Семь смертей чёрного демона - Ольга Морох

Хозяин замолчал. Гость же задумался, глядя на трепещущее пламя свечи.

— Тогда я желал не быть тем, кто я есть, — наконец сказал хозяин. — И впервые подумал, что мог бы пойти на поводу у судьбы и бежать из Империи. Нас бы всё равно нашли, возможно, как нашёл меня Змей даже после смерти, но тогда бы я явил подобие воли. Но, к сожалению, этого не случилось. Та дева приходила ко мне и не раз во снах и бреду после. Сулила мне проклятья и кончину в муках. К слову, все её пожелания были людьми исполнены. Надеюсь, она упокоилась на том. Это единственное, о чём я действительно сожалею, пожалуй.

— Для тебя не было последствий? — осторожно поинтересовался гость. — После такого.

— Нет, я исполнил всё, чего от меня требовалось, — хозяин пожал плечами. — Разве после махха Соллад возжелал подтверждения, что я не спасал свою шкуру этим поступком и не заразился крамолой.

— Что за подтверждение? — спросил гость, уже чувствуя, что ответ ему не понравится. На это хозяин поднял руку без двух пальцев, мизинца и половины безымянного.

— Я платил за каждое его подозрение фалангой пальца. Он желал видеть, что я без сомнений сделаю всё, что будет приказано. И когда убеждался, отступал удовлетворённый.

Гость вздрогнул.

— Она стала для тебя ближе, та дева? — робко спросил он.

— Нет, — отрезал хозяин, — но в ней я увидел своё отражение. Нас разделило лишь то, что мы оказались по разные стороны. Я не смог вырваться из смолы ацефилума. А она доверилась не тому человеку. Что ж, сильно ли я пал в твоих глазах, благородный асатр? — усмехнулся он.

— Я знаю тебя сейчас, и не вижу в прошлом угрозы настоящему, — заметил гость. — Как ты верно заметил, всё то уже стало золой.

Хозяин кивнул.

— Пойдём спать. Уж не спрашивай больше о том времени, коль тебе неприятно. Довольно на сегодня откровений. Завтра поведаю, какова была наша дорога с магиками. То всяко веселее.

Глава 18. Наниматель всегда прав

Следующим вечером дочка хозяина прикорнула рядом с гостем, положив голову ему на колени. За столом лился неспешный разговор, перемежающийся жестами хозяйки. Хозяин терпеливо пояснял супруге на пальцах суть беседы, а она отвечала, плавно, как лилась неспешная река.

— Всем ли ты доволен, благородный асатр? — спрашивал хозяин, пряча бесову искру во взгляде.

— Более чем, — гость осторожно положил руку на плечо девочки. — Отнести её в кровать?

— Если не трудно, — хозяин приобнял супругу и спрятал лицо, зарывшись ей в волосы.

После заминки, когда девочка засопела за занавеской на кровати, а хозяйка ушла следом, гость вернулся за стол.

— Прости за вчерашнее. Не хотел затронуть тебя сильно, — посмеялся хозяин. — Так, пощекотать маленько.

— Я сам этого желал, — виновато проговорил гость. — И виноват, что не был к тому готов. Прости и меня. Впредь я не стану тебя допытывать излишне.

— Расскажу, как мы пробирались к границе, да встретился я со своим невольным нанимателем, — хозяин тихо хлопнул себя по колену.

*****

Помнится, закончил я рассказ на том, как мы выдвинулись к Дольне. Солнце набирало силу, хорошо, дорога заползла под пролесок, и головы пекло не так сильно. Вскорости осинник обещал закончится и предстояло провести под солнцем немало времени. Такое себе, скажу я удовольствие. Жара, да слепни выползли после грозы. От земли поднимался влажный дух: пахло глиной и примятыми колосьями. Рядом стучали копыта коней Асмировых молодцев. Дольна показалась вдали, и это внушало надежду на скорый отдых.

Пока я трясся на месте возницы, думалось мне о сказанном Яргитом. И верно, зачем Акварис нанял Асмира? Они, конечно, со мной в разной категории. Эти скорее добровольное ополчение, нежели тати ночные, но не брезговали и разбоем, коль на то пошло. Говаривали, помогали они разыскивать беглых каторжан, а значит и с Протекторатом дела имели. И в очередной раз возблагодарил я судьбу, что Акварис, скорее всего заплатил им вперёд и больше, чем протекторские распорядители. А значит, до меня им дела не будет. До поры.

Но Акварис и Асмир? Как они встретились? Небо и земля столкнулись. Один весь манерный, тонкий, в шелке и парче, другой, в противоположность, грубый и пахнущий все время перегаром и табачищем

Впереди возникла заминка. Я оставил разбираться нашему предводителю. Яргит со своего места вытянул шею, стараясь разглядеть причину. Навстречу нам шёл торговый караван. Пришлось взять вправо и остановиться, чтобы пропустить тяжёлые возы, запряжённые волами. Яргит с интересом разглядывал крытые рогожей телеги. Везли, похоже, на продажу зерно и крупы. Следом шли еще две повозки. Эти с бочками. Вино иль пиво. Асмировы молодцы загоготали, провожая бочки масляными глазами.

— Нам бы бочоночек, — с тоской скулил один, с рыжими, точно пожар, волосами.

— Да не один! — Хохотал другой, черный, с щегольскими усиками на лице.

— В Дольне трактир-то есть? — Вопрошал третий.

— Есть, — Асмир тоже с тоской посмотрел на караван. — Там обедаем, после снова в путь.

Наконец, караван прошел, и мы тронулись дольше. Деревья отступили, и теперь предстояло ехать под палящим солнцем. Яргит накинул на голову тряпицу, завязал сзади узлом. Следовало б сделать так же. Да я замешкался.

По обеим сторонам дороги потянулись поля. Деревня приближалась. Я перехватил вожжи поудобнее, слушал разговоры едущих рядом охранников.

— … стану я пятки лизать? — Вопрошал крепкий светловолосый мужчина на вороном коне у своего соседа. — Нет, не стану. Потому как имею достоинство.

— Брось ты, Кот, — отмахивался от него сосед на серой в яблоках кобыле. Тонкий в талии, широкий в плечах, на лице двумя тонкими росчерками очерчены щегольские усики. Бабам нравится, поди. — Если надо, так и оближешь. Если, например, выбор перед тобой, извини за подробность, кол в задницу или султанатской ряхе поклониться. Что выберешь?

Названный Котом задумался.

— Ну, поклонюсь. Пока, — и улыбнулся гадко. — А потом ему же и всажу этот кол, куда надо.

— Эвон как заговорил! — Рассмеялся сосед. — Всажу! Многие так думали, да все с головами расстались. Вот так-то.

Кот фыркнул, отвернулся. А его сосед ткнул свою кобылу пятками, проехал вперед.