Цветок Аида - Алина Ланская

Аид  

Аид

Кора сидела рядом, держа в руках пустую тару, в которой полчаса назад принесла мне завтрак. Сейчас она разительно отличалась от той девушки, которая пришла в мой подвал пару дней назад, — никакого страха и нервозности, Кора довольно улыбалась, щурилась на солнце и что-то напевала себе под нос.

— Спасибо за еду, но больше так не делай.

— Почему? — Она удивленно распахнула свои вишневые глаза. — Разве я не должна о тебе заботиться, пока ты работаешь на меня?

— Я сам о себе позабочусь, Кора. У тебя на редкость паршивая семья.

Улыбка на нежном лице померкла.

— Ты их совсем не знаешь! Папа… был неправ с тобой, но он очень богатый и влиятельный человек, по-другому он не умеет. И Геля совсем не плохая, а у Аделины… у нее сейчас сложный период.

— Мне плевать на них. Но ты с ними даже не живешь в одном доме.

— Это я сама так решила. — Она смущенно покраснела. Мне почему-то захотелось провести пальцем по ее щеке, проверить, такая ли нежная у нее кожа, как кажется. Или это просто игра света?

— Но ведь не просто так решила. Знаешь ведь, что твой батя ублюдок, раз решил тебя замуж выдать.

— Я не выйду замуж за этого урода! — Она так решительно замотала головой, что мне на секунду даже стало жаль ее. Девчонка уверена, что сможет своей глупой выходкой разрушить мой план и похерить сделку, которая принесет сотни миллионов чистой прибыли.

— Говори, что делать, Кора. У меня не так много времени для тебя сегодня.

— Но мы договаривались… — Она беспомощно смотрела мне в глаза, нежный румянец уже исчез с ее лица. — Папа велел вечером к нему зайти. Если ты не придешь…

— Я приду, не волнуйся. Но днем я уеду. Ближе к делу.

Она не привыкла, что с ней разговаривают резко, чуть поникла, но довольно быстро пришла в себя.

— Оранжереей я займусь сама сегодня. — Кора снова улыбнулась. — Ты сумеешь убрать листья в саду? Грабли держал в руках когда-нибудь?

Уверен, скажи я, что нет, она терпеливо и безропотно попыталась бы научить меня управляться с граблями.

— Не думаю, что это сложно.

— Наш прежний садовник любил по старинке убирать листья. Но, если хочешь, мы можем попросить воздуходувку у папиного завхоза. Я научу ею пользоваться.

— Я сам. И давай грабли, так привычнее.

Она снова улыбнулась, почти по-детски. Глядя на нее сейчас, не так просто было поверить, что час назад она храбро защищала меня от своего идиота-папаши. Хорошая девочка. Даниз не зря ею увлекся.

— Вот здесь у нас весь инвентарь. — Она привела меня к хозяйственной пристройке. — Как работает оранжерея, наверное, не стану тебя грузить, но подкормка и обработка растений на тебе, ладно?

— Без проблем. Я сам возьму грабли.

— И еще мешки, в которые нужно собрать листву.

От Коры пахло цветами — нежный запах, в который хотелось, закрыв глаза, уткнуться, не отпускал меня. Даже когда она убежала к себе в дом, а я остался в саду один.

Примерно в одиннадцать мимо прошла жена Солнцева, старательно пряча от меня глаза. Я давно привык к такой реакции малознакомых людей — они боятся смотреть мне в глаза. Большинство так и не преодолевают свой страх, с этой холеной соской будет то же самое. Первое впечатление о семье будущего родственника полностью совпало с досье, которое собрали на них ребята Артема. Только Кора выбивалась.

Через полтора часа встреча с Севой и его матерью. Лучше бы здесь остался собирать листья, но надо уже выезжать.

Машина, побитая старая «Лада», так и осталась стоять недалеко от особняка Солнцева.

Пока шел к тачке, видел, как к дому подъехал Арсений. Он заметил меня и, что-то сказав своему водиле, пошел по дороге к беседке.

— Эй! Парень! — Водила кивнул мне. — Иди сюда.

— Что надо?

Мужик нахмурился и процедил сквозь зубы:

— Шеф велел подойти к нему, сейчас же.

— Ладно.

Я не опасался, что меня раскроют, — два человека в службе безопасности Солнцева уже полгода как работали на меня, независимо друг от друга. Я мог сунуть в морду Арсению любую бумажку — он проглотил бы все. Так и получилось.

Он сидел в беседке и внимательно читал разложенные на столе документы.  

— Звали? — Я не стал ждать, пока он соизволит оторвать свою башку от бумажек. Пусть со своими холуями упражняется.

— Герман Орлов, значит? — Он неприязненно оглядел меня с головы до ног. — Садовник. Ну садись, поговорим.

— Вы ж вечером звали.

— Я зову тогда, когда мне удобно, парень. Долго ходить кругами не буду. На тебе кредит висит, ребята «пробили». Нехорошо это — не платить по своим долгам.

— И что? Мой долг — мои проблемы. Ничего незаконного нет.

— Большой кредит, парень. Я могу за тебя его закрыть. Или могу вышвырнуть на улицу сейчас же.