Поймать легенду! - Аня Амасова

– Ты правда думаешь, этот дракон стоит двадцать сотен?

Мыша отчаянно замахала лапами. Как она могла быть такой бестактной! Обидеть художника! Имя этого дракона наверняка уже выжжено золотыми буквами в Книге Вечности…

В воображении Мыши полка с книгами, подвешенная высоко-высоко в небесах, разрослась до размеров книжного шкафа. В нем были тома и тома. На одних написано – «ГЕРОИ», на других – «ПРАВИТЕЛИ», на третьих – «ХУДОЖНИКИ». Дальше идут «МОРЕПЛАВАТЕЛИ», «УЧЕНЫЕ», «АРТИСТЫ». Отдельными книгами – «ПИСАТЕЛИ», «ПОЭТЫ». Маленький справочник «ИЗДАТЕЛИ». И вот Мыша мысленно поставила в воображаемый книжный шкаф еще один том: «ДРАКОНЫ».

– Нет! – чуть не плача от стыда, закричала она. – Я думаю, этот дракон бесценен! И никакие лыры не смогут…

– А знаешь что? Забирай! – Поразмыслив, Дечиманкела выхватил из маленькой ладошки в красной варежке мешочек с лырами и кивнул на дракона. – Пусть будет твой!

Мыша, еще не веря своему счастью, попыталась обнять необъятную шею своей покупки. Погладила. Она бы его расцеловала, если бы не боялась примерзнуть! Все, решительно все в этом мире по сравнению с драконом потускнело и потеряло смысл.

– Ты – мой дракон, – нежно шепнула она в железное ухо. – Я всегда буду тебя любить.

* * *

С первого пробного полета (конечно, под присмотром Дечиманкелы) Мыша поняла: это любовь на всю жизнь. Дракон слушался ее во всем. Угадывал желания и мысли. Как будто это она, Мыша, заполучила такое большое и сильное тело! А еще научилась летать.

– Неплохо-неплохо, а теперь приземление. Тут мы плавно опускаем рычаг… – инструктировал Дечиманкела, беря курс на соседнее плато.

Мыша узнала это место: именно здесь она и влюбилась в тысячегорский перевернутый мир. Облаков сегодня не было – Священные Трущобы и поселок были как на ладони. Отсюда они действительно казались игрушечными и совершенно беззащитными.

– Расход топлива еще велик, – смущенно бормотал художник, выбираясь из головы дракона на воздух, – но я работаю над этим… То ли металл надо сделать легче, то ли топливо создать другое… Говорят, драконы гигантов долетали до края мира! Может, так они и исчезли? А мои, если и пересекут Тысячегорье, все равно грохнутся в воду! Но надежда есть, есть… Ведь правда, малышка? Я же когда-нибудь уеду отсюда?

И Дечиманкела посмотрел на нее таким тоскующим взглядом, какой Мыша видела один раз в жизни. В зеркале. Как раз перед прибытием к ее острову «Ночного кошмара».

– А вот и ты! – донесся до Мыши голос Ути-Пути. – Скелет, я нашла!

Мыша вздрогнула. Как она могла обо всем позабыть? Про Гарбетту с ее неясными планами. Про Утю-Путю и Скелета… Она виновато оглянулась.

Со стороны замка вниз неслась Утя-Путя. Да как! Широко шагая среди снегов на Гарбеттиных ходулях. Сзади со всех ног мчался тощий пират, едва поспевая.

– Что-то стряслось? – виновато спросила Мыша.

– Ты пропала! – рявкнула подруга, спрыгивая с ходуль. – Впрочем, Гарбетта тоже.

– У Гарбетты есть железный дракон! – поделился запыхавшийся Скелет. – Она улетела на нем сжигать Тысячегорье…

Несмотря на дурные вести, Мыша загадочно улыбнулась.

– А я тут по случаю прикупила дракона…

Глава одиннадцатая

Битва драконов

В воздухе Тысячегорья разливалась тревога. Его напряжение, консистенция, запах кричали: что-то случится! Что-то непременно случится.

