Запретное наслаждение - Джо Беверли

– Вы защищаете их?

– Хокхерста и его людей? Нет, но я уверен, что не все контрабандисты порочны и не все извлекают выгоду из такой торговли. Вы можете сказать наверняка, что за все, что вы едите и пьете и чем пользуетесь, налоги уплачены в полной мере?

– Да, конечно.

– Это можно определить только по цене. Многих не интересует, что скрывается за выгодной для них ценой.

Люси, вспомнив дешевые шелка, их любимый чай и папин бренди и спросив себя, каково их происхождение, после короткого размышления пришла к выводу, что отец не проявлял особой щепетильности в этом вопросе.

– А вы, сэр, не боитесь, что я заподозрю вас во фритредерстве?

Он улыбнулся, и улыбка эта была замечательная.

– Я обычный деревенский джентльмен, мэм, который пытается в тяжелые времена свести концы с концами.

Они подошли к прилавку, где их ждал Уинсон, с любопытством прислушиваясь к их пикировке. Люси понимала: надо бы радоваться, что сейчас они с этим джентльменом расстанутся, – однако в душе почему-то возникло ощущение утраты. Возможно, потому, что он разговаривал с ней как с равной, легко и без обиняков, что в последнее время было большой редкостью. Ей очень хотелось задержаться еще ненадолго и пообщаться с незнакомцем, но он взглянул на часы, и она поняла, что он торопится. Только вот она не ограничена временем: если понадобится, карета может подождать лишние десять минут.

– Вы, сэр, можете первым оплатить свою покупку, а я пока подумаю, не забыла ли что-то еще.

Он поблагодарил ее и подал свои книги Уинсону.

Люси тоже стало интересно, какие книги купил незнакомец. «Новая система дренажа» и «Введение в торговлю и бизнес». Она не могла представить, чтобы охотник за приданым выбрал что-нибудь подобное. Вероятно, он действительно обычный деревенский дворянин, который пытается выжить в тяжелое время.

Незнакомец расплатился, взял свои книги, которые Уинсон завернул в коричневую бумагу и перевязал бечевкой, и поклонился Люси.

– Желаю вам приятного дня, мэм, и вечной свободы от ужасов любви.

Люси улыбнулась его шутке и присела в реверансе:

– Доброго дня, сэр.

Ей показалось, что незнакомец хочет еще что-то сказать, однако он повернулся и вышел из магазина. Люси искренне сожалела, что так и не выяснила, каким образом он оказался в Сити, а еще – что так и не узнала его имя. Возможно, им больше не суждено встретиться.

Уинсон прокашлялся, видимо, решив привлечь внимание покупательницы.

– Прошу прощения! – зардевшись, встрепенулась Люси.

Глаза Уинсона лукаво блестели.

– На какой срок мисс Поттер желает взять эти романы?

– На какой срок? – растерялась Люси.

– Мисс Хенуэй обычно берет по книге каждые две недели.

Ах да, Люси и забыла, что такие романы выдаются по абонементу.

– Сегодня я уезжаю к тетушке в Мейфэр, так что, думаю, на месяц.

– Никаких проблем.

Он записал стоимость абонемента, прибавил к этому цену «Пороков фритредерства» и розовой записной книжки и назвал ей общую сумму. Люси отдала ему банкноту в один фунт и получила сдачу.

Наверное, Уинсон часто задавался вопросом, почему мисс Поттер не записывает покупки на счет своего отца, однако девушка не хотела, чтобы кто-то знал, какие книги она покупает, – видимо, опасалась осуждения. Оглядываясь назад, Люси пришла к выводу, что таким образом просто пряталась от неприятной правды, состоявшей в том, что, по сути, отца не интересовал круг ее чтения, так как он никогда не видел в ней вероятного преемника.

– Мне будет недоставать ваших визитов, мисс Поттер, – сказал Уинсон, заворачивая покупку, – однако я предвижу смертельные поединки среди джентльменов высшего света. – Он завязал узел на бечевке и отрезал лишнее. – Вы произвели неизгладимое впечатление на того господина.

– Чепуха, – возразила Люси, хотя внутри у нее все ликовало.

Собственная реакция вызвала у девушки тревогу.

Чувствуя, что сильно опаздывает, Люси схватила сверток и быстро вышла из магазина. Ее не покидала надежда, что незнакомец поджидает снаружи, однако его там не оказалось. Пусть и с сожалением, но она поспешила домой и обнаружила, что карета уже давно ждет. Извинившись перед кучером, потом перед отцом, который открыл дверь и стал расспрашивать, где она была и почему все еще ходит в повседневном платье, девушка взбежала наверх.

Всеми силами пытаясь выбросить из головы встречу в магазине, Люси бросила сверток на кровать и принялась раздеваться. Из этого платья она могла выбраться самостоятельно.

Удовлетворенное ликование от слов Уинсона, что она произвела впечатление на господина, удовольствие от общения с вышеозначенным господином держали ее в невероятном возбуждении.

Как же ей хотелось, чтобы беседа не кончалась! Как хотелось побольше узнать о нем!

Ханна, которую Люси вызвала звонком, с порога запричитала, сокрушаясь, что хозяйка так поздно вернулась…

– Не шуми, лучше упакуй этот сверток, – сказала Люси, быстро умываясь прохладной водой.

Корсет и нижняя юбка вполне подходили для нового платья, так что одевалась она недолго. Чулки ни капли не запачкались, поэтому она переодевать их не стала, а обулась в новые розовые кожаные полусапожки.

Ханна принялась расчесывать ей волосы. Слава богу, сложная прическа не требовалась: Люси хотела прибыть к тете Мэри в образе простушки. Хотя этот момент был очень важным, все ее мысли были заняты тем деревенским джентльменом.

Люси всегда старалась быть честной с самой собой, поэтому признала, что хочет новой встречи с ним, даже если он и охотник за приданым.

И если он действительно охотник, то у нее есть приданое…

– Нет, нет, нет!

– Прошу прощения, мисс? – удивилась Ханна.

– Это не тебе. Как время-то летит. Все, хватит. Где моя шляпка?

Завязывая ленты высокой шляпки, Люси спрашивала себя, а не так ли чувствовала себя ее мама в тот день, который полностью изменил ее жизнь.

Что, если она, Люси, столкнулась с глупой любовью с первого взгляда? И уж коль ей удалось избежать ее до того, как она пустила корни, то за это нужно благодарить небеса.