Нэй: мой любимый Прародитель - Анна Кривенко

Раэлли, войдя, удивился. На его памяти я категорически отказывался брать себе наложниц, а тут вдруг девица в кровати — неучтенная, загадочная…

Я, как мог, изображал себя прежнего, раздавал приказы. Как давно это было в моей жизни! Я почти позабыл…

Чтобы выпроводить слугу, демонстративно Ангелику поцеловал и… едва не сорвался.

Тело задрожало, в животе все потянуло. Я оторвался от ее губ и не смог не посмотреть. Ее обнаженное тело было прекрасно. Такое манящее, совершенное. Мне захотелось обрушиться на нее с уже настоящей бурной лаской, но… перед глазами настойчиво всплывал эпизод ее поцелуев с полковником де Сантэ.

Вот ее выбор! Вот ее решение! И я должен его уважать…

Только это и придало мне сил, чтобы отвернуться и выскочить из кровати.

Чтобы отмахнуться от соблазнительных картин, поспешил выбрать себе одежду и нашел ту, которую носил чаще всего — светлую тунику с длинными рукавами и золотым поясом. Волосы свернул в пучок, закрепил драгоценной заколкой. Надо же, до сих пор навык остался! А ведь такие причёски носят только неженатые юноши. Женатым требуется заплетать сложные косы с разноцветными лентами… Ох уж эти церемонии!

Когда я обернулся к Ангелике, она уже сидела, прикрывшись одеялом, и с любопытством меня разглядывала.

Её обнаженные плечи с четко очерченной мускулатурой настоящего бойца и рассыпавшиеся каштановые волосы заставили меня снова задрожать от… жажды.

Опустил взгляд.

Держись, Нэй! Она — не твоя…

— Нэй! Мне нужны ответы! Срочно! Подойди ко мне и сядь…

И вот я уже сижу рядом, краснея, как настоящий подросток.

— Что с тобой? — она кажется искренне непонимающей.

— Ты очень красивая… — почти шепотом произношу я, а Ангелика… начинает улыбаться.

Надежда медленно открывает крышку своего гроба и робко выглядывает наружу. Может… еще не все потеряно?..

Глава 65. В коридорах дворца…

Ангелика Мирт

— Значит, мы сейчас в… далеком прошлом, во времена существования твоего народа? — осторожно уточнила я, хотя произносить вслух подобные слова было странно. Еще более странно было осознавать, что все происходящее не сон и не фантазия больного воображения.

Нэй кивнул.

Я скользила взглядом по его точенному лицу и странному воздушному одеянию, чем-то напоминающему шелк, но еще более тонкому и поблескивающему во свете скрытых под потолком светильников мелкими искрообразными всполохами. Такого Нэя мне до сих пор странно было видеть…

— А мы сможем… вернуться? — снова спросила я, заставив мальчишку едва заметно поморщиться. Он отвел взгляд.

— Не знаю… — печально выдал он, — но… постараемся!

Да, перспектива остаться здесь навсегда определенно не радовала, и я выдохнула. Нэй расценил это как страх, поэтому мгновенно схватил меня за руки, отчего я едва не потеряла одеяло, которым прикрывала обнажённое тело.

Увидев, что моя грудь снова почти оголена, Нэй вспыхнул и, отпустив мои руки, отвернулся.

Я невольно усмехнулась.

— Да, было бы неплохо одеться… — пробормотала я, в противовес его смущению получая удовольствие от его реакции.

Он тут же поспешил к двери и вскоре вернулся с аккуратно сложенной стопкой вещей.

Это оказалось диковинное платье, с виду не сильно отличающееся от одежды самого Нэя, вот только оно было нежно голубого цвета, и я вспомнила его слова слуге: «принеси одежду моих цветов».

— Голубой цвет имеет какое-то особенное значение для тебя? — спросила я отвлечённо, стараясь немного сгладить неловкость, которая вспыхивала между нами.

— Да, — произнес Нэй, удалившись в дальний угол, чтобы я могла откопать под кроватью свое белье и натянуть на себя странное платье. — У каждого из сыновей императора есть свой собственный цвет. Это нужно для того, чтобы различать наших слуг, помечать принадлежащее нам имущество…

Что-то щелкнуло в моей голове — то, что упорно от меня ускользало. Так значит Нэй… принц???

Точно, ведь слуга обратился к нему «Ваше Высочество»! Как я сразу не поняла???

Чем дальше, тем удивительнее! Настоящий принц! Вот это да! Уже чувствую себя Золушкой из древней сказки…

— И много у императора сыновей? — я постаралась сохранить голос бесстрастным, чтобы не выдать свое удивление и волнение.

— Тринадцать, — произнес мальчишка со странным обреченным выдохом, словно ему было неприятно говорить об этом. — Я — младший…

— Ого! — присвистнула я. — Судя по тому, что сказал твой слуга, жен тут тоже немало бывает, так?

Нэй ответил не сразу. Я даже удивилась его молчанию, но отвлеклась на затягивание неудобного пояса, а он вдруг оказался рядом и схватил меня за плечи.

Когда я подняла к нему недоуменный взгляд, прочла в его глазах шокированное изумление.

— Ты… поняла речь Раэлли??? Ты действительно понимала то, что он говорит???

Я слегка опешила.

— Ну… да. А не должна была?

— Но он говорил на языке предтечей! — воскликнул мальчишка, с таким волнением вглядываясь в мои глаза, что я замерла, разглядывая их красивый блеск.

— Ангелика… неужели… неужели ты….

Он что-то порывался сказать: что-то для него важное. Но в последний момент его взгляд переменился, словно его настигла неприятная мысль, а потом и вовсе потух, сделавшись необычайно печальным и неуверенным.

— Что??? — поспешила уточнить я, но Нэй резко отпустил меня и снова отвернулся.

— Не важно…Это не важно…

Я же чувствовала, что это не так.

Ощутила себя виновной. Что с ним происходит? Почему между нами стена?

Хотя… если вспомнить мои поцелуи с полковником… мог ли Нэй действительно видеть нас? И если да, то как мне теперь исправить все? Сказать: я целовала его, а думала о тебе? Меня просто опоили?

Звучит жалко.

Я не привыкла оправдываться. Всегда считала это недостойным занятием…

Или же всё дело в том, что ему все-таки больше нравится другая — та юная девица на его плече?

В любом случае, перемены в его настроении меня пугали.

— Нэй… — теперь уже я опустила руку на его плечо. — Пожалуйста, не закрывайся от меня…

Мальчишка вздрогнул и обернулся ко мне. Ни печали, ни растерянности на его лице уже не было. Наоборот, он очень спокойно и весьма бесстрастно произнес:

— Скорее всего, между нами ментальная связь, Ангелика. Особенная ментальная связь. Ты теперь воспринимаешь окружающий мир не только своими органами чувств, но и… моими. Другого объяснения твоему знанию языка у меня нет…

— А такое бывает? — удивилась я, не убирая руки с его плеча.

— Да, — кивнул мальчишка. —