Когда мы мечтаем - Энн Петцольд

– Ничего.

Мы помолчали. Уютная тишина, которую нет нужды заполнять пустыми словами.

– Надеюсь, «Гарри Поттер» не останется не у дел среди твоих книг. Дай ему шанс. Он и правда хорош.

– Звучит, словно у тебя есть опыт в забрасывании непрочитанного.

Я обрадовалась смене курса.

Чжэ Ён снова растекся по скамейке. Я ощущала исходящее от него тепло, хотя сама подмерзла: садясь, я оставила между нами расстояние, которое теперь уменьшилось.

– Мне казалось, это очевидно. Мы уже почти 48 часов как знакомы, и девяносто процентов наших разговоров вертится вокруг книг.

– Ты не похож на типичного книжного червя.

– Ох, теперь я заинтригован. На кого же я похож? – удивленно спросил он.

– Просто… на кого-то.

«Кого-то». Прекрасно, Элла.

Ничего лучше в голову не шло. Он довольно харизматичен, так что едва ли в свободное время бродит между стеллажами в книжном. Одежда, поза, то, как он держится, – от него сложно отвести взгляд.

– На «кого-то» в хорошем смысле? Или мне стоит…

Громкий звонок прервал Чжэ Ёна. Он скрючился, вытаскивая телефон из кармана брюк, и бросил взгляд на экран. Отобразившаяся на лице гримаса ясно дала мне понять, что это не извещение о выигрыше в лотерее.

– Всё в порядке? – уточнила я робко.

Он снова откинулся на скамейку. Закрыл глаза, между бровями прорезалась маленькая морщинка, и я обратила внимание, какие у него длинные темные ресницы. Почти до самых скул.

Вместо ответа он вздохнул:

– Мне пора.

Несмотря на это, он даже не попытался подняться.

Его рука расслаблено лежала на скамье, но меня не отпускало чувство, будто над ним собрались грозовые тучи. Я попыталась придумать, чем разогнать их, но в голову ничего не шло.

Я оглядела парк. Неподалеку стояла тележка с мороженым и за ней парнишка, уткнувшийся в телефон. На дорожке перед ними порывом ветра кружило листья, тихо покачиваясь, шелестели деревья. Так спокойно. Будто от городской суеты нас отделяет куда больше пары метров.

– Не замерзла?

Я вздрогнула. Голос Чжэ Ёна вырвал меня из размышлений, и я обернулась к нему.

– Да нет. А что? Ты замерз?

Он с прищуром посмотрел на меня и кивнул на мои руки. По ним бегали мурашки. С тех пор как я несколько часов назад вышла из дома, температура упала, однако все еще оставалась выше обычной майской.

– Вообще-то, я как раз собиралась спросить, не хочешь ли ты мороженого, – я покосилась в сторону тележки. – Но, кажется, от одной мысли об этом веет холодом.

Чжэ Ён улыбнулся.

– Ты бы пригласила меня на мороженое?

Я кивнула.

– И даже с радостью угостила бы тебя шариком-другим.

– Заманчивое предложение, – он улыбнулся, от чего на правой щеке появилась ямочка. – Но мне и правда пора. В следующий раз не премину напомнить.

Следующий раз. Я осторожно поинтересовалась:

– И когда это, по-твоему, будет? А то нам с кошельком стоит подготовиться.

Чжэ Ён поглядел так, будто точно знал, что на самом деле меня волнует. Он задумался, прежде чем ответить.

– Когда ты прочтешь «Гарри Поттера», а у меня… на работе будет больше времени для спонтанных свиданий.

Услышав это, я навострила уши.

– Кажется, ты тоже трудоголик.

– Тоже? – удивленно переспросил он.

– Моя старшая сестра.

Порыв ветра растрепал мне волосы, и, стоило холодку скользнуть за ворот, я передернула плечами.

– Она почти живет на работе, а домой ходит как в гости.

Чжэ Ён скользнул взглядом мимо меня, на лице у него застыло странное выражение. Горечь? Тоска? Мое умение распознавать чужие эмоции всегда работало через пень-колоду. Но если в чем я и знала толк, то в глубоко потаенном страдании. Случались плохие дни, когда собственное отражение смотрело на меня этим взглядом. Последние годы все реже, но такие дни на цыпочках подкрадываются со спины и наносят удар, когда меньше всего ждешь. И вот, повседневные заботы уже высятся надо мной горами, а до вершин и взглядом не достать.

Это похоже на хождение по канату: с одной стороны, каждый шаг дается с трудом, мозг истерит, что я должна вернуться к себе в комнату и спрятаться от всего мира. А с другой стороны, я точно знаю, что должна взять себя в руки. Насколько это возможно. В итоге я замирала на склоне горы, дни превращались в недели, а горы с каждой невыполненной задачей только росли.

Я тряхнула головой, избавляясь от мыслей. Не хочу об этом думать.

– Вы живете вместе? – спросил Чжэ Ён.

– Да, мы с младшей сестренкой переехали к ней после смерти родителей, – пояснила я, стараясь подобрать тон, который говорил бы: все нормально. Прошло достаточно лет, боль от этих слов уже не так сильна.

Чжэ Ён сморгнул, будто пробудившись ото сна, и с непонятным выражением лица спросил:

– Тяжело?

Вопрос, настолько далекий от всего, что вертелось у меня в голове с начала нашей встречи, что какое-то время я просто в замешательстве смотрела на Чжэ Ёна. Можно было бы разрядить обстановку и сострить в ответ. Но он сидел передо мной с этой морщинкой на лбу, сосредоточенным взглядом и выглядел так серьезно, что я быстро отвергла идею с шуткой.

– Бывает, – призналась я наконец. – Дело не только в работе. Время от времени возникает такое чувство, будто мы живем на разных планетах и лишь иногда пересекаемся на орбите.

Маленькая пауза, меня осенила одна мысль.

– А потом я вспоминаю, что она все ради нас бросила, да и Лив все еще со мной. И… становится легче.

Слабая улыбка у него на губах смотрелась не слишком убедительно.

– Хорошо, что вас трое.

– У тебя нет братьев или сестер?

– Младшая сестра. Только мы с ней давно не виделись.

– Живет в другом городе?

Он перебил меня:

– Да.

Скупость его ответа разбередила во мне любопытство, но мне показалось, что для него это больная тема, как для меня разговоры про родителей.

– Можешь одолжить одну из моих, хочешь?

– Я почти уверен, твои сестры не оценят, если их без объяснений похитит незнакомец, – сухо прокомментировал он.

– Теперь ты заговорил о похищениях!

Чжэ Ён открыл было рот, чтобы возразить, но в последнюю секунду прикусил язык. Он просто покачал головой.

– Тушé.

Телефон снова разразился громким звонком, и, хотя внешне Чжэ Ён никак не отреагировал, было видно, что мысленно он уже не со мной.