Запретное наслаждение - Джо Беверли

Надо же, даже недолгое погружение в романы способно полностью дезорганизовать сознание.

«Размышления на тему применения механизмов в мануфактурах Великобритании». Ей известны все аргументы против технической революции, но ведь прогресс не остановишь.

«Трактат о злоупотреблениях в торговле углем» очень искушал, потому что Люси плохо знала предмет, однако эта область коммерции никогда не входила в сферу их с отцом бизнеса.

«Введение в торговлю и бизнес». Вот это ей точно не нужно.

На самой верхней полке она увидела «Пороки фритредерства».

Недавно в парламенте состоялись дебаты о том, что контрабандные товары сильно вредят легальной торговле, так как сбивают цены. Так называемое «фритредерство», свободная торговля, также наносит ущерб и сельскому хозяйству, потому что люди перестают трудиться на своей земле. Люси понимала, что не может взять эту книгу в Мейфэр, но все-таки решила ее купить, на будущее. К тому же и отцу это может быть интересно.

Она приподнялась на цыпочки, пытаясь дотянуться до заинтересовавшей ее книги, и вдруг услышала:

– Позвольте, мэм.

Деревенский джентльмен без труда снял книгу с полки, едва не коснувшись при этом Люси, и прочитал название.

– Вы интересуетесь контрабандой, мэм?

Люси хотелось возмутиться: «А почему бы и нет?» – но она лишь тихо промямлила:

– Это для папы.

Поскольку играть роль Люсинды ей предстояло неделями, можно начать прямо сейчас.

– Может быть, на верхних полках есть и другие издания, которые я мог бы…

– Нет-нет, спасибо, – быстро проговорила Люси, слабо улыбнувшись, и подняла на него глаза…

…И утонула в его глазах, серо-голубых, казавшихся еще ярче на фоне загорелой кожи – еще одного свидетельства того, что он чужак в этом мире: в Сити мужчины не подставляют свои лица солнцу.

«Как он красив, – думала она. – Волевой подбородок. Изящные губы… И такая теплая улыбка».

Девушка быстро пошла вдоль стеллажей, сделав вид, будто что-то вспомнила, стараясь унять сердцебиение и не в силах понять, как могла сотворить с ней такое какая-то улыбка.

Успокоившись, Люси уже собралась подойти к прилавку, расплатиться и покинуть магазин, но вдруг сообразила, что совершила ошибку. Спасаясь бегством, она оказалась в дальних секциях магазина, и теперь на пути к прилавку джентльмена никак не миновать. Она понимала, что здесь нет его вины – он действительно оглядывал полки в поисках каких-то книг, – но проход слишком узкий, а незнакомец занимал почти все пространство между стеллажами. Чтобы пройти, ей придется буквально протискиваться мимо него.

«Уходи», – мысленно подгоняла его Люси, чувствуя, как бежит время, но незнакомец взял с полки очередную книгу и раскрыл, явно никуда не торопясь.

Раздался бой часов.

Люси решила было обойти стеллажи, но сообразила, что здесь тупик – проход заканчивается окном.

Ох, да что с ней такое? Неужели на нее так подействовали несколько глав из романа, что она превратилась в экзальтированную идиотку? Еще не хватало, чтобы она сбежала во французский конвент или села на корабль до Канады!

Люси поудобнее перехватила отобранные книги и храбро пошла вперед.

Услышав ее шаги, деревенский джентльмен подобрался и буквально вжался в стеллаж, пропуская ее. Люси сдержанно кивнула и, стараясь не коснуться его, стала пробираться к прилавку. Тут одна из книг выскользнула у нее из-под мышки и упала на деревянный пол со стуком, прозвучавшим в тишине как пистолетный выстрел. Девушка тупо уставилась на упавшую книгу, не в силах сообразить, что сказать или сделать.

Незнакомец поднял книжку и, прочитав на корешке: «Любовь и ужас», – заметил:

– Это чтение, конечно, значительно легче, чем контрабанда, только вот сочетание какое-то странное.

Люси выхватила у него книгу.

– А может, вполне естественное? Как в «Ромео и Джульетте»?

– Или как в «Отелло», – согласился незнакомец. – Я признаю вашу точку зрения, хотя прискорбно видеть, что любовь может повлечь за собой трагедию.

– А мне прискорбно видеть, как любовь калечит людям жизнь. Все было бы хорошо, если бы Джульетта приняла разумное решение, а Отелло не отличался бы таким тупым упрямством.

– Вы не верите во всепоглощающую страсть?

– Естественно, не верю.

– А как же объяснить, когда ревнивые мужья убивают своих жен? Таких случаев очень много.

– Это совсем другое, – твердо заявила Люси, несколько раздраженная его упорством и напрочь забыв о роли Глупышки Люсинды. – Возьмем «Ромео и Джульетту». Я не знаю ни одного случая, чтобы юные влюбленные захотели умереть вместе от отсутствия взаимопонимания.

Его губы едва заметно дрогнули.

– Готов признать вашу точку зрения.

Часы пробили три четверти.

– Прошу прощения, сэр, но мне надо идти.

Она уже шагнула вперед, но тут он сказал:

– Позвольте помочь вам донести книги до прилавка.

Люси чувствовала, что еще одна книжка вот-вот выскользнет у нее из-под мышки, поэтому не стала возражать, только подумала: какие у него сильные и крупные руки!

– Замечательный магазин. Даже не предполагал, что под его внешней убогостью скрывается столько интересного.

– Вы правы.

– Вы постоянно сюда ходите?

Люси насторожилась. Он что, охотник за приданым, вооруженный списком? Поджидает ее поблизости от дома? Может, видел, откуда она вышла, и пошел следом? Судя по виду, он крайне нуждается: на кожаных бриджах она заметила заплатку, сапоги сильно поношены, а волос давно не касалась рука цирюльника.

– Постоянно.

Воображение тут же подкинуло ей картинку: он будет поджидать ее у магазина Уинсона, а она не придет, потому что уедет в Лондон.

Поскольку он никак не отреагировал, она посмотрела в его сторону и поняла, что, как выяснилось, ему был вовсе не интересен ее ответ – он рассматривал корешки книг.

– «Оживший скелет» тоже плохо сочетается с книгой о пороках фритредерства, но с чего это я решил, что обе книги вы покупаете себе?

– Не имею представления.

– Я бы никогда не сказал, что фритредерство интересно абсолютно всем обитателям Сити.

– Вот в этом, сэр, вы ошибаетесь. Эти подлецы ввозят иностранные товары, которые конкурируют с английскими. Кроме того, они, в отличие от честных торговцев, не платят налоги. Я считаю, что их деятельность преступна.

– Банда Хокхерста, – со вздохом произнес незнакомец.

– Вот именно! Порочные, отвратительные люди.

– Согласен, но это было сто лет назад.