До того как - Анна Тодд

– Хватит на меня пялиться!

Развернувшись, ухожу. Дыхание перехватывает. Как тогда, когда я выкуривал слишком много сигарет. Я больше не курю, завязал, – напоминаю себе, упираясь спиной в кирпичную стену, пытаясь отдышаться.

Странная она, эта блондинка с самомнением.

* * *

Вся неделю – коту под хвост. Туса за тусой, шум и гам. А страдать – мне.

За неделю я, в общей сложности, спал часов двадцать, и сегодня просто нет сил. Голова гудит, перед глазами плывет. Ключи от машины не найти. Нервы на пределе, если кто докопается – побью.

Пока роюсь в вещах, раздается стук в дверь. Сперва я думал не открыть, но тут постучались еще раз – громче.

Открываю. На пороге – девчонка в джемпере с символикой универа. Глаза красные, щеки – румяные.

– Можно войти? – спрашивает она; руки у нее дрожат.

– Нет. Извини. – Захлопываю дверь прямо у нее перед носом. Секундой позже снова раздается стук в дверь. Черт возьми! Не знаю, кто эта чикса, но лучше бы ей свалить. Она все стучит и стучит, и я рывком распахиваю дверь.

На пороге – Нил, один из самых больших мудаков в общаге. Светлые волосы на башке взъерошены, от него тащит пивом и мандой.

– Че надо? – спрашиваю, отходя в глубь комнаты и швыряя в него джинсами.

– Ты К-кэйди не видел? – мямлит он.

– Кого?

– Та, с которой я был прошлой ночью. Ты ее видел?

Уж не та ли это красноглазая, что стучалась ко мне? Мотаю головой. Мне показалось, что она обкуренная.

– Она ушла и не вернулась. Забей. – Схватив с полки книгу, кидаю ею в Нила.

Тот стонет и, обозвав меня козлом, уходит.

Взбешенный, еду в кампус. Там продолжаю донимать соседку Стеф.

– Я весь в нетерпении. Столько хорошего слышал про этот предмет, – втирает ей Лэндон, когда я пристраиваюсь к ним в хвосте. Должно быть, они реально сдружились. Тесса отвечает тихим голосом, а Лэндон ей улыбается. Улыбка Тессы так и лучится теплом. Я отворачиваюсь.

Так они нравятся друг другу? У нее ведь есть парень, тот, модельной внешности. И у Лэндона телка имеется. Или он теперь свободен? Вон как на Тессу засматривается.

Где-то посреди лекции Лэндон выходит из аудитории, и Тесса отодвигается от меня подальше.

– На этой неделе у нас «Гордость и предубеждение» Джейн Остин, – объявляет профессор Как-его-там. Тесса улыбается. Да не просто улыбается – лыбится от уха до уха.

Ну еще бы, чиксы обожают «Гордость и предубеждение». С ума сходят по Дарси.

Смотрю, как Тесса собирает вещи: огроменный органайзер и кипа учебников (наверное, все учебники, доступные в нашей библиотеке). Притворяюсь, что задерживаюсь, но это чертовски трудно – если учесть, сколько Тесса копается.

Иду за ней следом. В коридоре говорю:

– Дай угадаю: ты без ума от любви к мистеру Дарси.

Грех не постебаться над ней.

– В него влюблена каждая женщина, прочитавшая эту книгу, – говорит Тесса, старательно не глядя на меня. На улице, на перекрестке она, прежде чем перейти дорогу, смотрит в обе стороны.

– Конечно, ты влюблена в него. – Я смеюсь и вдруг замечаю, что она уже почти перешла дорогу. Черт, вот ведь шустрая.

– Ты просто не в состоянии понять, чем привлекателен мистер Дарси, – пытается задеть меня Тесса.

В ночь смеюсь.

– Делать романтического героя из грубого и несносного существа? Это же глупо. Если бы у Элизабет была хоть капля мозгов, сразу его отшила бы.

Мисс Я-Сама-Гордость оборачивается и, к моему немалому удивлению, начинает хихикать. Невинно и искренне, как почти никто уже не умеет.

– То есть ты согласна, что Элизабет – дура? – дожимаю я.

– Нет, Элизабет – один из самых сильных и сложных литературных персонажей.

Она защищает Элизабет Беннет, как не стала бы защищать ни одна восемнадцатилетняя девушка. Меня разбирает искренний смех, и Тессу – тоже, а смех у нее мягкий и легкий, как пух.

Какого хрена…

Я замолкаю и отворачиваюсь.

Тесса – странная.

– Еще увидимся, Тереза. – Покидаю ее, направляясь в другую сторону.

Мягкий и легкий? Как пух? Какого хрена?! Не смей так думать!

Иду к машине. В общаге сегодня очередная туса. Надо отвлечься и забыть этот бред, забурившись в тугую влажную…

Звонок телефона отвлекает меня от извращенных фантазий. Увидев на экране имя Джейса, отвечаю сразу же.

Давненько мы с ним не виделись, здорово, что он вернулся. У каждого в жизни есть такой человек, в обществе которого чувствуешь себя лучше. Джейс козел, первостатейный урод, спросите кого угодно, и вам подтвердят, но мы с ним круто оттягиваемся.