Порочная месть - Алайна Салах

— Мне назначено на десять, — стараясь не звучать смущенной, сообщаю миловидной блондинке на ресепшене. — Эрика Соулман.

Одарив меня благожелательной улыбкой, девушка начинает активно щелкать по лежащей перед ней клавиатуре, после чего выходит из-за стойки.

— Пройдемте. — взмахом руки указывает в пространство залитого светом коридора. — Доктор Шульман ждет вас.

Доктор Шульман, приятная женщина лет пятидесяти, устраивает мне настоящий допрос с пристрастием, словно собеседует меня на службу в войска специального назначения. Ее интересует есть ли у меня аллергия, перенесенные операции и название контрацептивов, которые я использую.

— Сейчас мы пройдем в смотровую, — ласково воркует доктор Шульман, поднимаясь со своего белоснежного кресла. — я возьму у вас мазок, а затем вам предстоит сдать кровь в лаборатории.

— Я была у врача чуть больше месяца назад. У меня все было в порядке. — пытаюсь возразить.

— Повторные анализы еще никому не вредили.

Говоря это, женщина улыбается, но для меня ее слова равносильны пинку в грудь. Я чувствую себя лошадью, зубы которой осматривает потенциальный покупатель. Очевидно, Кейн хочет убедиться в отсутствии у меня венерических заболеваний, и это унизительно. Словно я какая-то шлюха, которую он подобрал на улице и которую нужно отмыть.

Я не произношу ни слова, пока доктор Шульман проводит гинекологический осмотр, и когда круглолицая медсестра заполняет моей венозной кровью с десяток пробирок. Именно сейчас, а не после случая на кухонном столе, я чувствую себя настолько беспомощной и униженной, что с трудом подавляю слезы.

— Результаты будут готовы в течение пары часов, мисс Соулман. Также я хотела предложить заменить таблетки на уколы. Дело в том…

— Мне не нужны никакие уколы. — грубо обрываю ее. — Таблетки вполне меня устраивают.

Женщина пару мгновений изучает мое хмурое лицо и с понимающей улыбкой заключает:

— Как вам будет угодно. На ресепшене вам выдадут бланк с логином и паролем от личного кабинета, в котором вы сможете проверить результаты анализов.

— Мне это не нужно. — обрываю ее. — Я ничем не больна. Могу я наконец уйти?

— Конечно, — сдержанно кивает женщина и, повернувшись, сгребает со стола пластиковую визитку с серебристым тиснением. — Если вас что-то будет беспокоить или понадобится моя консультация — звоните в любое время.

Кивнув, запихиваю карточку в карман шорт, мысленно обещая избавиться от нее, как только покину клинику, и выхожу за дверь.

— Как все прошло, мисс Соулман? — интересуется Прайд, который как оказалось все это время ждал меня, сидя на диване в приемной.

— В порядке. - не глядя на него, шагаю к выходу. — Куда мы теперь? Шлепнуть клеймо «Годна»?

Прайд игнорирует мой сарказм, не выпуская меня из зоны своего молчаливого сопровождения и, только когда мы подходим к припаркованной БМВ, он негромко сообщает:

— Нас ждут в бутике на Пятой Авеню. Мистер Колдфилд хотел, чтобы вы выбрали себе платье.

Я молча опускаюсь на кожаное сидение и забившись в противоположный угол, прижимаюсь лбом к стеклу. Кто я теперь? Золушка? И для чего Кейну понадобилось наряжать меня в платье? Может, он хочет выставить меня на аукцион, где свихнувшиеся от денег и власти богатеи могут покупать людей? Сейчас я бы даже этому не удивилась.

— Для чего мне платье?

— К сожалению, мистер Колфилд не посвящает меня в свои планы. Могу лишь предположить, что вы вместе пойдете на какое-то мероприятие.

Мое внимание отвлекает вибрация, раздражающая бедро через подклад сумки. Пошарив рукой, извлекаю жужжащий телефон и чувствую, как сердце ускоряет ритм вдвое. На экране мигает номер Артура.

глава 10

Сжимая гудящий телефон в руке, встречаю вопросительный взгляд Прайда, который, очевидно, недоумевает, почему я не беру трубку.

— Вы можете поговорить в машине, мисс Соулман. — правильно оценив мою нерешительность, произносит он. - Я подожду вас снаружи.

Киваю в знак признательности и торопливо ныряю в салон, одновременно принимая вызов.

— Артур! Ты… с тобой все в порядке?

Динамик оглашается родным голосом, при звуке которого облегчение мгновенно топит меня в своих водах, и на глазах выступают слезы

— Привет, сестренка. Прости, что пропал… Нужно было решить несколько неотложных проблем. Как у тебя дела?

Как у меня дела? Нет такого слова, которое могло бы описать то, что произошло с моей жизнью буквально за сутки.

— Артур… у тебя возникли разногласия с Кейном? Поэтому ты уехал?

Повисает тягостное молчание, прерывающееся утяжелившимся дыханием на том конце провода. Я сжимаю телефон сильнее, отчаянно желая, чтобы брат опроверг мои слова. Словно смотрю старый фильм на повторе и хотя знаю, что хэппи-энда не случится, все равно продолжаю надеяться. Что это: неискоренимый оптимизм или человеческая глупость? Хотя, какая впрочем разница.

— Это он тебе сказал? — немного резко уточняет Артур.

— Да, он.

— Не слушай всю ту чушь, что люди будут говорить тебе обо мне, хорошо, сестренка? Знаешь, будет лучше если ты ненадолго вернешься домой. Скоро все утрясется, и я тогда я приеду за тобой…

Я чувствую, как ладони начинают холодеть, а подмышками неприятно колет. До меня не сразу доходит смысл услышанного, но одно я понимаю точно: дела обстоят еще хуже, чем я предполагала.

— О каких людях ты говоришь, Артур? — я пытаюсь не звучать истерично, но вопросы выстреливают из меня, подстегиваемые отчаянием и паникой. — Кому понадобится говорить о тебе плохо? Что происходит?

— Эй, сестренка, успокойся. У меня всего лишь возникли небольшие сложности в бизнесе, которые мне необходимо решить. Я бы не хотел, чтобы на это время ты находилась одна в Нью-Йорке. Я понятия не имел, что так выйдет. Поэтому лучше вернись домой. Я пришлю тебе денег на первое время.

— Я не могу никуда уехать. — говорю тихо и отчего-то в этот момент чувствую укол вины. — Кейн перевез меня к себе… Сказал, что ты что-то забрал у него, и я останусь у него вроде залога. Сказал, что если я буду сопротивляться, ты пострадаешь.

В трубке слышится какой-то треск, сопровождаемый грязной бранью.

— Ублюдок… — зло рычит брат. — Всегда таким был. Не гнушается ничем, чтобы отомстить мне. Никогда не думал, что Кейн падет так низко.

— Артур…если ты что-то забрал у него… просто верни, и я уверена, что он меня отпустит.

— Он обижает тебя? — звучит быстрый вопрос, но я бы и под дулом пистолета не призналась брату, на каких постыдных условиях Кейн держит меня у себя.

— Нет, он не обижает меня.

Слышится облегченный вздох, и голос Артура звучит бодрее.