В каждом поселке отмечали приметы близкой беды. Староста Заболотья обнаружил в кармане наглую мышь. Лучший рыбак острова Мозоль Великана начал есть рыбу с хвоста. Ближе к ущелью Духов – в Старых Трещинках, в Трещинках и в Затрещинах – видели незнакомых котов. Аисты снимались с насиженных мест, крепко сжимая в клювах узелки с детьми и пожитками. Повсеместно проливалась вода. Зеркала разбивались в крошку. И почти у каждого тысячегорца тем утром чесались локти.

Хозяин «Лавки книг» гадал по книгам: снимая их с полки по одной, открывал наугад и с закрытыми глазами тыкал в строчку.

«…Такую бурю подымет, что земля содрогнется на вечных корнях…» – сообщил первый фолиант.

«…Свершу дела такие… не знаю что; но то, что ужаснет Вселенную», – предсказывал второй.

Третий, как сговорившись с предыдущими, нагнетал: «…До какого безумия может дойти ее гнев, беспредельный и страшный?»

Владельцу книжной лавчонки не нужен был четвертый том, чтобы догадаться, о чем говорят книги. До сих пор бродили лишь слухи, доносились шепотки: возвращение потомков гигантов, свержение тирана, великая битва… И вот этот день настал. Предсказанное свершится!

Водрузив фолианты на место, хозяин закрыл заведение: опустил шторы, захлопнул ставни и запер дверь. А на табличке с надписью «Закрыто до завтра» приписал: «Если оно, по счастью, наступит».

И предсказанное сбылось!

С одной из Тысячи Вершин (просто красивое название – никакой тысячью тут и не пахло) летел настоящий железный дракон! Из пасти его вырывалось пламя: огненные шары с желто-красными хвостами.

Один за другим эти шары прицельно сыпались на Священные Трущобы. Заполыхали пожары на башенках двухэтажного замка. Затрещали деревца палисадника. Превратился в руины забор. Разлетелись чугунные ворота. Взмыли в воздух доски часовой будки.

Дракон сделал победный круг над горящими Священными Трущобами и приготовился спикировать ниже – на тысячегорский поселок.

Именно это зрелище открылось троим путешественникам – Уте, Мыше и тощему пирату – с их плато. И хотя ни у кого не было с собой ни подзорной трубы, ни театрального бинокля, они вполне представляли, как крошечные фигурки тысячегорцев разбегаются, вытаскивая из домов младенцев и прочие ценности.

– Я не могу на это смотреть, – неожиданно твердо сказала Мыша. – Две тысячи дохлых акул, я прикипела к этому миру! К его глупым, но красивым легендам. К молчаливым жителям, дырявым лырам и рассветам на вершине гор! Это мой мир. Он мне нравится. Я не буду спокойно смотреть, как Гарбетта его уничтожит!

Не спрашивая ничьего разрешения, Мыша юркнула в люк своего железного дракончика.

– Подожди! – окликнула Утя.

– Не буду я ждать! – зло прокричала рыжая. – Ты меня не остановишь!

– Не собираюсь. Но если прилетит второй железный дракон – точно такой же, как первый, – мы насмерть всех напугаем. Немного терпения, и мы полетим спасать твое Тысячегорье!

Утя-Путя срезала острым кинжалом ветку кустарника. Вырвала из лап пока еще недоумевающего Скелета котомку с вещами, нашла черный плед и привязала двумя концами к ветке. Тощий пират понимающе улыбнулся. Не дожидаясь команды, забрался на железное чудище. Принял у Ути-Пути древко с пледом и воткнул в первое подходящее отверстие. Теперь на хвосте у дракона – немного криво, но ничего – был установлен пиратский флаг.

– Ну вот, все готово. – Утя и Скелет тоже забрались в череп чудовища и захлопнули люк. – Можем вылетать.

Мыша переместила рычаг, как учил ее Дечиманкела. Из ноздрей дракона вылетел пар. Чудище затрясло, а в его утробе заурчало, словно дракон был ужасно голоден.

– Я что хотела сказать… – Мыша старалась перекричать нарастающее урчание. – Это я перерубила канат и отвязала корабль…

Скелету страшно захотелось снова ущипнуть себя за ухо. Мыша отвязала корабль! Кто бы мог подумать?! Уж не снится