Феодал - Илья Рэд

Отец бросился к бочке с водой и окунул туда повреждённую руку. Тень облегчения легла на его лицо, но злость на бастарда никуда не делась. Ища, что бы сломать, он заприметил рядом на ящике дряхлую книжечку и запульнул ей в меня.

— Что ты сделал? Ты меня убить хотел! Ты понимаешь, что всё, всё — ты нежилец. Драйзер! Позовите Драйзера, нет, стой, — крикнул он Снежане.

Та, запыхавшись ещё на старте, вернулась к дверному проёму.

— Что, ваше благородие?

— Всех зови, Драйзер ему потакает, я всё знаю.

— Убежала.

— Щас, щас я сотру эту ухмылочку с твоего лица, выродок. Надо было задушить тебя. Пожалел, сердце у меня большое, жалко стало…

Я поднял свой меч и с интересом осмотрел. Дело в том, что никаких заклинаний я не использовал — это всё произошло само по себе. Желание заткнуть отца было высоко, но не такой ценой. Отыскав шкатулку с порошком стяженя, я высыпал несколько крупинок во флягу и потряс ей.

— Держи, это поможет, рука мигом пройдёт, — предложил я ему, но взгляд барона о многом сказал. — Это не отрава, на, смотри, — я попробовал сделать себе порез мечом, но тот скользил по коже, будто тупой, тогда я достал нож и черканул по предплечью, а затем отпил из фляги.

Когда рана зажила на глазах, Денис Юрьевич требовательно протянул здоровую руку вперёд.

— Давай сюда, быстрее.

— Обещайте, что мне ничего не будет, — я специально повертел лекарством перед его носом, и это сработало.

— Обещаю, ну же.

Присосавшись к горлышку, как насос, он мигом всё осушил.

— Здоровая, ха! Здоровая, — радостно повертел он мокрой кистью, а потом вспомнил о произошедшем.

Наставив на меня указательный палец, барон собрался что-то сказать.

— Денис Юрьевич, мы тут, что случилось? — спросил первый добежавший до сарая воин, а следом внутрь влетело ещё четверо с обнажёнными мечами.

Мы с отцом долго смотрели друг на друга, пока он не отмахнулся в сердцах.

— Ничего, отбой, ребята. Ну что вы, купились? Это же фокус! Видели бы вы свои лица… — обратился он к валяющимся на траве гостям. — Вот же всё на месте, ну умора, развёл как детей малых…

Когда голоса стихли, я задумчиво посмотрел на лежащий на кровати меч. Аластор, что за странную вещь ты мне подарил?

«Я же только недавно перерубил тобой лезвие тевтонца. Ты острый как бритва цирюльника, но когда я касаюсь ладонью…», — я снова попробовал себя поранить, — «ты боишься мне навредить».

Я поднял артефакт перед собой, как будто в первый раз, и увидел в отражении меча своё лицо, точнее, его половину.

«Кстати, о подарках».

Моё внимание привлекла книжечка на полу. Та самая, что мне передал учитель перед исчезновением. Я нагнулся, чтобы поднять её и положить обратно, но что-то дёрнуло вновь её полистать.

Она была на незнакомом мне языке и, возможно, о какой-то магии — ничего не понятно. Я хотел позже найти отличного мага и поручить ему расшифровку. Мне-то она не пригодится. Вот и валялась без дела.

Я пролистнул длинное предисловие, минуя страницу за страницей с какими-то вычислениями в столбик, бесконечными трёхэтажными формулами и выкладками. Алгебра и теоретические начала магии мне были известны, но тут совершенно иного порядка записи. Я здраво оценивал свои возможности — без чужой помощи не обойтись.

Когда уже хотел захлопнуть её, вдруг пошли всякие иероглифы на всю страницу.

«Где-то я это видел».

Память у меня хорошая, потому вскоре глаза поползли на лоб.

«Да это же последовательность хронолитических символов! Такие же выкладывал адепт…»

Я посмотрел дальше — всё так. Это шифры от врат. Вот почему они мне показались тогда знакомыми. Я вернулся к самой первой последовательности и попытался разобраться в подписи к ней.

«Таких книг-справочников полно у храмовников, тут и десятой части не вместится уже открытых миров».

Но у учителя не всё так просто: если он счёл нужным передать эту вещь, значит, она важна. Сев за стол и отпив сбитня из кружки, я подметил подозрительную особенность: ни на одной странице не было никаких украшений или витиеватых узоров, коими любят исписывать свои фолианты маги.

Единственный рисунок висел ровно над короткой записью перед тем, как пошли иероглифы, и это был лежащий поперёк меч. Я по наитию приложил лезвие клинка так, чтобы на него падало отражение с листа бумаги, и вскоре странные каракули сложились в приемлемый текст.

'Дорогой Владимир, если ты читаешь это, значит, я уже покинул ваш мир. Знай, есть и другие человеческие вселенные со своим ходом времени, здесь оно течёт иначе, но это даже к лучшему. Надеюсь, следующая моя попытка увенчается успехом, и я вернусь к семье.

Твой покорный слуга заигрался и случайно открыл феномен врат. Не знаю, ошибка это или благо, но отменить прогресс я уже не могу. Поэтому оставляю тебе высчитанные точные координаты «белых» миров. Их ещё никто не открыл, но, поверь, они существуют. Для удобства я пометил их сложность по нарастанию. Это прощальный подарок. Удачи, мой мальчик'.

Глава 6

Подарок Учителя

Выходит, пока все остальные методом тыка испытывали удачу с белыми мирами, учитель забавлялся точными расчётами этих миров? Ну, развлечение такое, что поделать. От скуки вон книжицу написал.

Я мог сколько угодно иронизировать по этому поводу или восхищаться, но неизменно одно — мне дали шанс, жирный такой шанс осуществить свою мечту. Потому я крепко за него ухватился.

Следующим утром я заявился к смотрителю и выпалил.

— Мне нужен белый пропуск.

Чиновник вздохнул и взглянул на меня поверх очков.

— Владимир Денисович, вы решительно загоняете себя в могилу.

— Ничего, я вчера видел одного графа, так он…

— Константина Зайцева? Не советую брать с него пример, — покачал головой смотритель и вернул мне ярлык. — Это заядлый игрок, для него когда-нибудь всё плохо закончится. Думаете, он один такой умник? Многие пытались и почти все они бесследно исчезли.

— Я не все.

— И это я слышал уже тысячи раз…

— Извините, перебью, а я могу взять с собой лошадь?

— Что?

— Лошадь. Туда, куда я отправляюсь, там же нет ещё форпостов или городов. Ничейная территория.

— За гибель скотины мы не выплачиваем страховку, — строго ответил субтильный мужчина и сделал в моём пропуске дополнительную