Горький вкус времени - Айрис Джоансен

– Франсуа? – Жюльетта заволновалась. – Что он здесь делает? Откуда он узнал, что мы вернулись в Париж?

– Наверное, Дантон сказал. Вчера у Бардо я встретил нескольких членов Конвента. – Жан-Марк поднялся. – И я полагаю, он явился выразить недовольство по поводу того, каким образом я с ним расстался.

Жюльетта нахмурилась.

– Он опасный человек. Я иду с вами.

– Чтобы защищать меня? – Брови Жан-Марка взлетели крыльями. – Я тронут вашей готовностью положить за меня жизнь, если уж не хотите положить свое тело. Однако могу вас заверить, что предпочел бы второе.

– Хватит шутить.

– А я не шучу. – Жан-Марк направился к двери. – Идемте, если хотите. Не думаю, что Франсуа станет прибегать к насилию.

Жюльетта и Жан-Марк вошли в салон. Франсуа с холодной улыбкой кивнул им обоим.

– Добро пожаловать снова в Париж. Надеюсь, ваше путешествие завершилось успешно? Жан-Марк кивнул.

– Вполне. Сожалею, что вам стало плохо и вы не смогли сопровождать нас. Надеюсь, это было лишь временное нездоровье?

– Отвратительная головная боль и еще более отвратительное настроение. Однако со временем я справился и с тем, и с другим.

– Я надеялся на это.

– Предмет, за которым вы охотились, в целости и сохранности?

Жан-Марк невинными глазами посмотрел на Франсуа.

– Какой предмет?

Губы Франсуа тронула невольная улыбка.

– Возможно, я ошибаюсь, но мы с Жоржем Жаком предположили, что вы искали тот же предмет, за которым Марат послал Дюпре.

Выражение лица Жан-Марка стало жестким.

– Могу лишь сожалеть, что вы не сообщили мне о вояже Дюпре в Испанию.

– Возможно, я и сделал бы это, если бы не «заболел». А вы встретились с Дюпре?

– Да.

Франсуа бросил быстрый взгляд на Жюльетту.

– Он узнал вас?

Девушка кивнула.

– Но Жан-Марк его убил.

– Хорошо. – В глазах Франсуа мелькнуло выражение такой свирепой радости, что Жюльетта ахнула. Однако, когда он повернулся к Жан-Марку, лицо его было бесстрастным.

– Жорж Жак недоволен тем, что я не смог привезти ему этот предмет, но он был бы гораздо более недоволен, если бы тот попал в руки Марата.

– Марат его не получит. – Жан-Марк встретился глазами с Франсуа. – Можете заверить в этом Дантона.

– Тогда я вас покидаю. Мне надо сегодня повидаться с Жоржем Жаком у него дома. Он всю неделю не был в Конвенте.

– Дантон нездоров?

– Ему очень плохо, – с тревогой произнес Франсуа. – В прошлом месяце умерла его жена, и он… – молодой человек замолчал в поисках нужного слова, – ведет себя неразумно.

Жюльетта мгновенно вспомнила хорошенькую женщину, проводившую ее в кабинет Дантона.

– Как печально! Она была такая молодая, Жан-Марк.

Франсуа подтвердил:

– Совсем молоденькая. Она умерла неожиданно, причем Жорж Жак в это время был в Бельгии. Камилл Демулен рассказал, что на какое-то время Жорж Жак совсем обезумел. Заставил эксгумировать труп, чтобы поцеловать жену на прощание. – Франсуа тяжело вздохнул. – Мне следовало быть рядом с ним.

– А вас разве не было в Париже? – с любопытством спросил Жан-Марк. – Где же вы были?

Франсуа помедлил с ответом.

– В Вазаро.

– Вы не отправились сразу в Париж?

– Нет.

– Когда же вы вернулись?

– Всего за неделю до вашего приезда.

– Могу я узнать, почему? – осведомился Жан-Марк. Франсуа смерил его спокойным взглядом.

– Нет, не можете. Желаю вам всего доброго. – Он развернулся на каблуках и вышел из салона.

– Подождите! – Жюльетта догнала Франсуа у входной двери. – Стало быть, вы расстались с Катрин всего несколько недель назад. Она хорошо себя чувствует?

– Вполне.

– Почему вы не смотрите на меня? Она не заболела?

– Я же сказал вам: она здорова. – Франсуа сунул руку в карман брюк и вынул сложенный листок бумаги. – Я рад, что вы пошли за мной. Это вам.

Жюльетта взяла листок.

– От Катрин?

– Нет. – Франсуа открыл дверь. – Не от Катрин.

Франсуа как-то странно вел себя, когда она упомянула о Катрин, и Жюльетта не очень-то поверила его словам. Так ли уж в Вазаро все хорошо? Она рассеянно развернула листок и бросила на него взгляд.

И замерла, потрясенная. Она прекрасно знала этот почерк.

В записке была только одна фраза.

"Настоящим дарую статуэтку, именуемую Танцующим ветром, ранее являвшуюся собственностью королевского дома Бурбонов, в бессрочное владение Жан-Марку Андреасу.

Мария-Антуанетта".

* * *

Франсуа никогда не видел Жоржа Жака таким изможденным, с лихорадочно блестевшими на безобразном лице глазами. Возможно, это был самый худший момент для обращения к Дантону, но все, что оставалось Франсуа, – это надеяться, что и в состоянии глубокого отчаяния Жорж Жак не потерял своей проницательности, позволившей ему подняться до крупного деятеля революции. Как бы там ни было, выбора у Франсуа не было.

– Я хочу, чтобы ты устроил меня на должность в Тампль.

Дантон медленно поднял голову.

– В Тампль? Зачем?

И Франсуа решился бросить вызов судьбе.

– Хочу организовать побег Марии-Антуанетты и Людовика XVII из тюрьмы.

Дантон задержал дыхание и откинулся в кресле.

– Ты шутишь.

– Нет, – спокойно произнес Франсуа. – Мне необходимо это назначение, Жорж Жак. Я мог бы солгать тебе, назвав другую причину, но время дорого, и с ложью я покончил.

Дантон окинул Франсуа жестким взглядом.

– Значит, ты дурак. Ложь могла спасти тебе жизнь. Кто тебя купил, Франсуа?

– Никто.

– Я же тебя знаю. Ты ненавидишь аристократов. Ты ненавидишь…

Франсуа покачал головой:

– За последние два года я с помощью подкупа освобождал аристократов из тюрьмы и вывозил их из Франции. Пальцы Дантона крепче сжали перо в руке.

– Ты мне действительно солгал. Ты использовал меня, мерзавец.

– А ты – меня. Я хоть раз отказался от заданий, которые ты мне давал?

Дантон не сводил глаз с лица Франсуа.

– Почему? Ты что, сам аристократ?