Мир Аматорио. Неделимые - Мари Мур

– Десмонд, – укоризненно говорит он. – Вы ведете себя, как дети. Найдите другое место. Подальше от Кимми.

Кристи отпускает меня и встает в полный рост. С поднятыми руками она обходит качель и направляется к Десмонду.

– Хорошо, я сдаюсь, – говорит она. – Предлагаю перемирие.

Кристи приближается к Десмонду и обвивает его шею руками. Он наклоняется, чтобы ее поцеловать.

– Ты проиграла, – усмехается Десмонд.

Кристи отстраняется и одновременно ловко выхватывает из своего кармана снежок. Она отправляет его Десмонду в грудь и со смехом уносится.

– Ты и в правду решил, что я сдамся? – обернувшись, хихикает она.

В глазах Десмонда полыхает огонь, когда он кидается следом за ней.

– Теперь ты точно влипла, детка!

Продолжая смеяться, Кристи скрывается за углом дома, однако в последний момент ее догоняет Десмонд и, схватив, перекидывает через плечо. Они пропадают из вида, но я все еще слышу их смех.

– У меня ценный товар тридцатилетней выдержки, – раздается спокойный мужской голос, в котором я узнаю папу. – Осторожнее.

– Не волнуйтесь, – успокаивает его Десмонд. – Сегодня ни одна из ваших бутылок не пострадает. Я буду держать эту очаровательную непослушную задницу подальше от вашего вина, – обещает он.

Вскоре из угла дома показывается Фрэнк, а за ним идет Оук, держа перед собой массивный деревянный ящик. Они вдвоем приближаются ко столу, где готовит Маркос.

– Не могу поверить своим глазам, – папа обращается к Аматорио-старшему. – Судя по аромату я был уверен, что эту аппетитную утку готовит лучший шеф-повар ресторана Гордона Рамзи.

Он протягивает руку Маркосу.

– Рад видеть тебя, Фрэнк, – тот приветствует его крепким рукопожатием. – Как добрались?

– Весь город в пробках, – отзывается папа и переключает внимание на Оука. – Ты весь вечер собираешься стоять с этим чертовым ящиком в обнимку? Поставьте его наконец на стол и открой одну из бутылок.

После этого он разворачивается и идет ко мне, раскрывая руки для объятий. Я встаю, обнимаю его и целую в щеку. В ноздри проникает аромат его терпкого парфюма, смешанный с запахом табака и сигар.

Несмотря на мои бесчисленные лекции, папа так и не смог отказаться от курения.

– Почему у моей малышки в такой день грустный вид? – спрашивает он. – Тебя кто-то обидел?

Я улыбаюсь ему.

– Все в порядке, – спешу его успокоить. – Тебе показалось. Где Киллиан?

– Он разговаривает с Десмондом, – папа достает из внутреннего кармана сигару. – Я отойду. Мне нужно поприветствовать остальных гостей.

Он отходит, закуривая сигару, и направляется в сторону Грейс. Они начинают о чем-то оживленно болтать. В вечернее небо взметает очередной искрящийся фейерверк, и от его грохота я не могу разобрать слов.

Я сажусь обратно на качели и смотрю на салют. Когда он стихает, я слышу, как папа просит Оука открыть еще одну бутылку вина.

Вскоре появляются Киллиан, Десмонд и Кристи. Втроем они задерживаются около стола, где стоит папа вместе с Маркосом. Киллиан приветствует Аматорио-старшего, а потом покидает компанию, отправляясь ко мне.

– Найдется для меня место? – спрашивает он, останавливаясь напротив меня.

– Конечно, – я двигаюсь, освобождая для него сиденье.

Киллиан занимает место рядом со мной, перекидывает руку через плечо и притягивает меня, чтобы поцеловать в щеку.

– Как ты? – спрашиваю у него.

Киллиан отводит взгляд. Я замечаю, как быстро-быстро начинает пульсировать жилка на его шее.

– В порядке, – отвечает Киллиан, не вдаваясь в подробности.

После этого он не произносит ни слова. Я догадываюсь о причине его мрачного вида и молчания.

Эйслин. 

– Она не придет? – спрашиваю я.

– Нет, – коротко бросает он и меняет тему. – Где Кэш?

– Кэш совмещает обязанности мужа и главы компании. Скоро к этому добавятся обязанности отца. И Кэш делает все возможное, чтобы я и наша дочь в будущем ни в чем не нуждались. Даже перед Рождеством он успел заключить крупную сделку, – рассказываю я. – Два дня назад ему пришлось вылететь в Атланту, чтобы подписать какой-то важный договор. Вчера выпало столько снега, что из-за непогоды все ближайшие аэропорты не принимают самолеты.

Я опускаю взгляд и прикусываю изнутри щеку.

– Я понимаю, что он старается и хочет, как лучше. Но это наше первое Рождество после всего, что с нами произошло. Я так хотела встретить его с Кэшем, – признаюсь я.

Не успеваю об этом сказать, как краем глаза улавливаю проблеск света. Я поднимаю голову и вижу две горящие фары. По подъездной круговой дороге проезжает пикап.

– Ты еще кого-то пригласила? – спрашивает Киллиан.

– Нет, – отвечаю я, и брат машинально тянется к внутреннему карману пальто.

В следующую секунду машина останавливается перед террасой и сигналит несколько раз. Я смотрю на лобовое стекло, и мое сердце отчаянно бьется о ребра. Я вскакиваю на ноги и несусь вперед настолько быстро, насколько позволяет размер моего живота.

Задняя дверь пикапа раскрывается, и я не могу не улыбнуться, когда наружу спрыгивают Меган и Мэтт.

– Я слышал, что в таких огромных домах водятся привидения. Не отходи от меня, чтобы я мог тебя защитить, – предупреждает сестру Мэтт.

В следующую секунду из пикапа выбирается Кэш, и я бросаюсь на него с радостным визгом.

– Привет, принцесса, – он прижимает меня к себе и обнимает.

– Я так боялась, что мы встретим Рождество вдали друг от друга.

Кэш наклоняет голову и накрывает мои губы. Наш нежный мягкий поцелуй стремительно переходит в горячий. Но я прерываю его, провожу носом по его лицу и вдыхаю его аромат.

– Я тоже этого боялся, – Кэш поднимает голову, чтобы посмотреть мне в глаза. –  Но вчера мне позвонил Рик. Они с Рэйчел и детьми были на пути в Даллас, где собирались отпраздновать Рождество. Мы немного посовещались и решили: у них есть новый пикап, который проедет, где угодно, и приятная компания на дорогу. А у меня есть мое чувство юмора и огромное желание встретить Рождество вместе с тобой. И мы подумали, черт, почему бы не рискнуть. И вот спустя пятнадцать часов пути мы здесь.

– Вы сумасшедшие, – смеюсь я.

– Я знаю, – парирует Кэш. – Я безумно люблю тебя.

Я хохочу и снова прижимаюсь к нему, положив голову на его грудь. Неожиданно в воздухе раздается звук, заставляющий мое сердце замереть.

– Что это? – спрашиваю я.

– Я хотел дождаться Рождества, но мой подарок слишком нетерпеливый.

С этими словами Кэш тянется к заднему сиденью и берет переноску для животных. Открывает дверь и достает наружу очаровательного золотистого щенка лабрадора.

Мои глаза расширяются.

– Я подарил Голди, когда тебе было шесть лет. У него в помете был брат, и я нашел его в Атланте.