Тепло наших сердец - Нора Робертс

Возможно, она все-таки немного поплачет.

— Все совсем не так, как должно быть, и я не представляю, что будет дальше.

Увольнение не входило в жизненную программу Мэлори Прайс.

— Ерунда, — заверил ее Тод. — Джеймс просто сдвинулся на почве секса… И знаешь, еще не все потеряно. Ты можешь переспать с ним, — прибавил он, воодушевляясь. — Или я.

— На оба этих предложения я отвечу одинаково. Мерзость!

— Кратко, мудро и точно. А что, если вечерком я заскочу к тебе с китайской едой и бутылкой дешевого вина?

— Ты настоящий друг.

— Мы спланируем убийство мерзкой Памелы и твое будущее. Хочешь, провожу тебя домой, сладкая моя?

— Спасибо, не стоит. Мне нужно проветриться. Попрощайся за меня… со всеми. Сейчас я просто не могу никого видеть.

— Это пройдет. Конечно, попрощаюсь.

По дороге домой Мэлори уговаривала себя не волноваться. Пыталась справиться с паникой, которая набрасывалась на нее при каждом шаге, уводившем от привычного образа жизни, все ближе к глубокой пропасти.

В чем, собственно, проблема? Она молода, образованна, трудолюбива. На счету в банке лежат деньги. Впереди у нее вся жизнь. Как чистый холст. Остается лишь выбрать краски и приниматься за работу.

Пока нужно просто отвлечься. Сосредоточиться на чем-то другом. У нее есть увлекательная задача, которую требуется решить, и целых четыре недели, чтобы это сделать. Не каждый день тебя просят найти таинственный ключ и поучаствовать в спасении души, да не чьей-нибудь, а принцессы!

Это поможет скоротать время, пока не определятся планы на дальнейшую жизнь. Договор подписан, пора приступать к его выполнению. Правда, как это делать, непонятно. Ясно одно — сначала нужно пойти домой и утопить свое горе в пинте сливочного мороженого.

Дойдя до угла, Мэлори с тоской оглянулась на «Галерею». Кого она обманывает? Это был ее дом.

Она тяжело вздохнула и повернула к тому дому, который не «Галерея», и тут же с размаху шлепнулась на тротуар.

Коробка с вещами выскочила из рук, а сверху на Мэлори упало что-то тяжелое. Послышалось глухое ворчание, а потом какое-то повизгивание. От удара у нее перехватило дыхание, на грудь словно навалилась небольшая гора. Над лицом нависла мохнатая черная морда.

Мэлори уже набрала воздух в легкие, собираясь закричать, то тут по ее лицу прошелся огромный язык.

— Мо! Стой! Назад! Слезай, дьявол тебя побери! О черт! Простите!

Мэлори услышала голос, в котором сквозила паника почище, чем у нее, и, борясь с приступом тошноты, повернула голову, стараясь увернуться от мокрого языка. Внезапно у громадной черной массы, придавившей ее к земле, появились руки. Затем вторая голова.

Эта голова оказалась человеческой и намного более симпатичной, чем первая, несмотря на съехавшие на тонкий прямой нос солнцезащитные очки и сурово сжатые губы.

— Как вы? Сильно ударились?

Мужчина оттолкнул массивную тушу в сторону и протиснулся между ними, загораживая Мэлори своим телом.

— Сесть сможете?

Вопрос был риторическим, потому что мужчина уже поднимал распростертую на земле Мэлори. Она села. Зверь попытался ткнуться в нее носом, но получил по этому самому носу локтем.

— Лежать! Большой слюнявый идиот… Чтоб тебе пусто было! Это я не вам, — с очаровательной улыбкой уточнил хозяин зверя, убирая волосы с лица Мэлори. — Простите. Он безобиден, но неуклюж и бестолков.

— Кто… Кто он?

— Мо? Собака. По крайней мере, так мне сказали. Хотя больше этот пес похож на помесь кокер-спаниеля и шерстистого мамонта. Правда, мне очень жаль! Это моя вина… Я отвлекся и позволил ему вырваться.

Мэлори скосила глаза вправо, где собака — если это действительно была собака — сидела на земле, виляя хвостом толщиной с руку. Вид у Мо был абсолютно невинный и чрезвычайно дружелюбный.

— Головой не ударились?

— Нет, наверное. — От внимательного взгляда хозяина Мо Мэлори почему-то бросило в жар.

Девушка была прелестна, как пирожное из кондитерской. Взъерошенные белокурые волосы, молочно-белая кожа, ярко-розовый рот с пухлой нижней губой — недовольная гримаса делала его ужасно сексуальным. Огромные голубые глаза. Прекрасные, несмотря на полыхавшее в них возмущение.

Он едва удержался, чтобы не облизнуться, когда она хмуро посмотрела на него и подняла руку, приглаживая восхитительную копну спутанных волос.

— Что вы так пристально смотрите?

— Хочу убедиться, что у вас не сыплются искры из глаз. Кстати, потрясающие глаза. Меня зовут Флинн.

— А мне надоело сидеть на тротуаре. Понятно?

— Ах да! — Флинн встал, взял ее за руки и поднял с земли.

Хозяин собаки оказался выше, чем она думала, и Мэлори автоматически отступила на шаг, чтобы не задирать голову, глядя ему в лицо. Солнце просвечивало сквозь его волосы — каштановые, густые, волнистые. Он крепко держал ее за руки, совсем не собираясь отпускать.

— Как вы? Голова не кружится? Вы здорово шлепнулись.

— Чувствительно…

Особенно той частью тела, которая первой соприкоснулась с тротуаром. Мэлори все-таки освободила руки, села на корточки и принялась собирать выпавшие из коробки вещи.

— Я помогу. — Флинн присоединился к ней и погрозил пальцем собаке, которая попыталась приблизиться к ним — с грацией слона, крадущегося по африканской равнине. — Сиди на месте, а то останешься без угощения.

— Вы лучше держите своего мамонта. Мне не нужно помогать. — Мэлори подобрала запасную косметичку и сунула в коробку. Заметив сломанный ноготь, она едва не расплакалась от жалости к себе, но тут же решила выплеснуть раздражение на виновника хоть этого несчастья.

— Нечего выходить на улицу с такой огромной собакой, если вы не можете с ней справиться! Он всего лишь пес, но вы-то должны понимать!

— Вы правы. Абсолютно правы. Гм… наверное, это ваше.

Флинн протянул ей черный бюстгальтер без бретелек.

Возмущенная, Мэлори встала, выхватила свое имущество из его руки и запихнула в коробку.

— А теперь уходите! И чем дальше, тем лучше.

— Послушайте, давайте я помогу вам донести…

— Несите свою глупую собаку! — отрезала Мэлори, подхватила коробку и зашагала прочь, стараясь при этом выглядеть гордо.

Флинн, все еще сидящий на корточках, смотрел ей вслед, а Мо подполз ближе и всей тушей привалился к боку хозяина. Мужчина похлопал пса по голове, не отрывая взгляда от соблазнительно покачивающихся бедер, обтянутых мини-юбкой. Должно быть, затяжка на чулке появилась после столкновения с Мо, но, на взгляд Флинна, потрясающим ногам, на которые эти чулки были надеты, такая мелочь повредить не могла.