Топит в тебе - Ана Сакру

Я тоже даже не тянусь к бокалу. Потряхивает так, что, боюсь, я расплескаю из него все.

Ребята чокаются. Опрокинув рюмку, Яр со стуком ставит ее на стол.

– Это ты просто развлекаешься? Больше не с кем было?! – интересуется брат, смотря исподлобья на Максима.

– Нет, не развлекаюсь.

– То есть типа серьезно? – с иронией хмыкает Ярослав.

– Без "типа", – Макс отвечает таким тоном, будто к нему детектор лжи подключили.

Ярик прикрывает глаза и сжимает переносицу. За столом все будто не дышат – с таким любопытством ловят каждое слово. На заднем фоне в микрофон оглашают очередной тост. Хорошо, что важных гостей, желающих пространно высказаться, здесь бесконечно много и потому пока никому нет никакого дела до нас.

– И как давно? – хрипло спрашивает Яр.

– Недавно, иначе бы мы уже сказали, – ровно отвечает Макс.

– А твое "недавно" это с какого числа? – щурясь, фыркает Яр, – Вот мы в клубе были недавно, и ты убеждал меня, что у вас ничего с Лидой нет. А потом я сказал, что Душка на свидание пошла, и ты резко сорвался куда-то. Это, получается, уже все было, да? А ты мне в глаза напиздел?

У Макса слегка краснеют скулы. Рука под столом непроизвольно сильнее сжимает мою ладонь.

– Начиналось, да, – глухо отвечает он.

Смотрят друг другу в глаза.

– Так а врал на хрена? – искренне не понимает Яр, – Если ты говоришь, что все серьезно… Подожди…Получается, и в аварию когда попали, тоже уже было? Лида же дома сидела после нее! А ты ведь до аварии еще терся с Малевич…Так ты с обеими что ли мутил? Поэтому блять молчал?! Ну тогда конечно понятно! Я бы про такое тоже не говорил!

Я заливаюсь удушливой краской стыда и все-таки тянусь к бокалу. От Макса ударной жаркой волной тоже начинает расползаться гнев.

Настроение Ярика слишком заразительно, а тема слишком скользкая, потому что…Да, по факту так и было, как бы мы теперь не пытались это забыть. И мне дурно от напоминая об этом. Чувствую, будто липкий слой грязи оседает на коже. Во рту кислит.

– Не говори то, о чем не знаешь, – отрезает Максим и убирает руку с моей ладони. Подавшись к Ярику через стол, с угрозой тычет в его сторону пальцем, – Не приплетай сюда Малевич. Все, ее нет. Мы с Лидой молчали, потому что это только наше дело, во-первых. И потому, что мы в курсе, какой ты параноик и обязательно начнешь вонять, во-вторых.

– То есть ты ебал двоих, а я вонючий параноик, – зло смеется Ярик, – Охренеть! Ну ты сам то был бы рад такому парню у сестры?!

– Пацаны, может вы на улице поговорите, а? – вклинивается Эмиль, нервно ероша волосы на затылке, – Ну правда, на хрен это?

Макс бросает на меня быстрый взгляд, оценивая, насколько меня раздавливает вся эта сцена. Понимает, что сильно. Сжимает недовольно челюсти и кивает Яру.

– Да, пошли покурим?

– Ну уж нет, чтобы вы там подрались! – вдруг влезает Анжелика. Ее голос дрожит от сдерживаемых эмоций, – Все, хватит! Что тут вообще обсуждать?! Макс встречается с Лидой, какая на фиг разница как это началось! Сейчас же все хорошо, да?! – смотрит на меня. Я быстро киваю, подтверждая, – Вот! Яр, успокойся! Порадуйся за сестру и все. Все! Ты слышишь?! – пихает его в плечо, требуя, чтобы он повернулся и посмотрел на нее.

И он помедлив переводит на Эндж взгляд.

– Какая тебе разница как и когда именно? Что за больное любопытство? – продолжает возмущаться она, – Ты еще под одеяло залезь к ним! Будто всегда все должно быть правильно! Будто сам не знаешь как… кхм… бывает… – говорит с явным намеком, понятным только им двоим. Замолкает, умоляюще сдвинув брови.

У брата заметно меняется выражение лица, пока они с Эндж молча смотрят друг на друга. Он будто остывает, шипя. Как если бы на раскаленную железо плеснули воду.

В итоге через мгновение Ярик вздыхает громко и протяжно и снова поворачивается к Максу. Без слов просит его рюмку, потом наливает себе. Хмуро взирает на друга, чокаясь стопкой.

– Значит, серьезно, да? – повторяет вопрос, но уже без издевки.

– Я ее люблю, – вдруг хрипло выдает Макс.

Шоковая беззвучная волна обрушивается на весь наш стол. Я открываю рот как рыба, выброшенная на берег. И вслед сразу адреналиновым жаром топит. Я поверить не могу, что он вот так просто это сказал! При всех…!

– Ну, бля, раз прямо так… – ошарашенно улыбается Ярик и залпом выпивает коньяк.

А Макс еще и наклоняется ко мне и, повторяя, запальчиво шепчет на самое ухо.

Теперь так интимно. Только мне одной.

– Я тебя люблю.

В этот момент наш столик взрывается смехом и шутливыми поздравлениями в наш адрес, словно бы свадьба у нас. Из-за этого я Макса почти не слышу, но его вибрирующий шепот я воспринимаю и не ушами, а всем своим существом.

Меня топит щемящей счастливой волной. Эмоциональные слезы готовы повиснуть на ресницах. Я бы ответила, что я его тоже, но в горле разбухает ком. Поэтому я молча поворачиваюсь к Максу и прижимаюсь к его губам своими.

Целуемся. Ребята ржут и отсчитывают "горько". Хорошо, что этот отсчет совпадает с тем, что происходит в зале, и все гости считают с нами, только уже для настоящих молодых.

53. Лида

Обычно ощущение счастья столь скоротечно и неуловимо, что мы только после, анализируя, осознаем, что вот в тот момент, в том месте, рядом с теми людьми мы его испытали.

Но сегодня все не так.

Я точно знаю, что сейчас испытываю именно его – кристаллизованное, воздушное, пьянящее счастье. Бокал вина в моей руке быстро сменяется на воду, потому что меня и без алкоголя качает так, что сложно устоять на ногах. Рука Максима собственнически покоится на спинке моего стула. Я же будто невзначай прижимаюсь к его горячему боку и кладу руку на бедро. И от этого контакта на виду у всех внутри безостановочно взрываются искрящиеся фейерверки.

За нашим столом необыкновенное оживление – прямое последствие разрядки после ссоры Ярика с Максом и последующего признания в любви моего теперь уже официального парня.

Шутки, хохот. Мы очень громкие!

Ведущие конечно это замечают и берут нас в оборот. Вернее, пока одних парней. Вытаскивают всех наших мальчишек на конкурс. Подтягиваются и холостые друзья со стороны жениха. В итоге вокруг невесты, которую посадили в центре зала, целая толпа молодых мужчин.

Задача – соблазнить