Между нами ничего не было - Ария Тес

Бабушка решительно встает и забирает посуду. Я недолго смотрю ей в спину — и побороться бы за право помыть собственную тарелку, но…упрямство, оно такая. Упрямое.

Это просто бессмысленно.

Встаю и тихо выхожу из кухни, а потом поднимаюсь на второй этаж в свою детскую спальню. Здесь я выросла и стала человеком тоже здесь. Такое свойство имеет только родное место и родные стены: когда я ложусь на свою постель, застеленную чистым пледом, от которого пахнет кондиционером для белья — мне становится легче.

Мама меня ждала. Очень. Она этого не скажет, но она рада была меня увидеть, и так на душе становится теплее. Потом я начинаю засыпать…

В спокойствии.

На душе моей сейчас тихо.

Я — дома.

«Звезды»

Кира, около года назад

- …ого, сколько времени!

Эмиль берет со своего стола электронные, модные часы и оживляет их одним нажатием кнопки сбоку. На экране загорается заветное число: 00.00.

Впору загадывать желание, конечно, но я так устала, что не могу даже сформулировать, чего же я хочу. Меня хватает только на то, чтобы откинуть голову на спинку дивана и выдохнуть смешок. А, вот. Нащупала. Безумно хочется скинуть туфли. От каблуков ступни будто в тисках побывали…

Эмиль трет лицо и издает ответный смешок, а потом поднимает на меня глаза.

- Думаю, если бы не наши особые отношения, ты бы вполне могла меня засудить.

Он милый.

Мягкая улыбка очень идет ему, и это надо признать. Таким он бывает редко. Вообще, когда мы только познакомились, я и подумать не могла, что он так умеет. Эмиль казался жестким человеком, и мне еще много лет понадобиться, чтобы понять, как сильно я тогда ошибалась. Он совершенно не такой, но дает это увидеть тогда, когда впускает в свой близкий круг. Остальным не достается такой чести; для остальных он всегда будет резким.

Внутри меня разливается тепло.

Тот факт, что я вижу эту улыбку, в который раз приятно щекочет внутренности, и я знаю, что так нельзя, но мой взгляд дольше допустимого задерживается на его губах.

Господи.

Что же ты творишь, идиотка? Прекрати.

Не здесь и не сейчас.

Смахиваю прядь волос и сажусь, подбираюсь. Мы очень долго работали, говорили о делах, и я действительно устала, раз моя выдержка начинает трещать по швам.

Забылась…

Со мной такое случается редко, правда. Я не позволяю своим чувствам выходить за рамки собственной спальни, потому что прекрасно знаю: он — муж моей подруги, и это табу. Он для меня под запретом.

- Да брось, - отвечаю тихо, потом начинаю собирать бумаги, - Это нужно было сделать сегодня, я все понимаю.

- Зря ты так…

- М?

- Вполне могла бы выторговать себе прибавку или какие-нибудь жирные бонусы.

Поднимаю на него глаза, а он пару раз играет бровями и откидывается на спинку своего кресла.

Не могу сдержаться, издаю смешок. Сейчас он особенно привлекательный — такой живой. Озорной. Притягательный…

Господи, да прекрати! Разошлась…

- Еще бонусов я у тебя не выбивала, - отвечаю наскоро, но Эмиль не уходит с этой тропинки.

Он продолжает гнуть свою линию.

- Ты же понимаешь, что за все сделанное для меня и этой компании, ты действительно можешь выторговывать себе жирные бонусы? И чтобы тебя удержать, я на все пойду?

Улыбка опять просится на губы, а я опять себя слишком отпускаю. Смотрю на него и нагло заявляю:

- Тогда я могу просить тебя о чем угодно в любое время, а не только после того, как ты заставляешь меня задерживаться допоздна. Не находишь?

Эмиль усмехается и кивает.

- И то правда.

В кабинете повисает странная пауза. Мы смотрим друг на друга, и что-то в этот момент происходит. Что-то, что нужно затормозить. Или мне так только кажется? В любом случае выяснять я не хочу. Выдерживаю только пару мгновений, а потом поднимаюсь и все сама рушу.

Дура? Возможно. Ну, действительно...может быть, мне совсем даже не кажется, только…по факту это все-таки значения не имеет. Он — муж моей подруги, и даже если предположить, что я могла бы сделать что-то, чтобы сблизиться с ним…иначе, я бы вряд ли приступила к претворению таких мыслей в жизнь. Не могу. Меня не так воспитали…

- Но надеюсь, ты не будешь против? Нам пора расходиться. Я устала.

Эмиль кивает пару раз и тянется к своему телефону.

- Да, я не буду против.

Киваю коротко и поворачиваюсь, но не успеваю сделать и шага. В спину летит тихое:

- Кир, спасибо.

Снова смотрю на него, и в этот момент меня будто изнутри взрывает. Его взгляд все еще мягкий и очень искренний. Эмиль кивает еще раз и добавляет.

- Твоя помощь для меня действительно очень много значит. Я благодарен за все, что ты делаешь.

Улыбаюсь.

С губ срывается еле слышное:

- Не за что.

А на душе густая, горькая печаль.

Он смотрит на меня искренне и с добром, но не так.

Не так…

Так смотрят на верного товарища, боевого друга, а не на любимую женщину. Что за глупости я себе вообще тут придумала? Эмиль не такой. У него уже есть любимая женщина. Она сейчас дома, ждет мужа с работы. Потом, наверно, обнимет его и поцелует. А потом…

Нет, об этом я думать не готова.

Складываю свои вещи в сумочку, достаю из шкафа пальто. Сердце ноет. Конечно, я придумала себе все. Иногда такое случается, и обычно это все безобидное баловство, но слишком часто это баловство заканчивается моей печалью и грустью.

Я влюблена в своего босса, в мужа своей подруги — факт. Тут глупо как-то сопротивляться и отрицать. Следующий факт: он не видит никого, кроме своей супруги. Она для него — богиня и королева. Я рада, если честно. Ну, в целом. Это достойно уважения. Эмиль может позволить себе крутить романы на стороне, и если говорить откровенно, иногда мне кажется, что Кристина не была бы сильно против. Конечно, она громко кричит об обратном, но как сложилось бы по факту — это вопрос интересный.

Хотя это и неважно в целом-то.

Эмиль не такой мужчина. Он выбрал себе женщину, и он ей верен. Такие отношения достойны уважения, а такой взгляд на брак уж подавно. Я рада. Что есть еще такие мужчины. Пусть это и причиняет боль, но это скорее что-то эфемерное. Я не хочу разрушать их союз, не хочу уводить его. Он