Дорогой дневник - Тори Ру

Я захлопываю гребаный ноутбук. Да пошел этот Баг на хрен! Почему я ведусь на его подкаты?»

***

19 марта, воскресенье

Ночью на телефон пришло оповещение:

«Пользователь Yato/Yaboku[8] хочет добавить вас в друзья».

Страница пуста, на превьюшке — анимешный герой с пронзительными глазами: «Бездомный бог».

Все понятно: очередной фрик. Не забыть бы закинуть его в черный список.

***

Несмотря на дерьмовейший расклад, после прогулки с Багом я чувствую себя легче.

Его слова, пусть даже лживые или сказанные под воздействием каких-либо веществ, все равно вселяют робкую уверенность, что я круче стереотипной красотки Маши и ее тупой сестрицы.

Я знаю, что это меня не красит, но губы растягиваются в довольной улыбочке, а перед глазами неизменно возникает его спокойный, как море, взгляд.

А еще я сшибаю в квартире углы, проливаю чай, роняю ложки и не слышу, что говорит мама — мысли далеко, они все еще там, в темной аллее, в теплых надежных объятиях Бага…

— Элин, ты чего такая рассеянная? — Мама вылавливает меня на кухне и приступает к допросу с пристрастием, но я пожимаю плечами:

— Все в норме. Тебе показалось.

— Не расхолаживайся, ради бога. Включи мозги. Осталась пара месяцев, потом — взрослая жизнь!

— Угу. — Я пытаюсь уйти, но мама усаживает меня за стол, ставит под нос тарелку с завтраком и чашку с капучино и по секрету признается, что квартира, которую делят непонятно откуда взявшиеся наследники почившего дядюшки, на самом деле завещана папе. Видимо, нам предстоит куча судов, но родители намерены вцепиться в нее мертвой хваткой.

— Возможно, ребенок. — Она заводит старую песню. — Что ты, ну, гипотетически, все же захочешь поступать в вуз в другом городе? Жилье придется очень кстати.

Предложение категорически не заходит: в другом городе не будет Бага. Там вообще ничего не будет…

— Не вариант. Я никого там не знаю. Не найду занятия по душе, не найду друзей.

— А здесь они у тебя есть? — Мама давит на больное, и я рычу:

— Есть. Один точно есть!

— Не стоит жертвовать будущим ради одного человека. Только если он не готов сделать то же самое ради тебя.

Я вчистую проигрываю дуэль наших отмороженных, прозрачных взглядов, забираю чашку и отваливаю в комнату.

Влезаю на подоконник, прислоняюсь спиной к холодному откосу и крепко задумываюсь.

Этот город мал, в нем нет ничего, что могло бы изменить мои взгляды на людей и устройство мира. А центром моего мира вот-вот станет Баг — парень, который мне не принадлежит.

Глотаю терпкий кофе, задницу греет тепло батареи.

Промзону вдалеке тихо накрывает идущий стеной снег. Я застряла, у меня нет никаких мыслей о будущем. Только страшное, глухое, немое, слепое предчувствие, что никакого будущего не будет.

Глава 13

20 марта, понедельник, 6.00

Та-дам! Я умираю от похмелья. Такого со мной еще не случалось, но, если в голове грохает кувалда, руки трясутся и чувство вины накатывает вместе с тошнотой — это ведь похмелье, да?

Всего через час настанет пора вставать и собираться в школу, а я даже проспаться не успела.

Положив поверх одеяла учебник, а на него — дневник, грызу кончик ручки и с трудом соображаю, с чего бы начать рассказ о бурно проведенном воскресенье.

Пока воспоминания свежи, я хочу сохранить на этих мятых страницах все до мельчайших подробностей.

***

«Дорогой дневник!

Вчера, сразу после завтрака, я сунулась в “ВК” и обнаружила, что странный незнакомец Yato/Yaboku вместе с заявкой оставил сообщение:

“Эльф, это я”.

В глазах мгновенно потемнело, и сердце подпрыгнуло к горлу. Баг.

Он все-таки меня разыскал! Душа наполнилась мистическим ужасом и ничем не замутненной, детской радостью.

“Оставить в подписчиках”, — первая кнопка подсказывала единственно правильное решение, но я выбрала вторую.

“Добавить в друзья”. Клик.

Как только я произвела эту манипуляцию, Баг появился в сети».

Потягиваюсь до разноцветных звездочек перед глазами и беру телефон. Я все еще не до конца верю в реальность произошедшего и, чтобы снова воочию убедиться, что мне ничего не приснилось, раскрываю наш самый первый виртуальный диалог и внимательно его перечитываю.

«“Привет, Эльф, что делаешь?”

“В окно смотрю. Как ты догадался, что это я?”

“А кто же еще это может быть? С таким-то плэйлистом)))”.

“:)))”.

“Эльф смеется! Офигеть! Хочу посмотреть на это!”

“Обойдешься)))”.

А дальше я чуть не словила инфаркт — потому что Баг опять зашел на запретную территорию:

“Приезжай. Я тебя встречу”.

“Эм… Чего?”

“Мы тут репаем. Гаражи за Политехом. Давай к нам, я тебя на остановке встречу”.

“Думаешь, это будет нормально?”

“Думаю, да. Тут мой друг Холодос, друг Лось — оба клевые чуваки. А еще тут их девчонки”.

Машу он не упомянул, и я поплыла:

“Баг, я не знаю даже…”

“И еще тут пивасик. Много пивасика. Давай, Эльф, прямо сейчас. Жду тебя на остановке”.

Я побольнее ущипнула себя и приготовилась протестовать, но зеленый кружок возле аватарки Yato/Yaboku сделался серым. Баг вышел из сети, и мое “Нет, я не смогу” так и осталось непрочитанным.

Вот черт!

К зеркалу я метнулась на запредельной скорости.

Как всегда, густо подвела глаза черным карандашом, замазала проступающую на месте синяков желтизну и попутно расписалась в собственном бессилии: надо было смотреть уроки макияжа модных блогеров и следить за имиджем признанных икон стиля. Ну да ладно. Ярко-синяя оправа очков и голубая челка все равно скрывают половину моей физиономии.

— Дите! Куда тебя понесло в такой снег! — Мама выглянула из кухни, когда я, ломясь к выходу, нечаянно уронила с полки флаконы с духами, муссами и лаками для волос.

— Я с друзьями гулять иду!

— М-м-м-м… Да?.. — ошарашенно пробормотала она. — Хорошо. Только вернись не позже одиннадцати!

Представляю, сколько раз мама репетировала эту дежурную фразу перед зеркалом. Наконец-то ей выпала возможность ее произнести.

Однако на расспросы о неведомых друзьях маминого участия уже не хватило.

Я же “хорошая девочка” и никогда не доставлю проблем.

***

У подъезда я тут же попала в разгул стихии: дикий мартовский снег закрутился вокруг меня вихрем. Пришлось нахлобучить капюшон, спрятать руки в карманы и ковылять на остановку, нещадно зачерпывая ледяную кашу кедами.

Выбравшись из автобуса, я первым делом увидела полуживого окоченевшего Бага: съежившись, тот стоял под пластиковым навесом с вывеской