Заставь меня остаться - Юлия Гауф

Визу США аннулировали — санкции. Прелесть, блядь. День — полное дерьмо!

«В семь. Сегодня. Готовься» — напомнил я Алике.

Мог бы позвонить, но говорить я сейчас способен только на матерном, особенно с ней. Особенно сейчас.

Остыну. Спрошу с неё, зачем было меня бесить этими говнопоцелуями с Шагуровым. И хоть немного порадуюсь вечером, видя её.

Нужна. Чертовски нужна мне Алика, и сегодня дело не в сексе. Просто посидеть рядом, рассказать ей про этот день, голос её услышать… Как же к ней хочется! Может, тогда полегче станет?

«Давай не сегодня, ладно? Я не в настроении. Все наши встречи проходят через задницу, так что никаких свиданий. Это лишнее. И насчет Дениса — не трогай его! Поцеловала я его сама. Вред причинишь — не прощу» — пришел ответ.

Последняя капля. Телефон разлетелся об стену, хотя уверяли, что он неубиваемый. Я — гребаная истеричка, но это какой-то пиздец. Вообще всё!

Отмерил себе полчаса, чтобы доделать работу. Сердце стучит бешено. Вышел из кабинета, встречая по пути своих подчиненных, и, кажется, всех до одного напугал своей зверской рожей.

Плевать.

Не в настроении она. Так и я не в настроении!

Тормознул у цветочного. Хотела цветы? Будут цветы!

Остановился у подъезда Алики, и хотел выйти из машины, но почувствовал удар. Подушка безопасности сработала, вмазав по лицу. Во рту вкус крови, нос болит, но вроде жив.

Что за херня?

Начал выбираться из машины, и увидел подбегающую ко мне фифу. Короткая юбка, чулки, блузка с декольте, и испуганные глаза по пять рублей.

— Ой, простите, — пропищала блондинка. — Я вас не заметила, хотела выехать, а тут вы. Ой-ой, у вас кровь. Ой, что же будет!

Что же будет? Когда я отойду от этого дня, будет анекдот про стереотипную блондинку за рулём!

— Я… ой, кошмар, — причитала девчонка, заставляя меня морщиться от головной боли, — я же не виновата? Вы не на парковке остановились, а у подъезда, а я сворачивала к выезду на дорогу. Вы сами виноваты, вот! Только кровь… бли-и-ин, может договоримся? Давайте ко мне поднимемся и порешаем вопросы?

— Как порешаем? — достал с заднего сидения цветы, и обернулся к девчонке.

— Ну-у-у, как-нибудь! Давайте без ментов? Я вам раны обработаю, и… — она не договорила, потупилась, и из испуганной девушки превратилась в невинного ангелочка.

Знаю. Не дурак, хотя в последнее время в этом сомневаюсь. Девочка оценила стоимость машины, но подумала что я водитель, а затем взглянула на часы, на костюм, и решила пригласить, чтобы посмотреть её коллекцию фантиков. Такое уже было — как-то раз такая-же меня заблокировала на дороге, и мы неплохо провели время.

— Раны есть кому обработать. Страховка есть?

Чудесное видение захлопало глазками, а я чуть не зарычал. Написал охране, оставил их разбираться, кто прав, а кто виноват, и вошел в подъезд.

Звоню в её дверь. Не открывает. Блядь, Алика, не беси, вот сегодня не стоит! Я во многом виноват, но сейчас я на хер дверь выбью!

— Открывай! — рявкнул и, плюнув на звонок, грохнул кулаком об дверь.

Раз, второй, третий. Хотел и в четвертый раз долбануть, но дверь открылась, и я увидел испуганное личико Алики.

— Ты чего? — ахнула она, пригляделась ко мне, и прикрыла рот ладошкой. — Марат, какой кошмар! Что с тобой?

Со мной пиздец.

— Это тебе, — вручил ей букет, в который раз понимая, что очередной шаг, чтобы наладить наши отношения — полное дно. — Я, кстати, тоже к тебе.

— Что случилось? — Алика закрыла за мной дверь. — Подрался? Авария?

— Второе.

— Тебе в больницу нужно!

— А я решил, что мне нужно к тебе, — обернулся к ней, уже зайдя на кухню, и усмехнулся. — Мне тут одна блонди предлагала раны обработать со всеми вытекающими последствиями, если я правильно понял намёк. А я решил, что всё это сделаешь ты!

Глава 11

АЛИКА

Марат злющий как дьявол. Аутентичности добавляет кровящий нос, наливающаяся ссадина на скуле, и красные капли на подбородке, шее, рубашке.

Авария.

Сначала сердце замерло, когда услышала это, хотя вот же он, живой. С цветами. Снова какая-то насмешка! Сказала же, чтобы не приходил, и правильно сказала. Уже вижу — разругаемся. Так зачем?

— Давай я вызову скорую. А ты садись пока, — кивнула на стул.

— Скорая не нужна.

— Тогда давай той блондинке позвоню, — пожала я плечами. — Пусть обработает твои раны, и устроит продолжение.

— А ревновать ты не будешь? — как-то зло спросил Марат.

— Нет.

— Врешь!

— Не вру, — отмахнулась устало. — У нас всё кончено, собакой на сене я не буду. Хоть гарем себе заводи, это уже не моё дело. Так что, в скорую звонить?

— Нет, — отрезал Марат, и опустился, наконец, на стул.

— Я не умею ранами заниматься. Вдруг сотряс.

— Сотрясения нет. Налей мне бормотухи твоей бабушки, выпить хочу.

Налила, морщась от запаха. От алкоголя, даже от запаха, меня подташнивает. Но в меру. На удивление у меня нет жуткого токсикоза, нет обмороков, и я не каждое утро встречаю, склонившись над унитазом и выплевывая содержание желудка. Так, через раз…

Марат пьёт, не морщась. Вид у него жуткий, и не только в крови на лице и одежде дело. Глаза дикие. Он весь сейчас — оголенный нерв. Кажется, слово скажу против — прибьёт.

— Ты зря пришел. И цветы принес зря, — тихо обратилась я к нему.

— Аль, — он взглянул на меня устало, — вот что ты хочешь от меня? Я не убивал. Хотел? Да. Убил? Нет, передумал. Ошибался? До хера раз. Зря не поговорил с ним, зря от тебя скрывал — понимаю. Тогда на эмоциях был, крыло. Думал, ты свалить с ним решила, меня кинуть. Психанул. Но не убил бы я его в тот день. Я не могу это исправить. Согласись, не так уж я и виноват, хотя виноват, конечно, признаю. Тебе нужно чтобы я прогнулся? Чтобы без конца умолял вернуться? Чтобы на колени встал? Это не по мне, но я и на это могу пойти. Давай просто перевернем страницу, и пойдем дальше без заёбов