Обещанная невеста - Лиз Филдинг

Одна из горничных рассказала, что сэр Хьюго Придо поставил Каму условие: либо его мать покинет поместье без лишнего шума, либо придется пожаловаться в полицию на то, что Кам приставал к несовершеннолетней. В случившемся все винили Агнес, и она никогда не забудет, как никто в замке не разговаривал с ней до ее отъезда обратно в школу-интернат.

— О ком из своих работников ты переживаешь, кроме Тима?

Агнес, немного подумав, начала перечислять:

— О Лили, о Сандре — обе могли бы уже сидеть на пенсии, но им скучно. Они любят замок и с помощью Пэм и Саванны поддерживают здесь порядок. Саванна жила в приемной семье и после окончания школы не могла никуда устроиться. Органы опеки попросили меня дать ей шанс. С Сюзанной ты уже познакомился.

— С портье?

— Она гораздо больше, чем портье. Сьюз — моя подруга. У нее нет образования в сфере гостиничных услуг, но она — прирожденный организатор, и работа в замке позволяет ей отправлять деньги своей семье, живущей в Судане.

— Значит, она беженка?

— Сьюз получила право остаться в Великобритании при условии, что я стану ее спонсором.

— А как насчет твоего любимого шеф-повара? Он тоже может потерять свою работу, если ты обанкротишься.

— Сотрудников ресторана в оранжерее нанимаю не я. Понятия не имею, захочет ли Пьер оставить ресторан работать, но даже если так, то, уверена, он наймет персонал, разговаривающий на французском.

— Мне показалось, ты сказала, что он продаст поместье.

— Только участки на границе угодий и вдоль реки. И еще он, несомненно, продаст риелторам право собственности на недвижимость на набережной. Пьеру нет дела до реки, поместья и живущих в нем людей. Все, чего он хочет, как и его предок Генри Придо, стать тем, кем тебе никогда не бывать, — Придо из замка Придди-Касл.

Кам посмотрел на Агнес долгим взглядом, затем встал и молча зашагал в свой лагерь.

Агнес осталась сидеть, чувствуя себя гадко из-за только что сказанных слов. Она — пленница судьбы, предопределенной для нее еще двести лет назад, и к тому же запуталась в чувствах, которые не может себе позволить.

Агнес позвонила Сьюз, чтобы заверить ее, что все в порядке, а затем отправилась вслед за Камом, осторожно пробираясь сквозь колючие заросли.

Он, должно быть, услышал, как она подошла к костру, но не поднял глаз, продолжая раздувать угли.

— Ты останешься здесь? — спросила Агнес.

— Если не пойдет дождь.

— С каких это пор ты боишься дождевых капель? Не говори мне, что становишься неженкой.

Кам поднял голову, на его лице было написано раздражение. В этот момент он так сильно напомнил Агнес того мальчишку, каким был много лет назад.

— Может, тебе что-нибудь нужно? — спросила она.

— Принеси мне утром булочку с беконом.

— Только бекон?

Кам пожал плечами:

— Можешь добавить немного яичницы и пару сосисок. — Он улыбнулся. — А еще налей мне кофе. — Кам протянул Агнес кружку, и она наполнила ее из термоса. — И я не откажусь от еще одного круассана.

— Тебе было намного легче угодить, когда ты был мальчишкой.

— Я уже не тот подросток, Агнес. У меня мужской аппетит.

Улыбка на его лице сменилась выражением, которое Агнес видела только однажды, — в тот момент, когда вышла голой из реки. Она до сих пор не могла забыть своих ощущений, когда Кам потянулся к ее груди, дотронулся до нее загрубевшими пальцами, а затем обнял Агнес…

— Кам…

— А еще захвати завтра свежевыжатый апельсиновый сок.

Агнес глубоко вздохнула, заставив себя сосредоточиться на реальности.

— Обычно мы не обеспечиваем постояльцев едой навынос. Если ты желаешь ночевать здесь, у костра, я не могу тебе помешать. Но тебе все равно придется заплатить за номер, а это значит, что ты имеешь право на завтрак.

Она повернулась и пошла прочь.

— Агнес! — окликнул ее Кам.

Она остановилась, но не обернулась.

— Я восхищаюсь твоей преданностью своим работникам, но во всех твоих проблемах следует винить твоего деда.

Агнес вздохнула.

— Однажды, выпив слишком много хереса, бабушка призналась мне, что после гибели моих роди телей по вине пьяного водителя в моем дедушке что-то словно сломалось. Он перестал заботиться о поместье и о воспитании внучки, предоставив ей свободу играть в лесу. А когда девочка повзрослела, она отказалась исполнить свой долг — выставить себя на торги на брачном рынке и окрутить какого-нибудь слабовольного богача.

— Окрутить?

— Дед посоветовал мне забеременеть, чтобы затащить жениха к алтарю, как это якобы сделала моя мать. Но он возводил на нее напраслину. Меня зачали во время медового месяца, я родилась спустя десять месяцев после свадьбы, однако дед убедил себя, что мама хитростью заставила папу жениться на ней.

К глазам Агнес подступили слезы. Она изо всех сил старалась не заплакать, но тут Кам обнял ее, его щека коснулась ее виска, и слезы хлынули у Агнес ручьем.

— Дедушка был бы так счастлив, если бы в аварии погибла только мама, а папа бы выжил и женился снова на более подходящей кандидатуре — какой-нибудь богатой наследнице…

— Стоп! — перебил ее Кам. — Больше не говори ни слова!

И, сам не зная, как это произошло, он начал целовать ее, чтобы не дать говорить.

Агнес коротко ахнула и ответила на поцелуй, который длился в течение одного блаженного мгновения, а затем она высвободилась из объятий Кама, посмотрела ему в лицо:

— Спасибо.

Он вздохнул, усилием воли подавил вскипевшее в крови желание и сказал:

— Не извиняйся за него. Твой дедушка был тираном и фанатиком, а твоя бабушка была слишком слаба, чтобы противостоять ему.

— Я знаю, — признала правду Агнес. — Он был не сломлен, как считала бабушка, а просто возмущен тем, что его наследника убил какой-то безызвестный пьяница за рулем, а бабушка в свое время не родила ему «запасного» сына. Это именно она была сломлена. — Агнес покачала головой. — Все это не имеет значения. Дедушка мертв, и я не прошу сочувствия у тебя, Кам. Небеса знают, что я его не заслуживаю.

Она сделала еще один шаг назад.

— Я кое-что предприняла… Через несколько недель у меня, возможно, будет достаточно денег, чтобы все изменить.

— Агнес…

Кам, наверное, решил, что она бредит.

— Если я потерплю неудачу, если я не смогу помешать Пьеру Придо захватить поместье, я сожгу замок — камня на камне от него не оставлю, но не позволю Пьеру провести хоть одну ночь в доме, который его предок украл двести лет назад!

Воцарилась тишина. Даже птицы, казалось, смолкли. Кам коснулся руки Агнес и почувствовал ее дрожь. А может, это дрожал он сам?