Василиса Предерзкая - Маргарита Блинова

Зато следующим пятеркам повезло значительно меньше.

Вернувшиеся из лазарета учителя утратили былое благодушие и взирали на проштрафившихся учеников как на предателей.

– Мало. Ох и мало мы сажали вас в карцер с ножом и мешком нечищеной картошки, – сокрушался Оселкович.

– И это будущие травники и маги-практики? – качала головой Добронрава Светлая.

– В мои годы таких бестолочей из школы не выпускали, – ворчал Гостомысл Приречный.

Бодрослав, как самый молодой, тактично умалчивал, что карцер не пустовал ни единого дня в году, справно поставляя для кухни и картошку, и перебранную крупу, и отдраенные до блеска сковороды. Что толковых травников и магов-практиков из нас может сделать только опыт, который не приобретается в стенах школы, а приходит с жизнью. Ну а в годы учебы сам Гостомысл Приречный сдал выпускной экзамен только со второй попытки.

О том, что же такого страшного натворили остальные, пока мы отвечали, удалось выяснить вездесущему и жутко удачливому Иванушке, завалившемуся в нашу комнату уже после обеда.

– Представляете, кто-то из наших решил повторить экзорцизм против призраков, но что-то пошло не так, и заклинание не обрело форму!

Вместо этого заклинание обрело скорость, сорвалось в полет, отрикошетило в стену и в потолок. Пару раз метнулось туда-сюда, лишь чудом не зацепив никого из выпускников, предусмотрительно бросившихся на пол, вылетело в разбитое окно и атаковало трех поваров, тащивших в школу корзины с продуктами.

Вот как-то так и вышло, что теперь в лазарете орут и возмущаются три кота в поварских передниках, на кухне бардак, о праздничном ужине больше не заикаются, а в желудках учителей пустота вместо обеда. Хуже того, никто не в курсе, как вернуть пострадавшим истинный облик, но все втайне надеются, что оно как-то само собой рассосется. Ну кроме разве что котов. Те продолжают орать и в бешенстве рвать когтями казенные перины.

Хорошо, что вчера с бракоразводного праздника я унесла целую корзину с ужасно вкусными и калорийными…

– А где пирожки? – спохватилась я, заглядывая в пустую корзинку.

– А были пирожки? – Аленушка нахмурила брови.

Мы с Иванушкой обреченно переглянулись. Аленушка обожала учиться и всегда с таким вдохновением отдавалась процессу, что не замечала того, что творят ее руки. Мы частенько ловили ее с чужим бутербродом, пирогом и даже с излюбленным деликатесом гномов – жареной крысой на палочке.

– Раз пирожки накрылись корзиной, то предлагаю сходить в «Старушку Берту»? – предложил Иванушка, и мы дружно засобирались в едальню.

«Старушка Берта» была ближайшим от школы приличным местом, где если и можно отравиться, то не насмерть. Владел «Старушкой» крупный мужчина с такими выразительными кулаками, что мог обходиться без вышибалы. Еще поговаривали, что он сам из бывших выпускников школы, но маг-практик из него вышел никудышный, а вот хозяин едальни – вполне неплохой.

Внутри заведение было обставлено деревянной мебелью с массивными столами, не иначе как для надежности прикрученными к полу. Судя по многочисленным дырам, даже при такой хозяйской предусмотрительности разгулявшиеся гости нет-нет да и пытались отодрать и швырнуть стол в ближнего.

Выбрав место возле окна, мы заказали жареной картошечки с грибами, зеленью и сметаной, салат из огурцов и помидоров и три кружки кваса, чтобы отметить удачно сданный и, будем надеяться, последний в нашей жизни экзамен. Но не успели даже пригубить, как в зал ворвался запыхавшийся Демьян.

– Ага! Вот вы где, – бросился он к нашему столику, игнорируя то, как в болезненной гримасе перекосило лицо Иванушки. – Вы чего меня не подождали?

Демьян схватил спинку стула и попытался выдвинуть тот, но Иванушка вытянул ноги между ножек и не дал ему этого сделать.

– Шел бы ты, Демьян, а то рожа твоя аппетит портит.

– Нарываешься? – уточнил Демьян, и парни надулись, как два рассерженных кота, готовых к драке.

Мы с Аленой переглянулись.

Парни не питали друг к другу взаимной приязни с тех самых пор, как в возрасте пятнадцати лет Демьян попытался пригласить Алену на свидание, и в Иванушке взыграла братская ревность. Распетушившиеся дураки решили выяснить, кто прав, силой, но уже в самом начале драки вмешался учитель Оселкович и за уши растащил драчунов.

Демьян с Иваном тогда провели сутки в карцере, перечистили два мешка картошки, но так и не сумели сплотиться.

С годами тот первый конфликт забылся, сменившись легким раздражением при виде конкурента.

– Мальчики, да ладно вам ссориться. Сегодня, возможно, вообще последний день, когда мы видим друг друга, – миролюбиво напомнила Аленушка, и парни пригладили метафорически вздыбленную шерсть.

Иванушка убрал ноги. Демьян выдвинул стул, но не сел, а сунул руку в карман и достал свернутую трубочкой бумагу.

– Смотрите, что у меня есть! Пять сребров отдал, чтобы получить список с ОРом.

Как по мне, бумага не стоила пяти сребров: завтра утром учитель Оселкович вывесит оригинал в холле школы, но кто ж откажется заранее узнать, в какие заболоченные дали любимая школа отправит тебя по обязательному распределению.

– Дай посмотреть!

Иванушка цапнул свиток из рук неприятеля, развернул и принялся лихорадочно искать свою фамилию. Аленушка тоже наклонилась и вытянула шею, заглядывая через руку брата. Я же призывно посмотрела на разносчицу, которая в очередной раз обошла наш стол, подобрала из глубокой тарелки сухарик посимпатичнее, кинула в рот и запила квасом.

Денег на возмещение у меня не было, занять тоже не представлялось возможным. Хлебных или интересных местечек, как Олешке, никто не предлагал, поэтому мне было глубоко безразлично, в какие нехоженые дебри отправят ученицу Василису Предерзкую завтра утром.

Демьян плюхнулся на стул, но практически сразу подскочил и вытащил из заднего кармана уже порядком измятый конверт.

– Кстати, Васька, а это тебе. Девочки из канцелярии просили передать.

– Точно! – воскликнула я, только сейчас вспоминая о птичке с просьбой зайти и вскрывая конверт.

– Мамочки! – воскликнула Аленушка, хватаясь за русую косу. – Я буду травницей в Лужках.

– Везет, – скривился Иванушка. – Мне вон вообще хутор Три Дубка перепал, а Ваське… Васька? Эй, подруга, ты чего?

Я с трудом оторвалась от послания, обвела друзей потерянным взглядом, сморгнула одолевший тело ступор и молча протянула гербовую бумагу Аленушке.

– Уважаемая Василиса Предерзкая, выпускница Древотяпской магической школы имени Трунбадира, – вслух прочитала она, – сим доносим до вас свое желание встретиться в Яснограде не позднее середины осени, чтобы обсудить вопрос вашего возможного трудоустройства в Алладаре, долине вампиров. Буду ждать нашей встречи. В случае отказа сожгите это письмо. Подпись…

Аленушка сглотнула, выронила лист на