Когда мы мечтаем - Энн Петцольд

Бдеть в гардеробе для посетителей Музея современного искусства во вторник днем ровно настолько увлекательно, насколько звучит. Сорок пять минут – и ни одного посетителя. Я проводила время в телефоне, искала рецепты для выпечки и не только, чертила каракули на листочке… но потом взяла себя в руки.

Заблокировав смартфон, я положила его на стол. Зияющая пустота. Гардероб расположен в закутке огромного здания, найти его можно только по крошечным указателям, развешанным то тут, то там. Я пока так и не выяснила, почему он так далеко от касс, но благодаря этому у меня иногда выдается время для университетских заданий или непрочитанных книг. Я откинулась на металлический стул, который по факту был лишь самую малость удобней, чем на вид, и вытянула ноги. Бросив взгляд на электронные часы на маленьком столике справа от меня, я подавила вздох. Еще два часа.

Я беспорядочно постукивала пальцами по столу. С собой у меня ноутбук, да и домашка висит камнем на шее, но душа к этому сейчас не лежит. Со встречи с Чжэ Ёном мои возможности концентрации настолько упали, что длительное решение заданий потребовало бы кучи усилий. Работа гардеробщицы – тоже не лучший способ отвлечься от собственных мыслей. Не слишком захватывающая, но хотя бы приносит достаточно денег, чтоб не просить у Мэл на расходы, порвись у меня рубашка или ботинки.

Краем глаза я заметила размеренное мерцание экрана, сигнализирующее о новом сообщении.

Эрин: [.jpg]

Я: Тебе больше нечем заняться, кроме как сидеть посреди ночи на пляже?

Я: Поспать, например?

Сколько часов здесь сижу и почти все это время беспрерывно переписываюсь с Эрин. У нее должно быть уже два-три ночи, однако она не похожа на засыпающего человека.

Эрин: Спать я буду, когда вернусь в Чикаго.

Эрин: Да и на работу завтра не надо, так что…

Несколько недель назад она нашла новую работу на Восточном побережье Австралии. С тех пор единственный выходной у нее приходится на среду, и, как правило, она его использует для однодневных путешествий в самые невероятные места, какие только можно представить. А у меня в телефоне тем временем скопилось столько фотографий, что я могла бы притворяться, будто сама там везде побывала. Горизонтальные водопады, Большой Барьерный риф, пустыня за пустыней… Каждый раз, узнавая об очередном путешествии Эрин, я поражалась тому, как много она успевает увидеть за такой короткий срок.

Я: Счастливица. У меня с утра пораньше лекция по… микроэкономике? Макроэкономике?

Я: Вот завтра и выясним.

Эрин: Всегда подозревала, что очень немногие студенты действительно понимают, что делают.

Эрин: М-м-м, я окончила школу, и, дабы стать достойным работоспособным членом общества, мне пришлось… ТОЧНО! Учиться! Люди, которые учатся, – умные люди! За сей грандиозный вывод мне полагается медаль!

Эрин: И всё в таком духе. Я уверена.

Я улыбнулась. Стоило Эрин ступить на австралийскую землю, ее накрыла беззаботность. После окончания школы у нее возникли трудности с поиском чего-то, к чему у нее действительно лежала бы душа. Я слишком хорошо помню, какой потерянной она была и как долго мы беседовали ночами. Здорово знать, что она наконец там, где может пробовать то да се и не слишком переживать, что это из разряда «раз и на всю жизнь».

Я: Шутки в сторону – на деле примерно так это и работает.

Эрин: Как по мне, ничего общего с учебой.

Эрин: Так и не поняла, почему ты не выбрала что-нибудь, связанное с искусством. По крайней мере, было бы весело.

Мои пальцы замерли над клавиатурой. Я медлила с ответом. Сказать, что она «удивилась», когда я сообщила ей о решении поступать на экономический, – ничего не сказать.

Я: Мы это уже обсуждали.

Я уходила от ответа, и мы обе это понимали.

Эрин: Да, знаю. Но твои объяснения не равнозначны тому, что я готова их принять. Чисто объективно я понимаю ход твоих мыслей, но ты была бы счастливее, изучай то, что тебе нравится. И тебе меня не переубедить!

Я: Это ведь не навсегда.

Я вздохнула. Прошло несколько минут, Эрин так и не ответила, поэтому я снова посвятила себя труду битья баклуш. Ставлю свою книжную полку на то, что она, отложив телефон, растянулась на песке. Прямо вижу эту картину. Наверняка Эрин сейчас смотрит в ночное небо, вслушивается в плеск волн и просто наслаждается ничегонеделаньем.

На ее месте я поступила бы точно так же. Случались дни, как сейчас, когда я жалела, что семь месяцев назад не села вместе с ней в самолет. Но я лишь со скрипом могла позволить купить себе билет. Не говоря уже о том, чтобы так запросто бросить Мэл с Лив. Вместо этого мы с Эрин устроили в аэропорту слезное прощание. С логической точки зрения мы расставались лишь на время, но год может тянуться так долго. Столько всего успеет произойти. Переписка и видеочаты – слабое утешение.

Я нырнула под стол и, вытянув на колени рюкзак, принялась разгребать шоколадные батончики и вкусняшки, пока среди них не мелькнул уголок книги, которую я искала. Раз уж мне нечем заняться, это как минимум шанс выяснить, что такого занимательного миллионы людей находят в «Гарри Поттере». Я открыла и полистала книгу. То тут, то там встречались загнутые уголки страниц, а отдельные куски текста тонко подчеркивал карандаш. Я вернулась на первую страницу. А затем… окунулась в чтение.