Тайна Нилии - Поль де Ивуа

Затем он бросился на постель и старался заснуть, чтобы запастись силами к предстоящей работе. Часов около пяти вечера он спустился в гостиную бодрый и свежий и застал мистера Бобинова и его дочь за чтением газеты.

— Желаете почитать свеженькую газетку? Наше правительство хочет, чтобы все знали, как Англия карает тех, кто восстает против ее власти! — сказал старик. — С этой целью губернатор приказал бесплатно раздавать всем сегодняшний вечерний листок!

Джек взглянул на этот вечерний листок, и ему бросились в глаза отпечатанные жирным шрифтом слова: Решение суда. Смертный приговор.

Это не удивило Джека, который знал заранее, что именно так и будет.

— Впрочем, все это мало нас интересует, кузен, не правда ли? — продолжал скупец.

— Я сам с нетерпением жду ночи… еще только половина шестого!

— Ну, мы поужинаем сейчас, а затем соберем заступы и кирки, вообще все, что нужно для нашей работы! — успокоил его нетерпение мистер Бобинов.

Поужинав остатками от завтрака, старик достал из шкафа в углу три ржавых лопаты, три лома и три кирки, все это, как объявил он, досталось ему дешево от одного бедняги рабочего, возвратившегося в Европу.

— А вот уже и сумерки! — пробормотал взволнованным голосом старик.

— Да, действительно начинает темнеть! — поддакнула сухопарая Дебора и кинулась запирать все ставни в доме. Джек поспешил помочь ей в этом деле. Затем каждый вооружился необходимыми орудиями, и все вместе вышли в сад.

Серые тона сумерек уже окутали всю окрестность, и мрачная крепостная стена тонула во мраке.

— Ну что же, начнем? — спросил старик.

— Да, полагаю, что теперь нам можно будет начать! — ответил Джек. — Надо рыть вправо от пьедестала!

Все дружно принялись за работу; яма длиною в шесть и шириною в три фута, заметно росла в глубину. Все трое работали неутомимо; за два часа была уже вырыта яма почти в сажень глубины. Вдруг заступ Джека застучал о камень.

— Это свод! — воскликнул Бобинов.

— Свод! — как эхо, повторили за ним и Джек, и Дебора. Теперь уже не оставалось сомнения, что клад должен быть здесь. Старый Бобинов стал ощупывать руками каменные плиты свода.

— Да, да, это несомненно свод! — шептал он. — Надо будет взяться за ломы! — и, схватив лом, со всего размаха ударил им по камню. Джек остановил его.

— Что вы делаете! Нас могут услышать с крепостной стены, и тогда нам придется уплатить казне должный процент с нашей находки!

— Экая умница этот кузен Альбэрам! — воскликнул восхищенный его предусмотрительностью старик. — Меня, безумного, на разум наставил!

Джек, не возразив ни слова, взял лом и осторожно стал запускать его в скважину между двумя камнями, пока наконец ему не удалось сперва приподнять, а затем и совершенно выворотить один камень. Отец и дочь молча последовали его примеру и с невероятными усилиями стали выворачивать камень за камнем, пока наконец не образовалось в своде отверстие, в которое легко мог пройти человек. Часы на башне гулко пробили одиннадцать ударов, когда весь верхний ряд камней, образующих свод, был удален; оставалось еще удалить последний ряд. Дело было бы кончено, как вдруг у дверей дома раздался глухой стук.

— Что это? Посетители? — побледнев, прошептал старик, прислушиваясь к повторившемуся стуку.

— Ах, черт возьми, этот негодяй разбудит весь околоток! — стиснув зубы, пробормотал молодой Прайс. — Останьтесь здесь, я пойду и выпровожу этого дурака! — добавил он и, не дожидаясь ответа, побежал в дом. В этот момент новый удар молота раздался у дверей.

— Кто там? — сердито окликнул Джек.

— Это я, мне удалось бежать из их лазарета, куда они запирают приезжих из Европы.

— К черту с вашим лазаретом. Проваливайте!

— Но не можете же вы оставить меня без пристанища в чужом городе, где я никого не знаю! — молил робкий, слабый голос. — Я ваш кузен Альбэрам Костер.

— Никто не является в порядочный дом ночью, — грозно крикнул ему Джек, сознавая, что если только этот настоящий Альбэрам войдет в дом, то весь его блестящий план спасения Робера безвозвратно погибнет, кроме того, из сада доносился скрип песка под ногами хозяев, встревоженных его долгим отсутствием и спешивших ему на подмогу; надо было во что бы то ни стало прогнать этого кузена.

— Проваливайте, не то у меня ружье наготове, я буду стрелять. Ну, я считаю… раз… два…

С улицы послышались спешные удаляющиеся шаги. В этот самый момент в сенях появилась мисс Дебора.

— Что тут такое? Вы с кем-то ссоритесь?

— Нет, это был какой-то бродяга, я его прогнал. Он напрашивался, чтобы его пустили ночевать!

В двенадцать часов ночи свод был раскрыт; большая черная яма зияла, как раскрытая пасть какого-то чудовищного зверя. Джек наклонился над отверстием и стал прислушиваться; снизу не доносилось ни звука. Уж не перевели ли узника в другой каземат? Джек не мог сдержать своего нетерпения.

— Дайте сюда веревку! — проговорил он, задыхаясь. — Я спущусь туда!

Старик послушно принес крепкую, длинную веревку, один ее конец укрепили за середину большого лома, положенного поперек дыры в своде.

Джек поднятием руки поблагодарил отца и дочь, схватился обеими руками за веревку и мгновенно спустился вниз, исчезнув во тьме.

Вскоре ноги его коснулись пола каземата, и кто-то, словно железными тисками, обхватил его руки.

— Ни звука! — прошептал ему в самое ухо голос Робера Лавареда. — Это я, Лаваред, зовите скорей сюда своих помощников, не расспрашивайте! Я боюсь, что с минуты на минуту сюда придет обход. Тогда мы пропали!

Джек дернул за веревку, крикнув:

— Кузен Бобинов, сокровища!

Этого было достаточно, чтобы в следующий же момент старик с проворством гимнаста был уже в каземате, но прежде, чем он успел очнуться, ему заткнули и завязали рот, чьи-то невидимые руки в несколько секунд обвязали его с ног до головы веревками, подхватили, как перышко, и бросили на тощий сенник казематской койки.

Это сделал Робер.

— Теперь живо наверх! — прошептал он Джеку.

— Но там дочь этого старика! — заметил последний.

Еще минута, — и Джек был уже наверху, за ним следом выбрался из дыры свода Лаваред и с быстротой молнии кинулся на мисс Дебору, чуть живую от страха, заткнул ей рот, связал, продел ей под руки ту веревку, по которой опускались ее отец и Джек, и спустил и ее в подземный каземат.

Затем, закинув лом и веревку в кусты, оба побежали без оглядки к входным дверям дома, а оттуда — на улицу. Вдруг какая-то фигура выступила из-за угла дома. Джек думал, что это какой-нибудь полицейский агент, что их хотят задержать, но нет, это оказался Арман Лаваред, который поджидал их здесь, чтобы препроводить их в надежное убежище.