Порочная месть - Алайна Салах

— Сестренка, не доверяй ему. Знаю, мы с Кейном долгое время были друзьями, но жизнь расставляет все по местам… Он нехороший человек.. Ты знала, что еще в Индиане он избил своего отца до полусмерти? Не верь ни одному его слову обо мне. Он просто пытается настроить единственного близкого человека против меня. Мы работали вместе, и я лишь взял то, что принадлежит мне по праву. Это все, что ты должна знать.

— Но что мне делать?

— Просто потерпи немного, сестренка. Я вернусь за тобой и заберу тебя домой.

Чувствуя, что разговор подходит к концу, я задаю вопрос, который не дает мне покоя с момента, как я встретила Кейна в его офисе.

— Артур… где ты сейчас?

— Я же говорил, сестренка. Я в Лос-Анджелесе.

— Кейн сказал, что ты в Вайоминге.

Повисает мертвая тишина, словно на телефонной линии произошел сбой связи.

— Артур, ты здесь?

— Ты сейчас одна? — голос брата звучит глухо.

— Одна. Я нахожусь в салоне автомобиля, а водитель Кейна ждет меня снаружи.

— Не говори ему о нашем разговоре, сестренка. И не доверяй ему. Никому не доверяй. Мне нужно идти. Я позвоню тебе в следующую среду в семь вечера. Постарайся в этом время остаться одна.

— Артур! Пожалуйста, будь осторожен. — не знаю, услышал ли брат мою мольбу, потому что в трубке раздаются короткие гудки.

Несколько минут я сижу молча, совершенно забыв о Прайде, ожидающем снаружи. Наивно было полагать, что разговор с братом меня успокоит — он, напротив, вызвал во мне новую волну паники и шквал вопросов. Какие дела у Артура были с Кейном? Почему он настойчиво говорил не доверять никому, зная, что у меня нет знакомых в Нью-Йорке. Почему солгал мне о своем местонахождении? Неужели он думает, что я когда-нибудь выдала его Кейну, попроси он об обратном? Для чего он рассказал мне об отце Кейна именно сейчас?

В глубине души проклевывается росток ядовитой мысли, что Артур не сказал, что примчится меня спасать. Кажется, после того, как я озвучила то, что Кейн меня не обижает, он испытал облегчение. Но, по крайней мере, я знаю, что с ним все в порядке.

— Мисс Соулман, — слышу легкое откашливание Прайда в приоткрывшийся зазор пассажирской двери. — Мы можем ехать?

— Да, да… — бормочу, спохватившись. — Простите, Прайд, я немного задумалась.

Беззвучно прикрыв дверь, мужчина обходит автомобиль и усаживается на водительское сидение, и я ловлю в зеркале заднего вида его пристальный взгляд. Боясь, что он заметит в моем лице замешательство и сможет догадаться о звонке брата, быстро отвожу глаза и поворачиваюсь к окну. Несмотря на то, что родители рано ушли из жизни, я никогда не чувствовала себя одинокой и брошенной, но сейчас впервые чувствую себя именно так. Словно осталась совсем одна.

Когда Прайд подводит меня к огромному стеклянному входу, украшенному черными буквами Dolce&Gabbana, я машинально застываю на месте и начинаю пятится назад. Со времен просмотра Красотки я убеждена, что в каждую продавщицу в модном бутике вживлен сканер, способный моментально определить платежеспособность посетителя по одному взгляду на одежду.

— Пройдемте, мисс Соулман. — Прайд мягко трогает меня за локоть. — Нас ожидают.

К счастью, проникнув в эпицентр дизайнерского рая с его мраморными полами и причудливыми люстрами, я не ловлю на себе взглядов «Тебе здесь не место, оборванка». Напротив, встречающая нас брюнетка, одетая в кремовую рубашку и коньячного цвета юбку, выглядит так, словно встретила своего давно утерянного родственника.

— Мисс Соулман! Рады приветствовать вас в нашем магазине. Секретарь мистера Колфилда сообщила, что вам необходим сногсшибательный вечерний туалет. — Она бегло пробегается по моей фигуре взглядом и одаривает солнечной улыбкой: — Думаю, я знаю, что может вам подойти.

Девушка скрывается в одном из смежных залов и через пару минут возвращается, держа в руках два платья: первое узкое с глубоким декольте и вызывающим леопардовым принтом, второе из тончайшего серого шелка на тонких бретелях, явно не предусматривающее ношение белья.

— Это идеально подчеркнет ваш экзотический разрез глаз, а второе сделает вас верхом утонченности. — с улыбкой комментирует девушка.

«Первое превратит меня в дешевую шлюху, а второе позволит окружающим детально разглядеть мою грудь», — фыркаю про себя. Черта с два я позволю Кейну превратить себя в какую-то дизайнерскую куклу. В эту игру могут играть двое.

— Спасибо за вашу помощь, но я бы хотела выбрать платье сама.- говорю твердо.

Улыбка замерзает на губах девушки, и она, отступив немного назад, кивает.

— Конечно, мисс Соулман. Уверена, мы что-нибудь для вас подберем.

Поплотнее сжав в руках сумку, я быстро окидываю взглядом вешалки и шагаю туда, где замечаю самые скучные платья. Пощелкав вешалками, вытаскиваю наиболее, на мой взгляд, подходящее: из плотного материала с небольшим круглым вырезом на груди, рукавами три четверти и расклешенной юбкой, прикрывающей колени.

— Я выбираю это. — демонстрирую вешалку, держа ее на одном пальце.

— Не думаю, что оно достаточно нарядно, мисс… — пробует вмешаться консультант.

— Мне оно нравится. — обрываю ее и перевожу глаза на застывшего возле бархатной кушетки Прайда. — Были ли еще какие-то распоряжения от мистера Колдфилда?

— Вам нужны будут обувь и сумка к платью. — отвечает девушка вместо него. — Пройдемте, я вам покажу.

Я останавливаю свой выбор на закрытых черных шпильках, но Сандра, как зовут консультанта, так старательно убеждает меня выбрать открытые черные босоножки, что я, в конце-концов, сдаюсь. Эта девушка действительно старается делать свою работу хорошо, и мне не хочется ее обижать. К босоножкам она подбирает крохотный, расшитый бисером черный клатч с яркой атласной подкладкой, и упаковав все в глянцевые пакеты, с дежурной улыбкой провожает нас к выходу.

— Куда теперь, Прайд? — поднимаю бровь, немного ободренная своим маленьким бунтом. Звонок брата словно мобилизовал мои силы, и я сейчас во мне клокочет настоящий боевой азарт.

— Мы едем домой. — невозмутимо откликается мужчина, и всю оставшуюся дорогу больше не произносит ни слова.

По приезде в резиденцию Кейна, я сразу же собираюсь скрыться в своей комнате, но Прайд окликает меня.

— Мисс Соулман, обед ждет вас на столе. Вам необходимо поесть.

Я не ела со вчерашнего дня, от чего желудок слегка ноет, однако, я уже дала себе слово, что не стану есть на кухне, поэтому отрицательно машу головой:

— Спасибо, но я не хочу.

— Мисс Соулман, мистер Колдфилд вряд ли придется по нраву, если вы станете морить себя голодом.

— Мне плевать, что там нравится мистеру Колдфилду. — фыркаю, разворачиваясь к лестнице. — Насильно есть он меня не заставит.