Сальватор. Том 1 - Александр Дюма

Пять минут спустя он заметил Жана Бычье Сердце и Туссена Бунтовщика: их тени замаячили вдали, неумолимо надвигаясь, словно то были великаны. Появление их казалось тем более невероятным, что шагов не было слышно.

Они приблизились к Сальватору, и только тогда он увидел, что они идут босиком.

– Великолепно! – шепотом похвалил он. – А я вас ждал.

– Здесь мы! – доложили оба вновь прибывших.

– Следуйте за мной.

Плотник и угольщик повиновались.

Подойдя все к тому же месту в стене, где перелезли Жюстен и генерал, Сальватор остановился.

– Это здесь, – сообщил он.

– Ага! – промолвил Жан Бычье Сердце. – Надо перемахнуть через этот забор, так?

– Вот именно. Сейчас мы вам покажем, как это делается, дружище Жан, – пообещал Сальватор. – Ко мне, Роланд!

Пес подбежал к хозяину и вспрыгнул передними лапами на стену.

Сальватор приподнял собаку на высоту стены: пес зацепился когтями за верхушку и, оттолкнувшись задними лапами, спрыгнул в парк. Сальватор подпрыгнул, ухватился рукой за стену и, подтянувшись, сел верхом на каменный гребешок.

– Теперь ваша очередь! – сказал он.

Двое приятелей окинули взглядом возвышавшееся перед ними препятствие.

– Дьявольщина! – выругался Жан Бычье Сердце.

– Как?! Ты, плотник, мастер мастеров и всеобщий учитель, спасуешь?..

– Если Туссен Бунтовщик не боится, что я раздавлю его в лепешку, и подставит мне руки, – отвечал Жан Бычье Сердце, – я бы, пожалуй, мог взобраться.

– Я-то не боюсь! – заметил Туссен Бунтовщик.

– Предупреждаю: я вешу сто пятьдесят килограммов, Туссен, – проговорил Бартелеми Лелонг.

– Это чуть больше, чем два мешка угля, – заметил Туссен, – а мне и по три приходилось поднимать. А вот как я сам перелезу?

– Дай только мне залезть и больше ни о чем можешь не беспокоиться.

– Ну давай поднимайся! – предложил Туссен.

Угольщик помог Жану Бычье Сердце, как за четверть часа до этого Сальватор помог Жюстену и генералу.

Через несколько секунд Жан уже сидел на гребешке стены против Сальватора. И было самое время! Как бы мало времени ни заняло восхождение, Туссен начал сгибаться под тяжестью гиганта.

– Готово! – бросил Жан.

Он вынул из кармана веревку и завязал на конце петлю.

– Держись-ка, – приказал он Туссену, да покрепче!

Туссен ухватился за веревку.

– Держишься? – спросил Жан Бычье Сердце.

– Да.

– Крепко?

– Не беспокойся.

– Ну, поднимаю!

И, подтянув одной рукой веревку, другой он схватил Туссена за воротник бархатной куртки и, словно ребенка, посадил рядом с собой на гребень стены.

Туссен хотел было ухватиться руками за стену.

– О, это ни к чему, – остановил его Жан Бычье Сердце.

Он подхватил угольщика под ноги, перенес его через стену и, вернув его снова в вертикальное положение, опустил в парк.

Он приготовился последовать за ним.

– Теперь моя очередь!

Но Сальватор положил руку ему на колено, будто прося тишины.

– Слушай-ка! – сказал он.

– В чем дело?

– Тсс!

Издалека доносился топот лошадиных копыт.

Он становился все ближе.

Затем раздалось ржание.

Подавал ли это голос скакавший галопом конь или заржала одна из лошадей, запряженных в коляску? Сальватор не мог это определить, потому что тень всадника возникла в это время недалеко от того места, где был спрятан экипаж.

Всадник стремительно приближался.

– Ложись, Жан! Прыгай! – приказал Сальватор.

Жан Бычье Сердце тяжело перевалился через стену.

Как это было однажды, Сальватор повис на руках, уцепившись за гребень стены и высунувшись поверх забора так, что его не было видно.

Всадник проехал мимо, завернувшись в плащ.

Но Сальватор узнал в нем Лоредана де Вальженеза.

– Это он! – выдохнул Сальватор.

И он бесшумно спрыгнул на землю, а Роланд глухо зарычал.

– В путь! – приказал Сальватор. – Времени терять нельзя, если только мы уже не опоздали.

Сальватор поспешил через парк, два человека последовали за ним.