Бетховен. Биографический этюд - Василий Давидович Корганов

что-либо подобное, то полагаю, что, во всяком случае, я заслуживаю большего доверия, и что вы при первом случае, каковой легко может представиться, восстановите истину, ибо это имеет значение для моей репутации; со следующей почтой пошлю вам все три вещи: ораторию, оперу, мессу, и прошу за это только 250 фл. конвенционной монетой, не думаю, чтобы это было для вас затруднительно, не могу найти сейчас письма, в котором Зимрок тоже соглашался дать мне за мессу 100 фл. конвенционной монетой, даже здешняя литография готова дать мне за нее столько же, и даже немного больше; вас я не стану морочить, вы знаете. Посылаю вам все 3 вещи, потому что я убежден, что вы не заставите меня потерять на этом. Поставьте заглавие по вашему усмотрению по-французски, в следующий раз получите несколько строк о другом, сегодня невозможно.

Ваш покорнейший друг и слуга.

Не забывайте первого капельмейстера Бетховена, я смеюсь над подобными вещами, но встречаются жалкие люди, которые умеют подносить подобные вещи под искусным соусом.

Вена, 20 июля 1809 г.

Роковой для нас срок наступает, и потому принужден поскорее написать вам несколько строк. Неисправность почты не позволяет мне пока прислать вам что-либо, пишу только то, что вспомнил относительно трио; во-первых, если заглавие еще не готово, то поместите посвящение прямо эрцгерцогу Рудольфу, для чего поручите списать заглавие концерта в g, напечатанного здесь в промышленной конторе; я замечал несколько раз, что когда посвящаю другим пьесу, которая ему особенно нравится, то ему становится как-то неприятно; эти трио он очень полюбил. Поэтому его, вероятно, опять огорчило бы, если бы они были посвящены кому-нибудь другому, если же уже сделано, уж ничего не поделаешь – в последнем трио в Es прошу вас посмотреть, так ли это место в последнем Allegro, после 102-го такта во второй части для виолончели и скрипки.

Если это место написано в партитуре, как в № 1, то надо изменить, и следует, как в № 2 – я нашел это место так в расписанных партиях; это навело меня на мысль, что переписчик, может быть, сделал ту же ошибку в партитуре; если этого нет, тем лучше, если где-нибудь окажется ritardanao в нескольких местах в этой же пьесе, то вы черкните тоже, все равно, где бы оно ни было, его не должно быть во всей этой пьесе.

Недурно было бы в некоторых местах этой же пьесы обозначить пальцы.

Вы легко найдете это место без указания такта.

Постоянная рассеянность за последнее время помешала мне указать вам это с самого начала, но вскоре я опять буду свободно располагать собою, и тогда ничего подобного уже не случится, дай Бог, чтобы какие-нибудь ужасные обстоятельства опять не помешали мне как-нибудь. Но кто же может заботиться одновременно о судьбе стольких миллионов? Прощайте, пишите скорее, пока почта еще принимает письма.

Второпях, Бетховен.

26 июля 1809 г.

Вы очень ошибаетесь, почтеннейший, если считаете меня вполне здоровым, мы пережили за это время много бедствий, довольно сказать, что с 4-го мая я не написал почти ничего законченного, почти только кое-какие отрывки. Весь ход событий подействовал на мое тело и душу: все еще не могу наслаждаться столь необходимой мне дачной жизнью, лишь недавно восстановленное здоровье мое еще не окрепло, даже в течение этого короткого времени не выполнялись данные мне обещания. От князя Кинского, одного из моих должников, я еще не получил ни гроша, и это в такое время, когда нужда ощущалась особенно сильно, кто знает, что будет дальше; мне предстоит теперь перемена местожительства, контрибуции начинаются с сегодняшнего числа, какое разрушение и запустение вокруг меня, ничего кроме барабанов, пушек, человеческих страданий всякого вида. Я теперь в таком положении, что опять принужден попрошайничать перед вами, а потому, надеюсь, пришлете мне 250 фл. конвенционной монетой за большие три произведения; полагаю, что сумма небольшая, сейчас я нуждаюсь в ней, так как нельзя полагаться сейчас на все обещанное мне в декрете, сообщите, принимаете ли это предложение; за одну только мессу я мог получить 100 фл. конвенционной монетой; вы знаете, что я всегда откровенен с вами и вообще с подобн. людьми.

Прилагаю добрую порцию опечаток, которые мне указал один приятель мой (именно, в виолончельной сонате), так как я никогда в жизни не забочусь больше о том, что уже раз написал; я велю написать или отпечатать этот список и объявлю в газете, что каждый, кто уже купил ее, может получить его, это вновь подтверждает мой прежний взгляд, что правильнее всего печатаются ноты с моих собственноручных рукописей. Вероятно, вы найдете некоторые ошибки и в копии, которая у вас; но при просмотре автор действительно легко может проглядеть ошибки. Вскоре получите песню «ich denke dein», которая непременно должна была войти в злосчастного «Прометея», и о которой я совершенно забыл бы, если бы вы не напомнили, примите его, как маленький подарок, только теперь благодарю вас за действительно прекрасно переведенные мне трагедии Эврипида; в Kalliroe я отметил некоторые из предназначенных мне стихотворений, каковые думаю положить на ноты или звуки, но желательно знать имя автора или переводчика этой трагедии. У Трега я взял себе Мессию, на основании предоставленного мне права во время вашего пребывания здесь; правда, я не ограничился этим, когда стал устраивать у себя еженедельно небольшие вечера вокальной музыки, но злосчастная война прекратила все, с этой целью и вообще был бы рад получить от вас постепенно большинство партитур, которые имеются у вас, как например requiem Моцарта и т. п. Мессы Гайдна, вообще все партитуры Гайдна, Моцарта, Баха, Иоганна Себастьяна Баха, Эммануила и т. д., из фортепианных пьес Эммануила Баха у меня есть только несколько вещей, а ведь некоторые должны каждому истинному артисту не только доставлять высокое наслаждение, но служить предметом изучения, и высшее для меня удовольствие представляет исполнение у некоторых истинных любителей музыки таких произведений, которых я никогда не видел или очень редко. Я уж отплачу вам так, что останетесь довольны, я слышал, что первое трио здесь; я не получил ни одного экземпляра и потому прошу вас об этом, был бы рад, если бы вы прислали для корректуры другие пьесы, готовые к изданию, все партитуры вышлю вам вскоре лично сам, так и быть, пришлю вам расписанные партии, по которым играли. Если переменю свое место жительства, то сейчас же сообщу вам, но если вы сейчас же напишете, то ваш ответ, наверное, застанет меня здесь, может быть, судьбе угодно оставить меня навсегда в Вене. Прощайте, всякого