Тайны черных джунглей - Эмилио Сальгари

Тигрица отпрыгнула на несколько метров и оглянулась.

— Беги, Дарма! — приказал охотник на змей, видя, что другие сипаи, вооруженные карабинами, спешат на помощь своим товарищам.

Умный зверь поколебался, как бы понимая опасность, которая грозила хозяину, потом повернулся и молниеносно исчез.

— Какая умница! — изумился Нагор.

— Да, умная и верная, — добавил Тремаль-Найк. — И сегодня вечером она поможет нам бежать.

Они укрылись за баррикадой и стали дожидаться наступления ночи.

В течение дня сипаи несколько раз подходили к Двери, пытаясь выломать ее, но хватало двух-трех выстрелов из револьвера, чтобы обратить их в бегство.

В восемь часов солнце зашло. Спустились короткие сумерки, за ними быстро наступила темнота. Луна должна была появиться только через несколько часов.

Ближе к одиннадцати Тремаль-Найк выглянул в окно и различил два смутных силуэта все тех же сипаев. Поискал тигрицу, но не увидел ее.

— Мы бежим? — спросил Нагор.

— Да.

— Каким образом?

— Через окно.

— А сипаи? — спросил тот. — Едва мы спрыгнем, они откроют стрельбу.

— Сначала мы поможем им разрядить оружие.

— Как?

— Увидишь.

Тремаль-Найк скатал ковер на полу, собрал всю одежду, какую смог здесь найти, взял подушку с постели и смастерил чучело величиной с человека.

— Ты готов? — спросил он у Нагора.

— По первому знаку прыгну в окно. А сержант?

— Спит, и пусть себе спит. Будь пока начеку: сипаи в пятидесяти шагах от нас.

— Знаю.

— Я опущу это чучело. Сипаи, без сомнения, примут его за одного из нас и разрядят свои карабины.

— Прекрасно.

— А мы воспользуемся этим, чтобы спрыгнуть вниз и убежать. Понял теперь?

— Ты не только храбрец, но и хитрец, — сказал удивленный Нагор. — С таким человеком, как ты, можно сделать все. Жалко что ты не туг!

— Давай, приготовься прыгать.

Тремаль-Найк взял аркан и спустил чучело, заставив его колыхаться, точно живое существо. Сипаи тут же открыли огонь.

— Тревога! — закричали они. — Тревога!..

Не теряя времени, Тремаль-Найк и Нагор, с револьверами в руках, разом прыгнули из окна. Они упали, поднялись и стремглав бросились прочь.

— Быстрее за мной! — торопил Тремаль-Найк.

Послышались крики часовых, поднявших тревогу; за спиной прогремело несколько выстрелов, но безрезультатно — пули просвистели высоко над головой.

Как вихрь, Тремаль-Найк ворвался в загон. У кормушки с овсом стояла лошадь.

— Садись позади меня! — закричал он тугу.

Оба беглеца вскочили на лошадь, сжали колени, вцепились в гриву и пустились вскачь через равнину.

— Куда мы сейчас? — подпрыгивая сзади, спросил Нагор.

— К Коульи, — отвечал Тремаль-Найк, подгоняя лошадь ударами пяток.

— Попадем к сипаям.

— Они осадили Коульи?

— Когда я его оставил, они уже были в лесу.

— Все ясно. Держи револьвер наготове.

Лошадь, сильная и молодая, несмотря на двойную ношу резво скакала, перепрыгивая канавы и кусты.

Бенгали уже исчезло в темноте, и показался лес, когда из чащи бамбука послышался голос:

— Стой!.. Кто там?.. Стой!..

Беглецы обернулись, подняв оружие.

Вышедшая из-за облака луна осветила с десяток людей, лежащих на земле с карабинами, нацеленными на них.

— Пришпоривай! — закричал Нагор.

Вспышка осветила темноту, сопровождаемая залпом из карабинов.

Сухие револьверные выстрелы прозвучали в ответ.

Лошадь прыгнула вперед, коротко заржала и упала на землю, увлекая тех, кто сидел на ней.

Сипаи выскочили из чащи с криками радости — но только на миг. Радость тут же сменилась криками ужаса.

Огромная тень выпрыгнула из бамбука и с глухим рычанием бросилась на них. Командир был повергнут на землю одним лишь ударом лапы; остальные в ужасе бросились, кто куда.

— Тигр!.. Тигр!.. — вопили они, вне себя от ужаса.

— Дарма, ко мне! — вскричал Тремаль-Найк, быстро вскакивая.

Умное животное догнало его в несколько прыжков.

— Молодец, Дарма, — сказал он, нежно лаская свою любимицу. — Ты никогда не оставляешь меня.

— Здесь опасно. Сипаи скоро вернутся, — напомнил ему Нагор.

Беглецы бросились в чащу леса, ломясь напролом через кусты.

После получаса лихорадочного бега они добрались до хижины, где обитали туги. Нагор остался снаружи с тигрицей, а Тремаль-Найк вошел внутрь.

Коульи лежал на полу, занятый расшифровкой каких-то писем на санскрите. Завидев вошедшего, он тут же вскочил и двинулся ему навстречу.

— Свободен! — воскликнул он, стараясь скрыть свое удивление и радость.

— Как видишь, — сказал Тремаль-Найк.

— А Нагор?

— Остался снаружи.

— Давай голову.

— Какую голову?

— Капитана Макферсона.

— Нас победили, Коульи.

Коульи попятился назад.

— Победили! Нас победили! Что ты хочешь сказать? — спросил он.

— Я хочу сказать, что капитан Макферсон еще жив.

— Жив!..

— Я не мог убить его.

— Говори!

— Он покинул бенгали, пока я сидел взаперти.

— И куда он поехал?

— В Калькутту.

— Зачем?

Тремаль-Найк не ответил.

— Говори!

— Капитан готовится напасть на тугов. Он знает о вашем убежище на Раймангале.

Коульи посмотрел на него с ужасом.

— Да ты с ума сошел! — воскликнул он.

— Нет, я не сумасшедший.

— Но кто предал нас?

— Я.

— Ты?!..

И душитель бросился на Тремаль-Найка с кинжалом в руке. Охотник на змей схватил его руку и так сжал запястье, что кости хрустнули.

— Не безумствуй, Коульи, — сказал он с плохо сдерживаемой яростью. — Сначала послушай!

— Говори, проклятый, говори! — завопил тот. — Почему ты предал нас? Ты разве забыл, что твоя Ада в наших руках? Ты не знаешь, что ее ждет костер?

— Знаю, — с гневом сказал Тремаль-Найк.