Тепло наших сердец - Нора Робертс

— Интересно. — Мэлори перехватила стопку книг поудобнее и свернула вслед за Даной за угол. — Почему та странная парочка об этом не подумала?

— Наверное, они подумали. Послушай, сначала ты должна признать, что все это не сон.

Дана пожала плечами.

— У нас на банковских счетах появились деньги, и мы идем по улице, еле удерживая в руках кучу книг по кельтской мифологии. Для меня это достаточно реально.

— В таком случае Мэлори может найти только первый ключ. Даже если остальные два будут у нее под самым носом, она их не увидит. И мы тоже — пока не придет наша очередь.

Дана остановилась и, склонив голову, внимательно посмотрела на Зою.

— Ты действительно во все это веришь?

Зоя вспыхнула, но затем беспечно пожала плечами.

— Хотелось бы. Это так необычно и значительно! Никогда в жизни я не делала ничего необычного и значительного. — Она подняла взгляд на двухэтажное здание в викторианском стиле. Дом был оштукатурен и выкрашен в синевато-серый цвет. — Здесь живет твой брат? Мне всегда нравился этот дом.

— Брат его понемногу ремонтирует. Что-то вроде хобби.

Они пошли по вымощенной кирпичом дорожке. Зеленый газон по обе стороны аккуратно подстрижен. Мэлори подумала, что здесь не хватает цветов.

Остальное все гармонично. Цвет, форма, фактура. И старинная скамья на крыльце рядом с большим медным горшком с причудливыми ветками и травой.

Дана вытащила ключ и отперла дверь.

— Самое большое достоинство этого дома — тишина. — Она первой вошла внутрь, и ее голос эхом отразился от стен.

Прихожая оказалась пустой, если не считать двух задвинутых в угол ящиков. Наверх вела красивая лестница с чудесными перилами.

Прихожая переходила в гостиную, стены который были выкрашены в насыщенный зеленый цвет, превосходно сочетавшийся с сосновым полом медового оттенка. Однако это помещение, как и прихожая, было пустым. Почти.

В центре стоял громадный диван, словно кричавший Мэлори: «Меня купил мужчина!» Несмотря на то что в клетчатой обивке присутствовали зеленые тона, сочетавшиеся со стенами, это было громоздкое уродливое сооружение, слишком большое для очаровательной комнаты.

Вместо стола приспособлен какой-то ящик.

В комнате имелись и другие ящики, один из которых располагался на маленьком камине с искусной резьбой. Мэлори подумала, что каминную доску неплохо было бы украсить росписью.

— Ага… — Зоя повернулась на триста шестьдесят градусов. — Наверное, он только что переехал.

— Да. Года полтора. — Дана положила книги на ящик.

— Твой брат живет здесь полтора года? — Мэлори была потрясена. — И единственная мебель в доме — этот уродливый диван?

— Ты не видела его комнату в доме родителей. Нет, наверху у него есть кое-какие приличные вещи. Там он и обитает. Еды мы не найдем — разве что питье… Кофе, пиво и кока-кола. Хотите что-нибудь?

— Кола диетическая? — спросила Мэлори.

Дана ухмыльнулась.

— Он же парень.

— Ладно. Рискнем. Будет настоящее приключение.

— Сойдет, — согласилась Зоя.

— Сейчас принесу. Садитесь. Несмотря на свое уродство, диван удобный.

— Такой чудесный дом принадлежит мужчине, который тратит деньги на это безобразие! — Мэлори тем не менее опустилась на диван. — И правда удобно. Но все равно некрасиво.

— Ты могла бы жить здесь? — Зоя обошла гостиную. — Похоже на кукольный домик. Большой кукольный домик, но очень симпатичный. Я бы все свободное время играла с ним — искала бы сокровища, чтобы его обставить, подбирала обои и драпировки.

— Я тоже.

Мэлори склонила голову набок. И как только Зое удается выглядеть модно и стильно в простых джинсах и хлопковой рубашке? Она мысленно подсчитала, в каком возрасте Зоя родила ребенка. Сама Мэлори тогда бегала по магазинам в поисках выпускного платья и готовилась к поступлению в университет. А теперь они сидят вместе в пустой комнате чужого дома и думают об одном и том же.

— Странно, как много у нас общего. И еще более странно, что мы живем в маленьком городе, а до вчерашнего вечера ни разу не встречались.

Зоя присела на противоположный конец дивана.

— Где ты стрижешься?

— У Кэрмайна, в торговом центре.

— Хороший салон. Знаешь «Хейр тудей», где я работала? Он ориентирован в основном на женщин, которые предпочитают ничего не менять. — Зоя в притворном ужасе закатила большие светло-карие глаза, которые можно было назвать топазовыми. — Неудивительно, что ты стрижешься за городом. У тебя великолепные волосы. Тебе стилист не советовал подрезать их на пару дюймов?

— Подрезать? — Мэлори инстинктивно коснулась головы. — Подрезать?

— Всего пару дюймов, чтобы немного облегчить форму. Потрясающий цвет.

— Натуральный. Я их немного поднимаю. — Она рассмеялась и опустила руку. — Ты смотришь на мои волосы точно так же, как я на эту комнату. Представляю, что могла бы с ней сделать, если бы мне дали волю.

— Кола и даже печенье. — Дана принесла три банки кока-колы и пачку печенья с шоколадной крошкой. — Итак, что мы имеем?

— Я не нашла никаких упоминаний о трех дочерях молодого бога и смертной женщины. — Мэлори открыла банку и сделала глоток, подумав, что не хватает льда. И стакана, конечно. — Господи, как сладко с непривычки… И ничего о запертых в шкатулке душах и ключах. Множество странных имен — Луг, Рианна, Ану и Дану. Рассказы о битвах, победах и смерти.

Она взяла блокнот и раскрыла на первой странице, испещренной аккуратными пометками. При виде блокнота Дана улыбнулась, и на ее щеках появились ямочки.

— Готова спорить, что в школе ты была отличницей. Лучшая ученица, пример для всего класса.

— Почему ты так решила?

— При такой организованности иного и быть не может. Конспекты и все такое прочее. — Дана выхватила блокнот и принялась листать страницы. — Хронологические таблицы! Схемы.

— Отдай! — Мэлори рассмеялась и отобрала у нее блокнот. — Я не успела сказать — мой метод исследования подвергся неконструктивной критике — очень важную вещь. Кельтские боги не были бессмертными. Их можно было убить, правда потом они оживали. И, в отличие от известных мне греческих и римских богов, кельтские не обитали на вершине священной горы. Они жили на земле, среди людей. Тут такая мешанина — политика, этикет, традиции…

Дана села на пол.

— Может, какие-нибудь метафоры, указывающие на ключи?

— Не знаю. Я ничего не нашла.

— Художники и воины были богами, — вдруг сказала Зоя. — Или наоборот? Я хочу сказать, что искусство — музыка, литература и все такое — имело огромное значение. А еще у них были богини-матери. Материнство тоже считалось важным. И число «три». Поэтому мне кажется, что Мэлори — художник…