Запретные игры - Виктория Вашингтон

На удивление, одноклассники, зашедшие следом ничего не выкрикивают мне в спину.

Только вот обстановка все равно гнетущая.

Те, кто присутствовал в коридоре, начинают шептаться с теми, кто уже в тот момент находился в кабинете.

Конечно же, тут и гадать не нужно, что на повестке сегодняшнего дня моя связь с Немировым.

Делаю крупную ставку на то, что к следующему уроку об этом будет знать уже вся школа.

Злата заходит в кабинет ровно с прозвучавшим звонком. Опоздала.

Кажется, она даже писала об этом, но я упустила этот момент из внимания.

Судя по улыбке на её губах, новости до нее еще не дошли.

По крайней мере, один урок у меня есть, чтобы отделаться от ненужных расспросов.

Мы сидим раздельно, так как нас постоянно рассаживают за разговоры.

Но когда урок начинается, то я сразу улавливаю, что Злате на ухо что-то шепчет наша одноклассница.

Она резко округляет глаза и бросает на меня взгляд, полный непонимания и вопросов.

Лишь отрицательно качнув головой, она больше не слушает одноклассницу, и возвращает внимание учителю, который объясняет новую тему.

Но я не могу не обратить внимания на то, как нервно она теребит колпачок на ручке.

Теперь расспросов точно не избежать.

И что можно придумать?

Вчера она сама спасла меня от Немирова и попросила к нему не приближаться, за что я была ей благодарна. А сегодня… Поставить её перед фактом, что мы теперь пара?

Может, рассказать всю правду?

Но к этому я не готова совсем.

Я продолжаю ей доверять и совсем не хочу предавать нашу дружбу, которая длится годами, но…

Чертово но, которое так и кричит о том, что что-то в её поведении не так.

Не вяжется и пазл не вмещается в общую картинку.

Именно поэтому решаюсь, что правду ей точно не стоит раскрывать.

Возможно, когда-нибудь, когда буду уверена в ней на все сто процентов.

Но сейчас даже перед ней нужно играть роль девушки, безумно влюбленной в своего парня.

Шепот не прекращается, но я перестаю обращать на него внимание.

Пытаюсь выдумать что-то, что поможет мне убедить Злату в искренности моих чувств, чтобы она не начала ничего подозревать.

Если кто-то заподозрит, что наши отношения фальшивка, на меня обрушиться еще больший поток буллинга и негатива, чем раньше.

Судя по всему придется врать по крупному. Сказать, что между нами давно что-то происходит?

Сможет ли она в такое поверить, если я никогда и слова не говорила ей о Давиде?

Я сжимаю кулаки, борясь с тревогой, которая неотступно охватывает тело. Мысли путаются в голове, и я не могу найти выход из этой ситуации. Все мои действия, все мои слова должны быть безукоризненными, чтобы Злата не заподозрила ничего подозрительного. Я не хочу, чтобы наша дружба рухнула из-за этой лжи, но я понимаю, что не могу позволить себе быть искренней сейчас. Испуг перед последствиями заставляет меня губить отношения, которые на самом деле и без того начали постепенно угасать.

Улыбка на моих губах становится все более и более искусственной.

Меня охватывает чувство вины, но я не могу позволить ему овладеть мной. Я должна действовать, как будто все в порядке. Давид идет на жертвы из-за меня, значит, и я должна.

Злата продолжает напряженно слушать учителя, я вижу, как она все глубже и глубже погружается в мысли.

Мои глаза скользят по кабинету, как только звенит звонок, но все, что я вижу, — одноклассников, которые быстро собираются на перемену. Они не подозревают, что моя дружба с Златой находятся на грани разрушения. Я молюсь, чтобы она не начала задавать вопросов сейчас.

Но с каждой минутой, с каждым ее недоуменным взглядом, я все больше осознаю, что мои действия будут иметь последствия. Но я не готова позволить ей узнать правду. Не сейчас. Мне нужно время, чтобы разобраться во всем.

Понимаю, что так будет лучше, поэтому собираю сумку и направляюсь на выход из кабинета.

— Стой, — её голос тормозит меня. — Разве ты ничего не хочешь мне сказать?

Напряжение повисает в кабинете, в котором остались только мы вдвоем и учитель.

Глупо было надеяться, что она меня не остановит и я смогу оттянуть этот момент хотя бы до конца учебного дня.

13

Я останавливаюсь, не в силах проигнорировать ее слова, и оборачиваюсь, стараясь сохранить спокойствие на лице.

— Что-то конкретное? — спрашиваю тихим голосом, стремясь дать впечатление, что все в порядке.

Взгляд Златы встречается с моим, и в нем я вижу смешение недоумения и тревоги. Важно быть уверенной, чтобы убедить ее, что все в порядке, даже если это сущий обман.

— Ты так странно себя ведешь, — она говорит, а ее слова пронзают меня как иглы.

Я стараюсь улыбнуться, стараюсь сдержать срыв, который все больше надвигается на меня.

Моя жизнь продолжает превращаться в плохо поставленный театральный спектакль, где половина акторов забыли слова, а вторая половина перепутали сцену, в которой участвуют.

— Ничего особенного, просто немного уставшая, — с трудом выдавливаю из себя эти слова, понимая, как глупо они будут звучать.

Злата по-прежнему смотрит на меня, не отводя глаз. Видимо, что-то в моем поведении ее настораживает. Мне приходится продолжать игру.

— Ты все-таки что-то не говорила мне о Давиде, правда? — она задает этот вопрос с надеждой в голосе, и я понимаю, что сейчас жестко ее разочарую. — Маша бред какой-то сказала. Что вы будто вместе. Тебя снова втянули в какую-то ерунду?

— Мы с Давидом вместе, — отвечаю непринужденно, но внутри душа моя кричит от угрызений совести.

Я продолжаю врать, все больше и больше закапываясь в свою ложь.

Злата слегка улыбается, а потом раздается хохотом.

— Это шутка такая? — вопросительно изгибает бровь. — Не смешно, Дарина, — выражение ее лица становиться более серьезным.

— Я не шучу, — отрицательно качаю головой.

— Я не понимаю, — тяжело вздыхает и отводит взгляд. — То есть, вчера, когда я тебя отталкивала от него…?

— Да, — сразу отзываюсь, понимая куда она клонит. — Мы уже были вместе. Просто сильно поссорились. Он пытался помириться, а я брыкалась, — вранье так легко приходит в голову и срывается с языка, будто я всю жизнь только и занимаюсь тем, что вру всем вокруг.

— Бред, — она машет головой, отказываясь в это верить.

Мой план провалился? Так быстро?

— Как можно, Дарин? Чем ты думала? — начинает причитать Злата. — Он в нашей школе меньше года учится, а под ним уже вся школа ходит. Ты никогда не задумывалась, почему? С такими