Та, от которой сносит крышу - Рина Энгель

— Олеся, пожалуйста, — не унимался.

Меня эта ситуация стала нервировать.

Я резко встала и пошла в коридор. Обулась, надела куртку, стала открывать дверь, но он внезапно ее захлопнул и прижал меня к себе, начал целовать.

Неожиданно для себя, я поняла, что мне противно.

— Коля, перестань, — оттолкнула его, но это ненадолго, он снова прижал к себе.

— Послушай! Я не буду больше с тобой. Руки меньше распускать надо и грубить мне! Отпусти! Отстань! Коля, пожалуйста, прошу тебя, давай расстанемся по-хорошему!

— Это все из-за этого мужика, с которым ты тогда стояла, да? Рога мне наставляла, а теперь хочешь виноватым выставить, шлюха!

Тут дверь открывается, и я падаю в объятия Максима. Он заводим меня за свою спину и бьет Колю по лицу. Тот падает в квартиру, сметая вещи на своем пути.

— Еще раз подойдешь к ней или услышу подобное от тебя, изобью, что не вспомнишь кто ты! — прошипел Максим. Схватил мои сумки и захлопнул дверь. Я прижалась к нему, дрожа как осиновый лист.

— Ммаксим, — прошептала, уткнувшись в грудь.

— Пошли, все позади, — сгреб меня в свои объятия и повел вниз по лестнице на выход.

Я старалась держать самообладание, но все равно немного потряхивало. На автомате я шла вниз по лестнице, садилась в машину, пристегивалась. Мне не было страшно, мне было обидно. Почему мужики, когда ты первая делаешь шаг к расставанию, сразу поливают тебя грязью? Это мужская натура такая? Почему нельзя мирно расстаться?

Я повернула голову и посмотрела на профиль Максима. Неужели, если им придется вдруг расстаться, он поступит так же? Наорет, вышвырнет, ударит???

Словно услышав мои мысли, он вдруг взял мою руку поцеловал в ладонь, не отрывая взгляда от дороги.

— Не переживай. Все закончилось. Все будет хорошо.

— Максим…

— Мм?

— Почему, когда женщина решает расстаться, мужчина сразу начинает унижать?

— Потому, что это ударяет по его самолюбию, — не сразу ответил, так же не отводя взгляда от дороги.

— То есть, это нормально?

— Нет конечно…не бери в голову.

— Как не бери…

Он вдруг остановился на обочине, отстегнул ремень безопасности и прижал меня к себе.

— Понимаю, тебе неприятно, но уже все позади. Думаю, больше он тебя не побеспокоит, а если что, у тебя есть я. В обиду не дам. — Отстранился, погладив по щеке, ободряюще улыбнулся. Стало немного легче. Поддержка всегда помогает.

— А если бы у меня тебя не было? Терпела бы все, возможно бы и осталась с ним? — неожиданно осознала я. — Сколько женщин терпят к себе такое отношение, считая это нормой? — от этих мыслей становилось страшно.

— Наверное и такое бывает. Но хочу тебе сказать зря. Хоть я и мужчина, не терплю насилие. И не все такие, как Коля.

— И как ты, — прошептала. По щеке скатилась слеза.

Он поймал ее своими губами, целуя в щеку. Как же мне было приятно, тепло, надежно. Я была так ему благодарна за помощь, поддержку, любовь! Да, я люблю его. Боже мой, как же это классно. Я прижалась к нему покрепче, успокаиваясь и сгорая от любви. Он прижал в ответ, гладя по голове.

— Поехали скорее домой, — прошептал Максим, отстраняясь, — и позвони обязательно маме, она переживает.

— Ты разговаривал с мамой? — Удивленно спросила, когда мы тронулись с места.

— Да, я приехал. А тебя уже не было дома…

Непроизвольно я прижала ладонь к губам.

Он все-таки приехал!

— Я…, не вытерпела. Думала ты…

— Я понимаю, — перебил. — Позвони пожалуйста маме.

Скорее набрала номер и услышала родной голос.

— Мама, не переживай, все хорошо. Мы едем.

Я услышал, как Мария Анатольевна спрашивает: «Так я Вас жду, не ложусь?».

— Мы едем ко мне, уже поздно, зачем беспокоить твою маму, — сказал погромче я Леське.

И снова слышу в трубку: «Хорошо. Рада, что все уладили. Спокойной ночи.»

— Спокойной ночи, — ответила моя девочка и положила трубку.

Наступила тишина.

Мне было неловко. Не знаю почему. Так все быстро и волнительно!

Мы заехали на парковку элитного дома. Припарковав автомобиль, вышли, Максим взял мои сумки, и мы направились к лифту. Пока поднимались, как я потом увидела на двадцатый этаж, он приобнял меня и поцеловал в макушку. От волнения меня снова начало потрясывать.

Я чувствовал, что ее трясет и боялся спросить, хочет ли она ко мне или нет. А вдруг ответ будет отрицательным? Я так этого не хотел.

Когда уже подошли к номеру, наконец произнес:

— Ты против?

— Нет, просто так все быстро и неожиданно…Столько всего надо переварить…, - действительно в голове была каша.

Когда он уже открыл дверь и мы зашли в темноту, сказал:

— Не переживай, я тебя не съем.

— Жаль, — неожиданно тихо проговорила.

Что? Что она сказала?

Я бросил сумки на пол, сжал ее в объятиях и поцеловал. Мой источник, мой оазис, моя таблетка от хвори, моя зависимость. Меня трясло от желания, от жгучего желания обладать ей.

— Прости, — наконец оторвался от нее, тяжело дыша. Нет, так нельзя, ей сейчас не до этого.

Но она вдруг скинула с себя обувь, куртку, стянула с меня пальто и запрыгнула на меня, целуя, обнимая за плечи.

С жадностью подхватил ее за ягодицы, швыряя свою обувь на ходу и неся ее в спальню. Она не переставала меня целовать, пытаясь стянуть с меня рубашку, но пуговиц было так много…

Наконец донес ее до кровати и аккуратно положил, не отрываясь и хотел было подняться, чтобы снять с себя одежду, но…она поднялась вместе со мной, вставая на кровать, так же активно стягивая с себя одежду. Я потянулся к ней за поцелуем, она в ответ, но это мешало нам стянуть с себя все. Каждый раз, как появлялась возможность, наши губы встречались. Нас это жутко возбуждало и веселило одновременно.

— Иди ко мне моя маленькая…

— А ты ко мне мой…, - но договорить ей не дал, скорее целуя и укутывая в свои объятия. Меня так возбуждала и сводила с ума ее отзывчивость и такая неподдельная ответная страсть. Лихорадило от желания от необузданных чувств, что поглощали нас, даря неземное наслаждение. Я окончательно и бесповоротно принадлежу только ей. Только моя, никому не отдам.

Это были последние мысли, что пронеслись в моей голове, прежде чем я в буквальном смысле отрубился, прижимая маленькое, теплое податливое тело к себе.

Глава 21

В