Между нами ничего не было - Ария Тес

Боже, дай мне сил.

Вы поймите правильно. У меня мама очень строгая, прямолинейная, а порой даже грубая, но! Она очень хорошая. Любит всем сердцем, просто любит так, как умеет любить. Не будет рассказывать тебе о том, какая ты замечательная, но сделает для тебя все на свете — молча.

Прямо как он…

На секунду меня это открытие обезоруживает. Говорят, девочки всегда выбирают себе мужчин, которые сильно походят на их отцов. Порой люди просто идентичны, и это, пожалуй, страшно…в некоторых моментах и при определенных обстоятельствах, само собой. Будто те рычаги, заложенные в нас в детстве, не отпускают, даже когда это самое детство подошло к своему логическому завершению. И плевать…абсолютно плевать! Что отец твой был мудаком, все это стирается, но остается с тобой до конца.

Мой случай, конечно же, не такой. Меня дома никогда не били и не обижали; да, воспитывали в определенных, строгих условиях, ну и что? Когда ты вырастаешь, ты начинаешь многое переосмысливать и учишься быть благодарной. Может быть, порой, я обижалась на свою маму за ее резкость, но, в конце концов, благодаря этой резкости я стала тем человеком, кем я стала. И да. Да-да-да, возможно, сейчас мне гордиться нечем. Мои последние поступки едва ли можно назвать достойными, но в целом-то…разве плохо? Я с отличием окончила университет, вышла замуж и была достойной женой. А еще я никогда не сидела у Саши на шее! Я работала. Пусть он и хотел другого, но я работала, а потом, после развода, именно благодаря работе не заглохла окончательно. У меня все еще была причина вставать по утрам, и, погружаясь в рутину, я себя так к свету тянула дальше. У него я тоже хорошо себя показала. Должность его ассистента — это огромный шаг вперед, который многому меня научил и…

А к чему это я все?

Ах да. Что-то меня совсем не туда занесло. Опять не к тем берегам прибило.

Так вот.

Говорят, что девочки всегда выбирают себе мужчин, похожих на их отцов, но что бывает с девочками, которые не знают своих отцов? Они полагаются на единственную модель мужчины, которую знают. У меня такой моделью была мама. Ну, и дед, но больше, все-таки, мама.

Похоже, имеет место быть определенные вибрации, не находите?

Тем временем мама шумно выдыхает, схватившись за край стола, а потом опускается на стул и пару раз кивает.

- Сумасшедшая…

Не поняла?

Хмурюсь. Мама издает смешок, потирает лицо и вскидывает на меня взгляд. Улыбается…

Она так нежно улыбается…

И снова. Вы не подумайте, что она у меня замороженная селедка — это не так. Она все еще женщина, способная любить всем сердцем, просто без красивых слов. И с очень редкой улыбкой на губах…

- Ребенок?! Это же хорошо, Кира! Малыш…боже! Иди, я тебя хоть обниму…

Я делаю неловкий шаг вперед, а она добавляет.

- Ребенок…я думала, что-то случилось, раз ты так резко захотела приехать! Но…Кир, ты чего?

Чего я? Чего...

Случилось, мама. Вот чего. Твоя дочь — идиотка и грязная шлюха, которая…

- Кир?

Молчу. Слов у меня нет чисто физически, клянусь. Как будто язык заморозился, а горло сцепилось судорогой. Ни дать ни взять, онемение! По психологическим причинам…

Мама тихо вздыхает.

- Значит, все-таки случилось.

Киваю пару раз. В нос ад просто! Так колет, и внутри так телепает. Она пока ничего не знает, и как бы я хотела, чтобы она и дальше не знала, но…проблема в том, что мама воспитала меня иначе. За любую провинность нужно отвечать. Так она учила меня ответственности, само собой, и я знаю, что ответственно будет рассказать историю целиком, а не утаить все самые гадкие подробности. Просто…блядь, как мне хочется поступить малодушно! Как же хочется…скрыть. Взять и опустить такую важную деталь, как «отец-моего-ребенка».

«Забудь, это нереально» — шепчет разум.

«Разве ей обязательно знать?» — отбивает сердце.

Я на перепутье. Балансирую между «правильным» и «удобным». Куда идти? Без понятия…Точнее, понятие-то у меня есть, но кто бы знал, как хочется это понятие послать в пешее эротическое.

Или в лес.

Или в вольер к собакам. Черт! Сколько заманчивых маршрутов…

- Ясно. Отец сбежал?

Я вздрагиваю, будто она отвесила мне пощечину. Все настолько очевидно?

Мама вздыхает еще раз, а потом вдруг подается вперед и бережно берет меня за руку, так легко приковывая к себе все мое внимание.

- Кира, отец — это не самое важное. Не переживай. Тебя же я вырастила, и его тоже вырастим.

Жесть.

Такой нокаутирующий удар по совести — это не иначе как жесть! Другого слова я придумать не могу, сжимаясь до размеров маленькой соринки.

Она мне верит.

Она смотрит мне в глаза с таким доверием, и…

Нет, я просто не могу. Разочаровать ее своей связью кажется ничем по сравнению с разочарованием от моего вранья.

- Это Эмиль, - говорю еле слышно.

Мама хмурится.

- Что ты сказала? Не услышала. Пов…

- Я сказала: это Эмиль! - повышаю голос, но сразу роняю его до шепота, - Он отец этого ребенка.

Проблема в том, что, несмотря ни на что, мы с мамой очень близки. Она все знает о моей жизни и когда-то даже с большим воодушевлением говорила про моего начальника. Нравился он ей. В смысле, а как иначе? Эмиль спас меня, протянул руку помощи…не один раз. Понятно, что при таких раскладах, любой любящий родитель будет относиться хорошо.

Но.

Мама всегда предупреждала меня, что я подхожу слишком близко. Само собой, она не знала о моих чувствах — я никому о них не рассказывала, разве смогла бы? Очень сомнительно. Просто…мама считает, что мухи отдельно, котлеты отдельно: в семью своей подруги можно приходить в гости, но очень важно соблюдать дистанцию. Чтобы потом плохо не было.

А я не соблюдала.

И она все быстро складывает. Судя по вмиг вспыхнувшему взгляду.

Я не дышу. Смотрю на нее в ответ, как загнанный олень смотрит в дуло охотника. Застыла. Мама…пожалуйста…

- Я надеюсь, - говорит она тихо, но угрожающе, - Что в вашей Москве живет не один Эмиль, потому что иначе…

- Нет, мам. Это он. Тот самый…

- Кира, блядь!

Резко поднявшись, мама откидывает в сторону полотенце, а потом упирает руки в бока и щурится.

Одна реплика — на этом все. Не знаю, я так и думала? Ожидала? Все