До того как - Анна Тодд

– Если хочешь переспать со мной, то извини, ты не в моем вкусе.

С улыбкой наблюдаю, как ее перекашивает от смущения и гнева.

– Да ты… ты…

Мне вдруг становится неуютно.

– Тогда… – говорит Тесса, – перенеси ее в другую комнату, а я вернусь к себе.

Я?! Она так самоуверенна, что с каждой секундой бесит меня все сильнее.

Она ведь не бросит Стеф здесь? Не бросит же?.. Тесса открывает дверь и выходит в коридор.

Черт, а у нее характер покрепче, чем я ожидал. Это даже слегка впечатляет.

– Спокойной ночи, Тереза! – кричу ей вслед, пока она не захлопнула дверь.

Окидываю комнату беглым взглядом: вдруг она еще что-то здесь трогала. В глаза бросается зеркало. Точнее, человек в отражении. С трудом узнаю его, потому что сам не знаю, в кого превратился за последние годы.

И уж совсем непонятно, откуда у меня на губах эта придурочная улыбка?

Мне не впервой с зазнобами на таких тусах собачиться, но сейчас перебранка понравилась мне больше обычного. Почему? Из-за новенькой? Она не из тех, на кого я обычно охочусь, однако забавляться с ней тоже прикольно.

Снизу доносится шум. Стеф у меня на кровати, и делать нечего: придется позвать Нэта, чтобы вынести ее отсюда… и, наверное, бросить в коридоре. Уверен, Стеф спала в местах и похуже. У меня из головы все не идет Тесса, то, как она упрямо подбоченилась, пока спорила со мной, не желая уступать.

Выхожу в коридор и ловлю первого попавшегося новичка, уговариваю помочь перенести Стеф в другую комнату. Жду для верности, пока он потом выйдет, – чтоб не остался с пьяной Стеф в пустой спальне – и только потом возвращаюсь к себе.

Проходя мимо туалета, слышу дикие вопли. Это Тесса, я теперь ее голос где угодно узнаю.

– Да нет… Я пошла на вечеринку с соседкой и застряла в общаге. Тут спать негде, а домой не вернуться.

Она уже плачет. Надо бы пройти мимо, нет ни сил, ни даже слабенького желания общаться с этой гиперчувствительной ревой.

– Она же…

Тесса всхлипывает, и ее слов не разобрать. Прижимаюсь ухом к двери.

– В том-то и дело, Ной…

Дергаю за ручку двери. Сам не знаю зачем, так что, наверное, оно и к лучшему, что дверь заперта.

– Минутку, – громко и раздраженно просит Тесса.

Стучусь.

– Говорю же вам, погодите!

Распахнув дверь, она видит меня, и глаза у нее чуть не вылезают из орбит. Тесса вылетает из туалета, и я отворачиваюсь, но тут же нежно ловлю ее за руку.

– Не трогай! – вырывается Тесса.

– Ты что, плакала? – спрашиваю, хотя ответ и так уже знаю.

– Оставь меня, ладно, Хардин? – Голос у нее усталый. С кем она говорила по телефону? Со своим парнем?

Хочу уже отколоть остроту, но Тесса вскидывает руку.

– Прошу тебя, Хардин. Умоляю. Если в тебе есть хоть капля достоинства, оставь меня в покое. Промолчи, какую бы гадость ты ни хотел сказать. Очень прошу.

Ее серо-голубые глаза блестят от слез, и пришедшая мне в голову грубая шуточка внезапно становится неактуальна.

– Дальше по коридору есть пустая комната, можешь устроиться в ней. Мы там оставили Стеф.

Она смотрит на меня так, словно у меня выросла еще голова.

– Хорошо, – выдавливает наконец Тесса.

– Третья дверь слева, – говорю я и отправляюсь к себе. Хочется как можно быстрее убраться от этой девчонки подальше. – Спокойной ночи, Тереза.

Закрывшись, приваливаюсь спиной к двери. Голова идет кругом. Что-то со мной не так… Ну, Логан, держись, если ты что-то подсыпал мне в воду.

Хватаю с полки «Грозовой перевал», открываю на середине. Из всех героинь литературы, что мне попадались на страницах прочитанных книг, Кэтрин – самая стерва. Ума не приложу, как Хитклифф мирился с ее закидонами?

Да, он и сам не подарок, но Кэтрин – в разы хуже.

* * *

Вижу сон: Кэтрин – или, скорее, ее блондинистая версия помоложе – спотыкаясь, входит в здание колледжа. Внезапно раздается крик моей матери, и я, весь мокрый от пота, просыпаюсь. Резко сажусь на кровати и включаю свет.

Когда уже эта фигня закончится? Столько лет меня мучает.

Еще несколько тревожных часов я пялюсь в потолок и стены, потом иду в душ, а после – на кухню. Беру там мусорный пакет, решив хоть раз сделать доброе дело. Может, если помогу людям, мне в награду достанется целая ночь спокойного сна?

Тесса еще не уехала. Она на кухне, облокотилась на стойку и смеется.

– Что смешного? – спрашиваю, смахивая в мешок пустые стаканчики.

– Ничего… Нэт тоже здесь живет? – спрашивает Тесса.

Делаю вид, что не слышу ее.

– Нэт здесь живет? – громче переспрашивает она. – Чем скорее ответишь, тем скорее я смогу отсюда убраться.

– Вот теперь я весь внимание. – Подхожу к ней, такой раздраженной, собираю со стойки мокрые бумажные полотенца. Улыбаюсь. – Нет, он здесь не живет. По-твоему, Нэт похож на того, кто живет в общаге?

– Нет, но и ты не похож, – насмешливо фыркает Тесса.

Молчу. Черт, ну и срач тут развели.

– Здесь поблизости автобусные остановки есть? – Она по-детски топает ножкой, и я закатываю глаза.

– Да, примерно в квартале отсюда.

– Где именно, не скажешь?

– Конечно: примерно в квартале отсюда.

Тесса такая вспыльчивая, что мне смешно.

Резко развернувшись на плоских подошвах балеток, она быстро уходит из кухни. Я смеюсь себе под нос, стараясь не обращать внимания на то, как усмехается надо мной Логан на другом конце кухни. Иду к нему, но на полпути меняю направление – чтобы подсмотреть за Тессой. Она направляется к Стеф.

– Не поедем мы на автобусе. Кто-нибудь из этих придурков нас подбросит. Он просто стебется над тобой, – говорит Стеф. Врывается в кухню, ни дать ни взять ураган «Катрина». Вокруг глаз у нее размазана тушь. (Тесса макияжем почти не пользуется.) – Хардин, ты же отвезешь нас обратно? У меня голова сейчас лопнет.

– Да, конечно, только минутку мне дай. – Бросаю мешок с мусором на пол. Тесс фыркает, и я усмехаюсь. Ее очень легко выбесить.

Тесса и Стеф дожидаются у машины. Ставлю одну из любимых композиций «Уор пигз». Опускаю окна и наслаждаюсь прохладой от встречного ветра.

– Может, закроешь? – просит Тесса с заднего сиденья.

В зеркало видно, как разметало ей по лицу волосы. Приходится закусить кольцо в губе, иначе заржу. Притворившись, будто не слышу жалоб, врубаю музон еще громче.

Наконец увеселительная поездка закончена; девчонки выбираются из машины, и я говорю им вслед: