Арестант камеры 25 - Ричард Пол Эванс

— Смотри. В противном случае лично с тобой разберусь. И с тобой, — кивнул я на Митчелла. Потом всем корпусом повернулся к Уэйду: — И особенно с тобой. По сравнению с этим, прошлый раз покажется маленькой такой неприятностью. Как пальчик порезали. Ясно?

— Ясно, чувак. Не вопрос, — прозаикался Уэйд.

— Мы так-то нормальные, — вставил Митчелл.

— Надеюсь, — процедил я и пошёл, скалясь во весь рот. Честно говоря, сто лет так не веселился.

Спустя десять минут я уже барабанил в дверь Осьтину.

— Чего так рано? — удивился он, появляясь на пороге.

— Продлёнку отменили. На игру собираешься?

— А то! У меня мать чуть с ума не сошла от радости. Говорит, это мой первый нормальный поступок.

— Говнодавы свои надеть не забудь.

— Это не говнодавы, а туфли для чечётки.

— Да шучу я. Ладно, пойду домой. У мамы надо отпроситься. Пересечёмся часика через два.

Вернувшись с работы, мама переоделась и поставила кипятить воду для спагетти.

— Какие у нас планы на вечер? — спросила она.

У меня язык не поворачивался рассказать про игру, хотя и очень хотелось. Уйти вечером — значит оставить маму одну, а это уже похоже на предательство.

— Собирался сходить на баскетбол, — неуверенно начал я. — Конечно, если ты не против.

Мама только улыбнулась:

— Отличная мысль.

— А как же ты?

— Переживу, не волнуйся. Встретить тебя потом?

— Нас ещё пригласили на вечеринку. Одна чирлидерша устраивает.

— Интересно. Вчера ты жаловался, что нет друзей, а сегодня идёшь развлекаться с чирлидершами. Не иначе как мороженое оказалось волшебным.

— Мороженое ни при чём. Это Тейлор.

— Та самая, из группы поддержки?

— Да, мы, типа, подружились.

Давно моя мама так не улыбалась.

— Симпатичная девочка?

— Просто супер!

Мне опять стало не по себе. После переезда в Айдахо мы с мамой каждую пятницу проводили вместе.

— Ты точно не обижаешься?

Мама опустила спагетти в кастрюлю и хитро подмигнула.

— Шутишь? Хоть немножко от тебя отдохну, почитаю книжку, а то всё руки не доходят. Только позвони, когда нагуляешься, и скажи, куда подъезжать.

— Спасибо, мам!

Мы крепко обнялись.

Нам с Осьтином сроду не приходилось бывать на игре.

Мы уселись в первом ряду с краю. Осьтин смотрелся на трибуне так же нелепо, как бифштекс в вегетарианской столовой. Я вертел головой, тщетно выискивая Тейлор.

— У меня от этой скамейки вся задница будет в синяках, — пожаловался Осьтин. — Сколько нам тут торчать?

— Неженка, — бросил я, продолжая высматривать Тейлор.

— Твоя красотка вон там. — Осьтин кивнул на стайку чирлидерш в противоположном конце зала.

— Она не моя.

— Нет так нет, — поспешно согласился мой приятель.

Напрасно я махал, пытаясь привлечь внимание Тейлор. Она то ли не видела, то ли делала вид, что не видит.

Игра выдалась напряженная. После первого периода команда «Меридиан» проигрывала пять очков. В перерыве на площадку выбежали чирлидерши и затрясли помпонами. Тут в конце зала появилась Тейлор и направилась к трибунам.

— Эй! — завопил я.

Даже не взглянув в мою сторону, она подошла к краю нашей скамейки, где сидел Тим Уодсворд — кумир всех девчонок школы Меридиан. У Тима Уодсворда идеальная кожа, светлые вьющиеся волосы, белоснежная улыбка и тело, которому позавидовал бы сам Аполлон. И сейчас этот мистер Совершенство напропалую флиртовал с Тейлор. Или она с ним — не разберёшь. У меня перед глазами всё поплыло от злости. Тим угощал Тейлор колой из своего стаканчика. Не колеблясь, я пустил разряд. Все двадцать человек на трибуне подпрыгнули, словно делая волну. Тим тоже подскочил и опрокинул на себя стакан. Тейлор растерянно заморгала, но, заметив на скамейке меня, гневно нахмурилась.

— Ты чего творишь? — возмутился Осьтин, потирая поясницу. — Больно ведь.

— Пошли отсюда, — буркнул я, поднимаясь.

Но не успели мы добраться до выхода, как сзади раздалось пронзительное:

— Майкл!

Я обернулся — нас догоняла взбешённая Тейлор.

— Исчезни, ковбой!

Фраза предназначалась Осьтину. Потом чирлидерша взялась за меня.

— Как это понимать?

— Не твоё дело, — огрызнулся я, пытаясь справиться с диким приступом тика.

— Очень даже моё. Ведёшь себя, как идиот. Внимания захотелось?

— Кто бы говорил! Это ты у нас всегда в центре внимания.

— Я про внимание к твоим способностям. Решил, пускай все знают?

— Не пойму, ты печёшься обо мне или о Тиме Уодсворде?

— При чём тут Тим Уодсворд? Ах вот оно что… — Её лицо просветлело. — Ты ревнуешь!

— А вот и нет.

— А вот и да.

— Нет!

Она вдруг с улыбкой вытянула руки:

— Эй, иди ко мне.

Я оторопел. Ещё минуту назад меня гневно отчитывали, а теперь собираются обнять. Девчонки вообще народ странный. Но моментом надо пользоваться.

— Знаешь, Майкл…

— Да? — От её прикосновений по спине побежали мурашки.

В ту же секунду Тейлор резко отпрянула.

— Ага, ты всё-таки ревнуешь!

Так вот зачем она полезла обниматься! Чтобы мысли прочитать.

— Это нечестно!

— А шарахать людей током честно? Вон сторож уже копается под трибунами. Ищет оголённый провод.

— Ну…

— Что «ну»? Больше ничего не скажешь?

А что тут скажешь… Внезапно Тейлор расхохоталась. От смеха у неё по щекам потекли слёзы. Я окончательно растерялся.

— Извини, всё это так нелепо, — произнесла она, чуть успокоившись. — Благо нас никто не слышит.

— Это точно! Ещё решат, что мы чокнутые.

— Жаль, ты не видел тогда Тима! У него кола капала с волос! — Она захихикала. — Сто лет так не смеялась. Спасибо. Здорово, что мы познакомились.

— Ага, — искренне согласился я.

— Ладно, побежала на площадку, иначе миссис Шоу мне устроит. Надеюсь, вы с Далласом не передумали насчёт вечеринки?

— Его зовут Осьтин, — поправил я.

— Прости, вечно путаю.

— Мы придём. Если приглашение в силе.