Та, от которой сносит крышу - Рина Энгель

— Мам, — хотела было возразить, но увидев мой взгляд, говорящий мол — Маму не расстраивай, — протянула пустую рюмку.

— Максим, а ты чем занимаешься?

— Мам, — опять возмутилась Олеся. Вечно эти стандартные вопросы — где живешь, кем работаешь?

— Что мам? Простой вопрос, что тут такого? — мама тоже уже была навеселе.

— У меня свой бизнес по сборке мебели, — ответил я. Увидел одобрение на лице мамы. Это хорошо.

— Ух, даже так. Значит, как собрать мебель, знаешь?

— Конечно. Ну и не только это. Подбираю палитры, проектирую модели кухонь.

— То есть, нет, как там у вас по-модному называется? Диз…диз…

— Дизайнер, мам.

— А, да, — ткнула в дочь рукой.

— Ну, не совсем так, но что-то похожее. Проектировщик.

— Интересно, — мама оперлась щекой на свою ладонь и закрыла глаза. — У меня уже давно стоит в сараишке шкаф. Еще с отцом его покупали, собрать некому. Да и не хотелось без Володи трогать этот шкаф. Он еще такой большой, хотели с ним ремонт сделать, расшириться. Но судьба решила по-другому.

Я заметил, как дамы загрустили и хотел как-то подбодрить, но как? Деревянная ты башка! Опыта то в подобных делах нет!

— А давайте я завтра помогу Вам собрать этот шкаф. Это быстро. — Предложил я безвозмездно.

Две пары глаз уставились на меня.

— Да брось, он поди уже сгнил. Да и куда мне его ставить? — махнула рукой Марина Анатольевна.

— Мам, давай уже спать, устали за сегодня, много дел сделали, — сказала Олеся, вставая и беря маму за руку.

— Ой, доченька, ты права, устала. Найди там Максиму матрасик и раскладушка в сарае…

— Не переживай, — успокаивала Олеся, ведя маму в комнату.

Тут вдруг в дверь постучали.

— Кто это там? — Поторопилась Леся к выходу.

К ним зашла пожилая женщина. Остановилась в дверях, улыбнулась.

— Здравствуйте.

— Маринка, ты что-ли? Заходи! — Вышла мама встречать свою знакомую.

— Маня, да я тебя зашла позвать. Пошли, там Полинка из города приехала, сто лет не виделись.

— Да ты что!

Мама обрадовалась, но ей было неудобно оставлять нас одних.

— Мама, иди конечно. Я все уберу и Максиму все найду, постелю. Конечно сходи, и так все время одна, — подбодрила Олеся маму.

Накинув платок, куртку, женщины попрощались и вышли.

Ужин был съеден, банка компота была уже наполовину пустая и после ухода женщин, тишина окутала дом.

Глава 17

Как только Олеся вернулась из коридора и присела за стол, меня просто убила мысль, о том, что сейчас мы с ней одни в доме.

— Ты наелся? — Тихо спросила, заглядывая в глаза.

— Да, спасибо, — так же тихо ответил.

— Мама у тебя классная. Прямо говорит и по делу, — решил честно ответить я.

— Да, она такая, — улыбнулась Олеся, — правда не такая веселушка как раньше. Когда отца не стало, поникла.

Увидев мой немой вопрос, ответила:

— Сердечный приступ. Они так хорошо и дружно жили, почему, не понятно…для нас это было сильным ударом…

— Извини за этот разговор, — с сочувствием произнес.

Она махнула рукой.

— Мне тоже надо чаще у нее бывать. Не слушать Колю, он вечно не хочу, не…,-тут она поняла, что сказала не то, подскочила, стала собирать посуду, — наверное пора спать, поздно уже…

От этих слов о ее Коле, меня затрясло от бешенства. Я остался сидеть на месте, боясь взорваться от злости. Она быстренько собрала тарелки и пошла в кухню.

Я старался успокоиться, пока слушал, как она гремела тарелками на кухне.

Нет, так дело не пойдет.

Взял банку с «компотиком» и пошел на кухню, но Олеся вдруг оказалась передо мной, и чтобы не ударить ее банкой, резко прижал к себе сосуд. Жидкость от удара как плюхнет и… часть выплёскивается на меня.

— Черт! — выругался невольно. Поднял на нее глаза, несколько капель упало на ее лицо и шею. Наши взгляды встретились. Тут я почувствовал, как на мой носок что-то капает. Опустив взгляды, мы увидели, как лужа настойки растекается по носку, капает на пол. Поднял снова взгляд на нее, она улыбалась, я в ответ. Не выдержав, мы от души расхохотались.

— Этот злонесчастный компот, — сквозь смех проговорила Олеся.

— И напоил нас и облил, — подхватил я, все еще держа в руках банку.

— Да поставь ты ее уже, что держишь как родную, — не переставала смеяться моя Леська.

Вдруг они услышали звон телефона. Олеся скорее побежала на шум.

Поставил банку и стал прислушиваться, кто звонит. Молил, чтобы это был не он.

— Да мама, хорошо, — услышал.

Вуух, это мама.

— Все хорошо? — спросил я, когда она вернулась.

— Это мама, сказала, что там заночует. Весело у них там, шумно. Рада за нее, — рассказывает, подходя ко мне, — снимай носки, пол теплый в принципе. А рубашка, сейчас что-нибудь найду…, - и скрылась у мамы в комнате.

Когда я зашла в зал, чтобы отдать ему рубашку, он уже стоял по пояс голый. Широкая рельефная спина, мускулы перекатываются от каждого его движения. Я почувствовала, как внизу живота разлилось сладкое горячее тепло. Захотелось сжать ноги вместе, чтобы сохранить это чувство. Услышав, что я пришла, он повернулся. Я не могла сказать ни слова, словно ком в горле.

— Я…не знаю, подойдет ли…это папы…он тоже был высокий…и…, - наконец смогла произнести хриплым голосом.

Он откинул свою рубашку и уверенно направился ко мне. Это произошло так быстро, что смогла сделать только вдох…и он уже рядом. Взял в ладони мое лицо, наклонился ближе, заглядывая в глаза. Я положила свои ладони на его руки, поднимая взгляд. Мое сердце так колотилось, что казалось, что сейчас оно просто выпрыгнет. Жар зарождался внутри, такой сладкий и манящий, что я не заметила, как тяжело задышала.

— Хочу тебя неимоверно…, прости, — и впился в мои губы поцелуем.

Эта ситуация показалась мне знакомой, но эти мысли очень быстро улетучились, оставив место желанию.

Когда его губы наконец коснулись моих губ, я застонала. Только сейчас я осознала, как сильно этого хотела. Как запрещала себе в этом признаться.

Его язык делал неимоверные сладостно жгучие движения, сводящие с ума. Я захотела его так сильно, что ноги подкашивались. Он прижал меня крепче к себе, и я почувствовала, как он хочет. Закинула руки на его плечи, прижалась крепче. Он кусал, терзал мои губы, а я стонала в ответ. Потом он опустился ниже, стал целовать шею, прикусил мочку ушка, я задыхалась.

Подхватив за ягодицы, понес меня к дивану, не переставая целовать…

Я не мог поверить