такими-то соседями.

Большие Поганки не подвели. Сперва местные с интересом проследили за летящим над самыми крышами трехглавым драконом, который сделал несколько кругов почета и расположился на небольшом лужке за стенами. Дальше по улочкам прошлась уже я.

С моих рук срывались магические птички с приглашением посетить уникальное шоу, прокатиться на спине настоящего дракона за пару медяков и запечатлеть картинку на память.

Через час на лужке толпилась очередь из желающих. Катались и «сражались» в основном парни и ребятня помладше. Более взрослые предпочитали встать в очередь к «госпоже ведьме». И ничего, что она дипломированный маг-практик, у всех свои недостатки.

За день я заговорила столько скотины, сняла столько сглазов и вылечила столько страдальцев от зубной боли и прочих недугов, что едва держалась на ногах. Если бы не Горыныч, даже и не знаю, как добралась бы до пещеры.

– Сколько? – спросила я, рухнув на расстеленный на полу спальник.

– Пять золотых за день, – с гордостью ссыпал в большой ящик горсть медяков Дракон-Горыныч, но я даже не улыбнулась.

Пять золотых – это два с половиной на каждого, итого… Итого выходило, что даже при таком ударном рабочем плане скопить пятьсот золотых для откупа от ОРа я не успеваю.

«Надо придумать что-то еще», – сонно подумала я и выключилась.

Остановка десятая

Бздынь

Сегодня мы с Горынычем решили никуда не лететь, так как за вчера оба устали и еще морально не были готовы к повторению подвига даже во славу блеска и звона наличности.

Все еще обеспокоенная тем, как бы заработать и желательно побыстрее, я вспомнила о боевом молоте и щите, с помощью которых будила спящего дракона, и интереса ради решила обойти подступы к логову.

– Обалдеть, – поразилась я, выволакивая из все того же колючего кустарника сперва двуручный меч, а после рывком выдергивая застрявшее там же копье.

– Горыныч, откуда столько?

Дракон, трудолюбиво крошивший мясницким ножом салат из одуванчиков, поднял одну из голов.

– А, не обращай внимания. Ходят тут всякие, драконоборцами себя кличут, тыкалки свои теряют, а мне потом в кустики нормально не сходить.

– Хм… – протянула я задумчиво и пошла в деревню на поиски кузнеца.

С ним я хотела поговорить на предмет продажи погнутого богатства, что было обронено бравыми смельчаками при побеге. А еще встретиться со старостой деревни.

От Горыныча я узнала, что очень скоро начнется большая гномья ярмарка, а это значит, что не за горами тот день, когда в тихий Бздынь потянутся мастера, наемники, рыцари, богатыри и просто любители оружия из ближайших селений. На ярмарке мы с Дракон-Горынычем планировали заработать большую часть капитала, но для начала требовалось заручиться согласием старосты, а тот как сквозь землю провалился.

Его дом оказался пуст, причем пропал не только староста, а вообще все, включая годовалого внука и привязанного у конуры пса. Старосты не было и в общем доме, где проходили все праздники, совещания и торговля. И у кого бы из местных я ни спрашивала, где искать неуловимого, все только чесали затылки и разводили руками.

– Эй, девка! Не стой у открытой калитки. Беду накликаешь! – крикнула бабка, высовываясь из окошка избы напротив дома старосты.

– И почему нельзя накликать что-то хорошее? Деньги, например, – проворчала я, но от калиточки благоразумно отошла.

Наконец, после двух часов бесплотных поисков, меня нагнала маленькая атаманша, что помогала будить Дракон-Горыныча.

– Теть ведьма, а староста лес прочесывает, – сказала она. – До ночи точно не вернется.

– Потерялся кто?

– Ага, – кивнула атаманша, запрыгнула на соседский забор и, помогая себе расставленными руками, ловким бельчонком побежала по верху. – Коровка его, Ромашка, пропала. Со вчерашнего дня ищут.

В конце забора бойкая девчонка спрыгнула вниз и выложила историю постигшего старосту несчастья.

Как оказалось, Ромашка для мужика была не просто коровой. Она была его лучшей кормилицей, да еще и стельной к тому же. За теленком вся деревня в очередь стояла… и тут такое!

Вертлявый Микош, обычно приглядывавший за коровами на дальнем лугу, убежал на речку, чтобы подсмотреть, как девчонки купаются, а коровка возьми да